Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда - Zik

К середине ночи у Шалидора пошла носом кровь местная магия сопротивлялась упорядочиванию, пытаясь исказить плетение, и ему приходилось тратить силы не только на преобразование, но и на фильтрацию самой маны. Но гора сияющего металла росла. Это было чистое серебро по цвету и абсолютная сталь по сути.

Грумнир, который периодически заходил проверить работу, каждый раз замирал, глядя на эту растущую кучу сокровища. Он не мешал, лишь тихо, почти неслышно, забирал готовые слитки и уносил их в сторону плавилен.

А в Нижнем Ярусе творилось иное волшебство. Там не было тишины. Там ревел огонь и пели молоты. Великие Горны, разбуженные Шалидором, набрали полную мощь. Жар стоял такой, что у неподготовленного сгорели бы брови, но гномы работали, сбросив куртки, обнажив перевитые жилами руки.

Грумнир лично встал к главной наковальне. Времени на долгую, вдумчивую ковку не было Бардин уходил на рассвете. Но гномьи мастера умели работать быстро, не теряя качества. — Бей! рявкал Грумнир, поворачивая раскаленную заготовку из Небесной стали. Молотобойцы били в ритм, похожий на боевой барабан.

Этот новый металл был капризным. Он не хотел течь, он остывал быстрее обычного железа и требовал точности. Но когда он поддавался. Из-под молота выходили вещи, которые казались невозможными.

— Примерочная! Крикнул подмастерье, таща ещё горячий, но уже закаленный в масле наплечник.

Бардин и его пятерка стояли тут же, в кузнице. Им перебирали снаряжение прямо на телах. Старые, латаные кольчуги снимали и бросали в переплавку. Взамен они получали новые элементы. Не полные латы, на это не было времени, но самое важное. Наплечники. Наручи. Усиления на шлемы. И, конечно, щиты.

Бардин принял свой новый щит. Он был окантован Небесной сталью, а центр был усилен пластиной из неё же. Ветеран взвесил его на руке и нахмурился. — Слишком легкий, мастер. Ветром сдует.

— Ударь, коротко бросил Грумнир, не отрываясь от правки лезвия топора. — Со всей дури.

Бардин размахнулся и ударил кромкой щита о чугунную станину наковальни. Звук был страшным. Чугун треснул. На щите из Небесной стали осталась лишь царапина на полировке. — Валайя меня подери! Выдохнул Бардин. — С такой штукой я смогу остановить атаку тролля и даже не пошатнуться.

К рассвету работа была закончена. Телеги были загружены слитками и накрыты грубой тканью, чтобы не привлекать блеском лишнего внимания. Пятерка Бардина выглядела иначе. Их броня сияла новизной, а в глазах появилась уверенность, которой не было давно. Они больше не выглядели оборванцами из умирающего гарнизона. Они выглядели как гвардия Короля.

Шалидор вышел проводить их. Он шатался от усталости, его лицо было серым, но он стоял прямо. — Этот металл, сказал он Бардину, кивнув на телеги. — Он помнит мою волю. Хаос не любит касаться его. Это поможет вам в пути.

Бардин ударил кулаком по своему новому нагруднику. Звук был чистым, как нота надежды.

— С таким железом и твоим напутствием, умги, мы дойдем хоть до края света. Ждите нас. Мы вернемся не одни.

Ворота Краг-Бара открылись, выпуская караван в багровую мглу рассвета. Но теперь за ними закрывали не просто створки убежища. Теперь это были ворота крепости, у которой появились зубы.

А вот и новая глава. Сегодня мы перешагнули рубеж в 50 сердечек, и я вам очень благодарен. Для меня это много значит, я бы даже сказал что это лучший показатель того что я не делаю совсем уж фигню и меня читают и что неожиданно вам это даже нравится. Спасибо всем тем кто поставили сердечко!

Глава 8

После ухода каравана Бардина тишина в Краг-Баре стала давить на уши. Пятьдесят восемь гномов, размазанные по периметру стен и башен, казались лишь редкими каплями в море камня. Шалидор видел, как усталость подтачивает гарнизон. Видел тёмные круги под глазами часовых, стоящих вторую смену. Видел, как Грумнир, вместо сна, смазывал петли ворот, потому что больше это делать было некому.

— Они не выдержат, сказал Шалидор самому себе, глядя на дымящую трубу кузницы.

— Живая плоть требует сна. Нам нужны те, кто не спит. И кому не нужен уголь.

Он нашёл Хельгара и Грумнира в мастерской инженеров. Они склонились над чертежом старой паровой помпы. — Умги, кивнул Грумнир. — Твой металл хорош. Но его мало. А рук ещё меньше.

— Я видел ваши механизмы, начал Шалидор, подходя к столу. — Подъемники. Помпы. Гирокоптеры. Вы мастера пара. Почему вы не делаете паровых солдат?

Грумнир фыркнул, вытирая руки ветошью. — Паровой голем? Идея старая, как горы. Но ты представляешь, сколько ему нужно угля? Чтобы такая махина двигалась, за ней должна ехать телега с топливом. А в бою топка гаснет, вода остывает. Это игрушки, а не воины.

Шалидор улыбнулся. — А если я дам вам топку, которая никогда не гаснет? И топливо, которое ничего не весит? Он достал из сумки крупный, неограненный рубин. Камень был тёмным, почти чёрным, но в его глубине тлела искра. — На моей родине мы умеем заключать стихию в камень. Хельгар, не морщись. Чистый жар. Маг подбросил рубин на ладони.

— Я могу зачаровать этот камень так, что он будет излучать температуру плавильной печи. Без дыма. Без золы. Вечный огонь. Вы строите котел и поршни. Я даю нагревательный элемент

Инженеры переглянулись. В глазах Грумнира зажегся фанатичный огонек. — Вечный пар, прошептал он. Замкнутый контур? Вода кипит, пар толкает поршень, уходит в конденсатор, снова в котел. — Именно, кивнул Шалидор. И никакой больше магии. Только механика и термодинамика.

Работа закипела тем же вечером. Это была не мистическая ритуалистика, а суровая инженерная сборка. Грумнир и кузнецы собирали корпус. Это был не гуманоид, а ходячий танк в миниатюре. Приземистый, на двух мощных ногах-поршнях, с бочкообразным торсом, где размещался котел. Руки свисали почти до земли: одна заканчивалась молотом, другая клешней-манипулятором. Корпус ковали из обычной стали, но котел и камеру сгорания делали из Небесной стали Шалидора только она могла выдержать через мерное давление магического жара.

Пока кузнецы клепали броню, Шалидор работал над «Сердцем». Он взял рубин. В Скайриме зачарование на огненный урон было обычным делом. Но здесь ему нужно было не поразить врага, а создать стабильную тепловую эмиссию. Плащ Огня. Свернуть внутрь. Замкнуть. Маг вливал в камень энергию Школы Разрушения, но запечатывал её структурой Изменения. Рубин раскалился. Он начал светиться яростным, алым светом. Воздух вокруг него дрожал.

— Горячо, довольно кивнул Шалидор, удерживая камень телекинезом, чтобы