Трактат о первоначале - Иоанн Дунс Скот

без сомнения, ей присущи. Я верю, что Ты прост, бесконечен, мудр и наделен волей; и поскольку я не хочу использовать круг в доказательстве, я предпошлю нечто о простоте, что может быть доказано в первую очередь. Прочее же касательно простоты я оставлю вплоть до того времени, когда оно сможет быть доказано. Итак, надлежит представить такое первое заключение этой главы:

Первое заключение. Первая Природа сама по себе проста.

Я сказал "сама по себе", поскольку имею здесь в виду только сущностную простоту, которая полностью исключает любое соединение в сущности.

Это доказывается так: Первая Природа не есть причиненное — из третьего [заключения] третьей [главы]; следовательно, она не имеет сущностных частей, материи и формы. Далее: Она не имеет и различных совершенств, которые реально различались бы тем или иным образом, и от которых могло бы быть взято понятие рода и отличительного признака. Это доказывается из первого доказательства [шестого] заключения третьей [главы]. Поскольку: или одно из них сообразно собственному смыслу было бы тем, посредством чего целое в первую очередь было бы необходимым бытием, а оставшееся — ни в первую очередь, ни per se, и тогда, поскольку оставшееся сущностно включено в целое, целое не будет необходимым бытием, ибо формально включает не необходимое; или, если целое было бы необходимым бытием в первую очередь посредством каждой из этих двух реальностей, оно было бы необходимым бытием дважды и имело бы два бытия в первую очередь, ни одно из которых не включало бы другое сущностно. Равным образом, каждая из реальностей не была бы другой, поскольку, если каждая дает необходимое бытие в первую очередь, из них не было бы [составлено ничего] единого. Ведь каждая будет предельной актуальностью[81] и, таким образом, или из них не будет ничего одного и того же, или между ними не будет никакого различия, и, таким образом, их не будет две.

Королларий: Первая Природа не подпадает под [какой-либо] род. Это явствует из этого [вышеприведенного аргумента]. Доказывается также и потому, что природа, подпадающая под род, полностью выражается посредством определения, в котором то, что выражается посредством рода не есть полностью то же самое, что [выражается] посредством отличительного признака; в противном случае имело бы место бесполезное повторение; в простом таким образом мы находим противоположное [тому, что в роде].

Здесь возражают: если из двух, существующих в одном и том же, это [последнее] может быть необходимым только посредством одного, и, таким образом, оставшееся не необходимо[82], — иначе необходимое бытие было бы дважды, — следует, что ничто различающееся согласно формальным смыслам[83] не может быть помещено в необходимом бытии; следовательно, в Божественном Лице нет сущности и отношения. Консеквент ложен, следовательно, первое доказательство ошибочно. Таким же образом аргументируется против второго, что оба из них были бы предельными актуальностями, или же одно не необходимо.

Отвечаю: что бы ни различалось согласно своим формальным смыслам, а именно, как акт и потенция или как два предназначенных актуализировать одно и то же, если суть совместимые, — тогда [можно предположить, что], если одно бесконечно, оно может включать другое через тождество; нет, не включает; в противном случае, бесконечное было бы составным, что опровергается девятым заключением этой [главы]. Если же оно конечно, оно не включает через тождество то, что в первую очередь отлично по своему формальному смыслу, поскольку таковое конечное завершаемо им или составляемо с ним. Таким образом, из положения, что необходимое бытие имеет две реальности, ни одна из которых не содержит другую через тождество — что требуется для составления — следует, что одна не будет необходимым бытием, ни формально, ни через тождество, или необходимое бытие будет дважды; и, таким образом, сохраняют силу оба доказательства.

Пример относительно Божественного Лица не подходит, поскольку те две реальности не образуют составления, но одна есть другая через тождество, поскольку одна бесконечна.

А если ты возразишь: "Тогда я скажу в основном положении, что в необходимом бытии есть составление и две реальности, но одна бесконечна", — противоречишь себе двояко. Во-первых, поскольку бесконечное не может быть составным, как часть, [соединенная] с другой реальностью, поскольку часть меньше целого; во-вторых, если допускаешь составление, ни одна реальность не является иной через тождество, и, таким образом, оба [вышеприведенных] доказательства проходят.

Второе заключение. все то, что является внутренним для Высшей Природы, есть таковое в высшей степени.

Доказывается: поскольку — из предыдущего [заключения] — оно полностью одно и то же с этой Природой по причине [Ее] простоты; следовательно, как эта Природа — природа в высшей степени, так и это является таковым в высшей степени, поскольку есть одно и то же [с этой Природой]; в противном случае, если оно может быть помыслено как превосходимое в отношении своей сущности, следовательно, и Природа может быть помыслена как превосходимая в отношении своей сущности, которая является одним и тем же с сущностью этого.

Третье заключение. всякое безусловное совершенство необходимо присуще Высшей Природе, и в высшей степени.

Безусловным совершенством называют то, что в чем угодно лучше того, что неоно. Это описание представляется негодным[84] в силу того, что если это помыслить относительно утверждения и отрицания, как они суть сами по себе, утверждение не лучше своего отрицания — ни само по себе, ни в чем другом, если может быть в нем; если же, однако, понимать его не только как само по себе или в чем угодно другом, если может быть в нем, но и в чем угодно безусловно, то это ложно. Мудрость не лучше в собаке, поскольку ничто не есть благо в том, с чем несовместимо.

[На данное возражение] я отвечаю: это знаменитое описание. Пусть оно будет выражено так: "лучше, чем неоно", то есть, чем любое несовместимое позитивное, в которое включено "не оно". Оно, говорю, лучше так: "в чем угодно", — не "для чего угодно", но "в чем угодно", — насколько было бы от себя, поскольку лучше несовместимого с ним, из-за которого не может быть присущим.

Итак, пусть будет сказано коротко: безусловное совершенство есть то, которое безусловно и абсолютно лучше чего бы то ни было, с ним несовместимого; и таким образом пусть будет выражено это [положение] "в чем угодно, чем неоно", то есть, чего бы то ни было, что не есть оно. В остальном это описание не представляет для меня интереса; я принимаю первую [часть], которая очевидна. А несовместимость следует понимать согласно отыменной предикации, поскольку так будет иметь