Путешествие по Среднему Поволжью и Северу России - Шарль Рабо

В тот день Казань предстала перед нами не с лучшей стороны: на город обрушился песчаный ливень. Мне очень хотелось увидеть вынос иконы, но находиться под палящим солнцем с обнаженной головой при температуре воздуха + 27℃ в тени я долго не мог и поэтому присутствовал только в конце церемонии, о чем нисколько не жалею. Но остальным все было нипочем – их спасала вера!

Свободных мест в отелях, разумеется, не оказалось, но славный Латыф, ассистент месье Миславского, устроил меня на деревянном диване в своей каморке в университетском подвале. Впервые за время своего путешествия я смог нормально выспаться и на следующий день, восстановив силы, отправился в Пермь.

Глава VI

Пермяки

Кама. – Пермь. – Пермяки. – Их одежда и избы.

Солнечные поля Казанской губернии и пестрота ее населения остались далеко позади. Теперь мы направились в Чердынь, чтобы начать изучение Печорского края. От Казани до Чердыни почти полторы тысячи километров – как между Парижем и Данцигом, и чтобы попасть туда, нужно спустится на сотню верст вниз по Волге, а потом плыть по ее почти столь же крупному притоку Каме. Размеры рек в России, как и все остальное, невероятны: так, Кама на треть длиннее Рейна, а ее притоки Белая и Вятка превосходят Луару и Сену.

В зависимости от сезона они представляют собой либо ледяные, либо «движущиеся дороги»184, являясь основными транспортными магистралями, но быстрые изменения их режима не позволяют считать их надежными коммуникациями. После вскрытия в мае рек ото льда паводок превращает их в пресные моря, Волга разливается вширь на двадцать километров, но потом вода начинает постепенно спадать и с середины августа с навигацией начинаются проблемы. В середине сентября, особенно если лето было жарким, возвращающиеся из Сибири суда, в том числе малотоннажные, с трудом ходят по Волге и Каме, а в ряде мест навигация вообще замирает.

На Каме, которая расположена в менее засушливых районах, такое бывает редко. Ее долина – это уже ставшие привычными для нас лесные массивы с далекими купами185 деревьев на синеющем горизонте, массивы которых, в отличие от нашей родины, не имеют четких очертаний и пределов. Почва здесь не столь ровная, как в Казанской губернии – вдалеке виднелись горы, а правый берег состоял из высоких откосов, песчаных или глинистых возвышений, которые иногда поднимались на сорок метров. У их основания бьют родники, которые, просачиваясь сквозь глину, приводят к образованию небольших каньонов и оврагов, а также способствуют оползням. Благодаря подземным водам Кама постепенно поглощает окружающие земли.

Буксир на Каме

В незапамятные времена ее низовья сместились на несколько километров западнее. Недалеко от села Сергиевское186, расположенном на левобережье Камы вблизи ее впадения в Волгу в десяти километрах от нынешнего берега, находится выселок Старая Кама. По словам месье Мальцева, «вид местности указывает на местоположение старого русла реки: всю низину занимают кусты и болотные растения; левый берег тянется до города Спасска, построенного вблизи руин древнего Булгара». Некоторые арабские авторы сообщают, что Кама протекает вблизи Булгара, который в настоящее время находится в двадцати километрах отсюда, если считать по прямой. Анализ почвы показал, что земля к северу от руин Булгара состоит из речных наносов187.

Судоходство на Каме не такое интенсивное, как на Волге, хотя Кама является основным путем в Сибирь, которая пока еще не раскрыла свои экономические возможности. Сибирь, которая, как мы покажем ниже, особенно изобильна и плодородна на юге, из – за отсутствия путей сообщения поставляет в Европу лишь небольшую часть своей продукции, и из Европейской России за Урал попадает тоже мало товаров. На Каме мы встречали очень мало судов, в основном это были длинные деревянные плоты – этакие плавучие острова, доставляющие продукцию лесных районов в центр страны.

Места эти почти безлюдны, лишь изредка вдали над грязными лачугами мелькали зеленые купола, синие колокольни и белые стены церквей, которые отчасти скрашивали тоску здешнего ландшафта. Других достопримечательностей тут не было. Каждые 300–400 км нам попадались города, или, скорее, то, что в России считают городами – сначала это был Чистополь, а затем Сарапул, центр обширной территории относящихся к финнам вотяков. Проведя на пароходе шестьдесят часов, мы сошли в Перми, тем самым завершив первый этап нашего путешествия по России.

В этом месте на смену Европе приходит Азия. Пермь является последним европейским городом, но, как справедливо заметил месье Котто188, царское правительство, дабы показать свою власть одновременно над Европой и Азией, передвинуло общепризнанную границу между ними на восточную окраину Пермской губернии – в Зауралье, к самому началу Западно–Сибирской равнины189.

Рынок в Перми

Пермь показалась нам весьма оживленной, в ней имеется построенный в красивом восточном стиле огромный железнодорожный вокзал, рядом с которым стоит прекрасный дворец с колоннадами и фронтоном, затем церкви с живописными куполами – и все это посреди зеленых насаждений на берегу широкой реки, а за ними виднелась только одна деревня190.

Двенадцатого июля стояла сильная жара. Днем термометр показывал 25° в тени, а давление всего 741 мм ртутного столба. Шесть недель назад, в конце мая, ночью были заморозки. Температура в этих местах может опускаться зимой до –36℃, а летом достигать +30℃. В июне, июле и августе 1890 г. столбик термометра не поднимался выше ноля градусов, а уже 5 сентября ударили первые морозы. На следующий день мы покинули Пермь, чтобы опять отправиться по Каме на пароходе, но уже в Чердынь, чтобы повидать пермяков.

За Пермью местность очень живописна. Берега то превращаются в крутые утесы, увенчанные лесом, то становятся пологими, открывая ласкающие взор лесные массивы и возделанные поля. Местами ширина Камы достигает одного километра, становясь почти что озером более чем в двухстах льё от устья! Солнце светило ярко, небо слепило голубизной, но густые леса придавали пейзажу северный вид, и, хотя первое время северной прохлады не ощущалось, она все же угадывалась. Здесь было красивее, чем Поволжье, но все же довольно узнаваемо.

Четырнадцатого июля в 7 часов утра мы сошли в Пожве191, расположенной вблизи мест обитания пермяков. Эта народность принадлежит к большой финской семье, ее пермской группе, куда входят еще камские вотяки и печорские зыряне. По мнению историков, пермяки – древнейшие обитатели северо – востока России192. Возможно, это они принесли с Алтая искусство добычи руды, а следы горных выработок, которые местные жители приписывают чуди, на самом деле