Мой брат Мохаммед Али - Фиаз Рафик

Кинг, – ответил Джонс и рассказал об исполнителе, который раньше был фронтменом группы The Drifters. Брату стало очень интересно, и он, как всегда, не упустил шанс узнать об этом побольше. Так два боксера, измотанные спаррингом, сидели рядом и бесконечно долго болтали о музыке. Брат дружил с известным певцом Сэмом Куком, обожал его композиции и сказал об этом Джонсу. Тот, как оказалось, знал его биографию даже лучше брата. Я тоже как-то раз виделся с Сэмом: он приходил на вечеринку по случаю победы брата над Листоном. Активным членом «Нации» Кук не был, но имел представление о ее философии. Спайдер рассказал Мохаммеду, например, о выступлениях Сэма в составе The Soul Stirrers. К сожалению, в 1964 году Кука убили: суд посчитал это «убийством в целях самозащиты», но у друзей певца была другая точка зрения. Мохаммед тоже сомневался в справедливости вердикта и поговорил об этом с Джонсом.

Познания Спайдера в музыке поразили Мохаммеда, и он сказал: «Парень, да тебе нужно работать на радио!» Джонс признался, что и сам подумывает об этом. Тогда Мохаммед заявил: «Я родился, чтобы стать боксером – чемпионом мира; ты родился, чтобы стать радиоведущим – чемпионом мира! Тебе нужно пойти на радио, это твое!» «Знаю», – ответил Джонс. Брат вспомнил о Джонсе перед отъездом в аэропорт, когда 15-раундовый тяжелейший бой с Чувало уже был выигран решением судей, нашел его, крепко обнял и сказал: «Когда я тут буду в следующий раз, то приду в твое радио-шоу. Если к этому времени ты его не сделаешь, я тебе задницу надеру!»

Вот так получилось, что Мохаммед обрел в Канаде нового друга, с которым их объединяло общее увлечение. Они виделись еще не раз и всегда говорили о музыке. «Эй, Спайдер, спой Stand by Me! – просил его брат и повторял. – Слушай, да ты ведь о музыке знаешь абсолютно все!»

Через 20 лет Джонс брал у Мохаммеда интервью. Всем известно, что общаться с братом всегда очень интересно: любой собеседник сразу понимал, что перед ним не просто гора мышц, а умный человек. Мохаммед любил прерывать разговор на середине. Вскакивал и начинал боксировать с собеседником – настоящее безумие. Общаясь с журналистами, он всегда говорил о религии и социальных проблемах. Рассуждал серьезно, но и для шуток время находил. Однако Мохаммед никогда не оскорблял других боксеров, если не брать раскрутку поединка. Вот тогда, перед боем, он действительно не давал им спуску. А когда все заканчивалось, Мохаммед снова относился к ним по-дружески.

Как-то раз в разговоре о музыкантах брат заметил, что считает смерть своего друга Сэма Кука убийством. Это было вполне возможно. Тогда появлялось много теорий заговора. В те времена кое-какие влиятельные люди не хотели, чтобы темнокожие владели собственными звукозаписывающими компаниями. Но у Сэма она была: там он записывал большинство своих песен, а на остальные продавал права. Однако так продолжалось недолго – вскоре после создания этой компании Кука застрелили, причем обстоятельства того дела выглядели по меньшей мере странно. Стреляла Берта Франклин, администратор убогого мотеля Hacienda в Лос-Анджелесе: якобы Сэм хотел ее изнасиловать; однако многие считали, что убийство было преднамеренным. Кук мог получить любую женщину, которую хотел. Красавчик. Тридцать три года, на пике своей славы. Один из лучших певцов того времени.

На брата его смерть произвела очень тяжелое впечатление. Он любил Сэма. Их связывала действительно крепкая дружба. Когда я и Мохаммед жили в Майами, Кук частенько заходил в гости, и мы подолгу засиживались за приятной беседой. В те времена многими звукозаписывающими компаниями, особенно в больших городах вроде Нью-Йорка или Чикаго, владела мафия. Через несколько месяцев после того, как собственную студию основал Отис Реддинг, при загадочных обстоятельствах потерпел крушение его самолет: погиб сам певец, пилот и еще четверо членов группы. Конечно, это могло быть и совпадением, но Мохаммед несколько раз высказывал свои сомнения в разговорах с Сэмом. Позже брат записал собственную версию Stand by Me – она получила сдержанные отзывы. Смог бы Мохаммед стать хорошим певцом, если бы выбрал этот путь? Думаю, определенного уровня он бы достиг. Брату удавалось все, за что он брался.

* * *

Мохаммед должен был прийти на призывную комиссию 28 апреля 1967 года. Утром того дня брат позвонил Герберту. Он всегда спрашивал совета у менеджера. Частенько говорил с ним по утрам и вечерам. Мохаммед не знал, что готовит ему судьба и хотел понять, как события будут развиваться дальше. Брат и сам прекрасно знал, что скажет комиссии – тут советы Герберта ему не требовались. Я не сомневался – он ясно заявит о своих принципах. Не пойдет на уступки правительству. Это я знал. Брат никогда не спрашивал Герберта, что ему делать, но всегда интересовался его точкой зрения. По мнению наших знакомых, Герберт контролировал каждую мелочь, диктовал Мохаммеду каждый его шаг, беря на себя главную роль в развитии всей карьеры брата. Как бы то ни было, мы отдавали себе отчет в том, что́ может произойти в случае его отказа идти на фронт.

Арум тогда изо всех сил пытался убедить брата передумать и согласиться на сделку, которую он предлагал правительству: в армии Мохаммед принимал бы участие в выставочных боях, развлекая солдат. Тогда ему даже не пришлось бы прерывать карьеру. Он бы продолжил боксировать на профессиональном уровне. В личных беседах Арум говорил Мохаммеду, что отказ от такой выгодной сделки – просто самоубийство. Почти все наши знакомые считали – уклонение от службы поставит крест на карьере брата. Уверенный в этом Арум заявил Мохаммеду без обиняков, что тот ведет себя как дурак. Все вокруг – и наш папа, и даже Герберт (хотя он исполнял указания собственного отца), – хотели, чтобы брат согласился на сделку. Конечно, ведь поединки Мохаммеда приносили такую прибыль. Каждый, разумеется, был заинтересован в том, чтобы он продолжил карьеру. Позже в официальном заявлении Арум говорил, что старался убедить Мохаммеда из заботы о нем – не хотел, чтобы брат попал в тюрьму. Но промоутер, без сомнений, переживал, что потеряет свою золотую жилу.

Изначально Мохаммед был против службы в армии из-за философии «Нации ислама»: многие темнокожие мусульмане отказывались служить, и брат просто следовал их примеру. Конечно, в основе его решения была религия, но тогда он не считал Вьетнамскую войну какой-то несправедливой. Тем не менее когда Мохаммеда призвали повторно в середине боевых действий, его позиция изменилась. Он никогда не отличался любовью к чтению и особой грамотностью, поэтому экзамены, которые призывная комиссия установила как