Warhammer Fantasy Battle, Приключение Норда - Zik

Хельгар, тем временем, занимался «мозгами» машины.

— Если у него нет души, как он поймет, куда идти? Ворчал один мастер рун, выбивая символы на внутренней стороне бронепластины, которая будет закрывать камеру с ядром. — Команды, объяснил Шалидор. — Простые алгоритмы. Хельгар высек цепочку рун: «ДВИЖЕНИЕ», «УДАР», «СТОЙ», «СВОЙ», «ЧУЖОЙ». -Это приёмник, пояснил другой мастер рун, заливая бороздки расплавленным серебром. — Руны будут реагировать на внешний сигнал. Но нужен ключ.

Ключом стал тяжёлый железный амулет на толстой цепи. Хельгар связал его с рунами внутри голема невидимой магической нитью. — Кто носит амулет тот и рулевой, сказал гном.

— Повернешь амулет вправо, голем шагнет вправо. Сжав кулак, он ударит. Прямая связь.

К утру «Паровой Страж» был готов. Он стоял посреди кузницы, пахнущий маслом и новым металлом. Массивный, грубый, но по-своему красивый в своей функциональности.

— Запускаем, скомандовал Грумнир.

Шалидор левитировал раскаленный рубин в специальное гнездо внутри котла. Грумнир захлопнул герметичную дверцу и закрутил вентиль. Сначала была тишина. Потом вода в системе зашипела. Стрелка на манометре дрогнула и поползла вверх. Пшшшшш. Трубки на спине голема выпустили струйку белого пара. Внутри загудело. Поршни на ногах дернулись, наполняясь силой давления. Машина не «ожила» как зверь. Она заработала как станок. Ровно. Мощно. Ритмично. ЧУХ-ЧУХ-ЧУХ.

Тордин, пришедший на испытания, взял в руки амулет.

— Ну-ка дай сюда, Тан надел цепь на шею и мысленно приказал: Вперед. Руны внутри голема среагировали на волю хозяина амулета. Клапаны открылись, пар ударил в нужные цилиндры. КЛАНГ! Голем сделал тяжелый, сотрясающий пол шаг. Потом второй.

— Развернуться! Скомандовал Тан, поворачивая амулет. Голем со скрежетом и шипением пара развернул торс. — Ударить! Рука-молот взлетела вверх и обрушилась на кусок гранита, подготовленный для теста. Камень разлетелся в пыль. Из клапанов вырвалось облако пара, словно машина выдохнула.

Грумнир ходил вокруг, слушая работу механизмов.

— Давление стабильное. Жар не падает. Вода циркулирует. Умги. это гениально. Это вечный двигатель! Тордин погладил холодный бок машины. — Это не колдовство, сказал он утвердительно. Это честная машина. Просто котел греет твой странный огонек. Никакой лишней магии, только сталь и пар. Он посмотрел на Шалидора. — Сгодится. Сколько таких мы сможем собрать?

— Столько, сколько у нас есть рубинов и Небесной стали, ответил маг, вытирая пот со лба. Создание «Вечного Сердца» выматывало.

— Дюжину. Может, больше. Сказал Грумнир, прикидывая что осталось в сокровищнице

— Дюжина таких парней заменит мне сотню новобранцев, усмехнулся Тан. — Иди отдыхать, Умги, после надо будет сделать еще таких истуканов. И пусть каждым надо управлять, но используя их мы не будем рисковать теми немногими гномами что у нас остались.

Следующие три дня Краг-Бар жил в ритме, который задавал не колокол, а шипение пара. Кузница работала без остановки. Грумнир разделил кузнецов на две смены: одни ковали корпуса, другие, под руководством Хельгара, собирали тонкую механику передач. Шалидор спал урывками, прямо в мастерской, на кипе пустых мешков.

Его руки были обожжены магическим жаром, а глаза покраснели от напряжения. Создание «Вечных Сердец» требовало ювелирной точности: малейшая ошибка в плетении Изменения, и рубин мог бы не просто расколоться, а превратить мастерскую в кратер.

