Князь из стали - Сергей Жуков

— Нет, это Красный Барон тайком приготовил, — хмыкнул я. — Конечно ты.

— Подождите пока Настя увидит. Она в обморок упадёт! — Кнопка аж запрыгала на месте. — Я умею готовить!

Через двадцать минут в коридоре послышался щелчок двери и шаги. Но на этот раз не злые и топающие, а совсем другие. Лёгкие. Осторожные. Почти невесомые, словно их обладательница заново училась ходить.

— Насть, пока ты прохлаждалась, дядюшка научил меня готовить! — довольно крикнула Кнопка, не сводя взгляда со сковороды. — Теперь смогу не только свою мастерскую открыть, но и ресторан!

Шаги приблизились и остановились на пороге кухни.

— Смотри как теперь умею! — Кнопка схватила сковороду, где готовился второй стейк и ловким движением подбросила его, чтобы он перевернулся в воздухе.

Мясо послушно взлетело, сделало оборот и…

БРЯК! — сковорода с оглушительным звоном грохнулась на пол. Следом шлёпнулся и наполовину прожаренный стейк.

Кнопка стояла с вытянутой рукой и открытым ртом, не сводя взгляда с кого-то за моей спиной. Её глаза были огромными, как лампочки-окуляры наследника.

— Что с тобой случилось? — испуганно спросила она.

Глава 8

— Ну что, теперь ты доволен? Ты вот этого вот хотел для меня? — недовольно выпалила Настя, стоя на пороге кухни.

Её щёки были пунцовыми, но не только от злости и смущения. На них были нанесены румяна, а губы подчёркнуты алой помадой. Хотя я просил лишь о платье — она сама довела образ до конца и это говорило о ней больше, чем любые слова.

Кнопка уронила лопатку.

Я обернулся.

Перед нами стояла не Настя. Перед нами стояла Анастасия Константиновна Кузнецова — потомственная аристократка, достойная носить фамилию одного из величайших родов Империи.

Алое вечернее платье в пол, подчёркивающее безупречную фигуру, было украшено сотнями мерцающих страз, которые вспыхивали при каждом движении, словно угли в темноте. Открытые плечи, изящный вырез, тонкая талия — всё это было создано для балов и светских раутов, а не для обшарпанной кухни с потрескавшейся плиткой на полу. На ногах новенькие туфли на высокой шпильке, в которых она стояла чуть неуверенно, слегка покачиваясь, как человек, впервые вставший на коньки. Девушка, привыкшая к дешёвым кроссовкам и стоптанным сандалям, ещё не успела подружиться с каблуками.

Но даже эта неуклюжесть не могла испортить того, что я видел. Контраст между ней и обветшалой квартирой был настолько разительным, что казалось, будто кто-то вырезал картину из дворцовой галереи и вставил её в рамку из мусора.

— Ты бесподобна, — уверенно сказал я и ничуть не соврал.

Настя моргнула. Она явно готовилась к насмешке или очередному приказу, но не к этому. Её губы дрогнули, пунцовые щёки стали ещё ярче, но она тут же взяла себя в руки и вернула на лицо привычное выражение строгой старшей сестры.

— Ты это… ничего, — пробормотала Кнопка, всё ещё не закрывшая рот. — В смысле, ты очень красивая… ваще.

Наследник скрипнул что-то одобрительное, а затем вдруг рванул куда-то по коридору.

— Саня, если ты полезешь в нижний ящик своей тумбочки, то будь уверен — эта шпилька проткнёт тебя быстрее, чем ты успеешь перелистнуть первую страницу, — крикнула Настя, мигом сорвав образ смущённой скромницы.

Но через пару минут робот вернулся и в его ржавых руках был не журнальчик, в его руках было колье.

— Нет, — тихо произнесла Настя, и в её голосе вместо возмущения прозвучал испуг. — Даже не думай. Я не буду это надевать…

Но наследник уверенно протянул колье к ней.

Я сделал шаг вперёд и аккуратно взял его в руки. Тяжёлое, холодное, с десятками гранёных камней, которые даже в тусклом свете кухонной лампы вспыхивали белым огнём. Алмазы. Настоящие, чистейшей воды алмазы в оправе из белого золота. Такие колье носят жёны великих князей и члены императорской семьи.

— Оно когда-то принадлежало бабушке, — тихо сказала Кнопка. — Потом досталось маме, но когда она уходила, папа успел спрятать его, чтобы она не украла.

Они голодали, едва сводили концы с концами, сдавали квартиры, платили бандитам. Наследник брал деньги у аристократов на еду и собирал конструктов из мусора и при этом никто из них даже не подумал продать семейную реликвию, на деньги от которой они могли бы безбедно жить пару лет.

В груди разлилось тепло и причина ему — гордость. Гордость за своих потомков. Они нищие, неопытные, наивные, но это настоящие Кузнецовы.

Я подошёл к замершей Насте. Она покорно опустила голову и повернулась ко мне спиной, убрав с шеи копну белоснежных густых волос.

Я застегнул колье. Холодные камни легли на её кожу и девушка чуть вздрогнула.

Она повернулась и мы все замолчали. Просто стояли и смотрели на неё, наслаждаясь тем, что видели. Алое платье, белые волосы, алмазное колье и глаза цвета зимнего неба. Даже наследник перестал скрипеть.

— Ну и зачем мне всё это? — нарушила она идеальный момент, как и следовало ожидать.

— Запомни: хорошая одежда — это один из важнейших инструментов аристократа, — я сложил руки за спиной. — По одежде тебя встречают, по ней делают выводы о твоём статусе и состоянии рода. Да и в конце концов, просто посмотри на себя.

— Ну не знаю, — она смутилась и опустила взгляд на платье. — Оно стоило как… Даже страшно произносить вслух.

Было видно, что ей приятно. Приятно чувствовать себя красивой, а не замученной нянькой, но привычка экономить каждую копейку не отпускала.

— Это важно, да, — продолжила она, чуть расправив плечи. — Но сейчас нам ведь пока не нужно никуда…

— Анастасия, ты не успеешь опомниться, как тебе понадобится эта одежда, — перебил я. — А теперь за стол. Но прежде… никто не сядет в обычной одежде.

— Что? — хором выдали обе сестры.

— Что слышали. У вас есть пятнадцать минут, — строго произнёс я

Спустя пятнадцать минут мы сидели за столом. На самых пристойных из найденных тарелок лежали бесподобные стейки, приготовленные Кнопкой под моим чутким руководством. На самой девчушке было строгое платье лилового цвета, далеко не такое роскошное как у Насти, но при этом с лёгким макияжем на лице. Правда, чтобы его нанести, нам с роботом пришлось вдвоём удерживать брыкающуюся девчонку, пока Настя подводила ей брови и наносила румяна.

Я сидел в моём пока что единственном костюме, который я приобрёл в первый же день нахождения в этом теле.

Ну а наследник… Это было самое непростое. Робот сидел на полу рядом со столом — стулья не выдерживали его веса. На нём была повязана белая скатерть, поверх которой мы накинули чёрную простыню. На костюм это походило очень условно — ну