К исходу третьего дня во внутреннем дворе стояли восемь Паровых Стражей. Они не были одинаковыми. Одни были чуть выше, другие шире гномы использовали ту броню, что была под рукой, подгоняя её под стандарты Грумнира. Но у каждого в груди, за толстой плитой Небесной стали, гудело рубиновое сердце, а из труб на спине поднимался тонкий, едва заметный дымок перегретого пара.

— Строй! Скомандовал Тордин. Это была самая странная тренировка в истории клана. Восемь гномов-ветеранов, снятых со стен, стояли не в строю, а позади машин. На шее у каждого висел тяжелый железный амулет. Лица у гномов были напряженными, лбы покрыты испариной. Управлять големом оказалось сложнее, чем махать топором.

— Второй номер, ты опять отстал! Рявкнул Тан. Гном с рыжей бородой выругался и сжал амулет в кулаке. Его голем, который застыл с поднятой ногой, с грохотом опустил её и сделал рваный рывок вперед, едва не врезавшись в спину первого.

— Это не мул! Крикнул Хельгар, наблюдавший за тестами. — Не надо его пинать мысленно! Представь движение. Плавно. Как будто это твоя нога, только очень тяжелая.

Шалидор стоял в тени арки, жуя кусок черствого хлеба. — Они учатся быстро, заметил он.

— Быстро, согласился Грумнир, стоявший рядом. — Но они устают. Управление через амулет жрет силы не хуже кузнечного молота. Через час такой «ходьбы» у парней голова раскалывается.

— Зато их тела целы, ответил маг. — Лучше пусть будет головная боль, чем стрела в глаз.

Ночь опустилась на Краг-Бар внезапно, принеся с собой холодный ветер с востока. Дозорные на стенах кутались в плащи. Восемь Стражей были расставлены по ключевым точкам внутреннего двора, как неподвижные статуи. Их котлы были переведены в «спящий режим» давление снижено, чтобы не изнашивать прокладки, но достаточное для быстрого старта. Операторы спали рядом с машинами, не снимая амулетов.

Тревога пришла не звуком. Она пришла тенью. Один из дозорных на северной стене вдруг заметил, что звезды закрыло что-то темное. Не туча. Что-то, что двигалось по стене вверх. — Тень! крикнул он, вскидывая арбалет. Щелк. Болт ушел в темноту. В ответ раздался не крик, а мерзкое, влажное шипение. И стук. Многократный, частый стук хитина о камень.

— ПАУКИ! Рев дозорного сорвался на визг, когда огромная тень перемахнула через зубцы стены.

Это были Лесные Гоблины. Дикие, злобные твари, пришедшие с южных отрогов. Они не штурмовали ворота. Их гигантские пауки просто перешагивали через укрепления, цепляясь лапами за вертикальный камень. Через секунду двор наполнился хаосом. Гоблины спрыгивали со своих скакунов, визжа и размахивая кривыми ятаганами. Пауки, размером с пони, плевались ядом и кусали всё, что двигалось.

— К бою! Голос Тордина перекрыл шум схватки. — Операторы, подъем! Запускай котлы!

Гном-ветеран с рыжей бородой проснулся от того, что рядом с ним щелкнули челюсти паука. Он откатился в сторону, сжимая амулет.

— Давай, железяка! Прохрипел он. — Ну же, ВСТАВАЙ! Рубин в груди голема вспыхнул ярче. Клапаны открылись. Давление скакнуло. ПШШШШШ! Струя пара ударила в морду паука, ошпарив тварь. Паук завизжал и отпрянул. Голем, скрипнув поршнями, поднялся.

Это был не бой строя на строй. Это была свалка. Гоблины были быстрыми. Они проскальзывали под ногами машин, пытаясь перерезать шланги или запрыгнуть на спину. Но големы были сделаны гномами. И сделаны на совесть. Один из гоблинов прыгнул на Парового Стража, занося кинжал, чтобы ударить в сочленение шеи. Оператор, стоявший в десяти метрах за