Трактат о первоначале - Иоанн Дунс Скот

необходимы. Первые могут относиться к существующему сущему, а вторые, в собственном смысле, и к сущему, взятому чтойно. И ниже будет показано существование этой чтойности, производящая сила которой демонстрируется теперь[53].[54]

Второе заключение. Некое производящее есть безусловно первое, то есть оно не может быть ни произведенным, ни производящим в силу чего-то другого.

Доказывается из первого: нечто является производящим; пусть оно [называется] А. Если оно — первое тем описанным способом, тотчас имеется основное положение. Если нет, оно является последующим производящим, поскольку производимо от другого или является производящим в силу другого. Если отрицание отрицается, полагается утверждение. Пусть дано это другое, В, о коем утверждается то же, что и об А; [тогда] или мы будем бесконечно продвигаться в производящих [причинах], каждая из которых будет второй по отношению к предшествующей, или же остановимся на некоей [причине], не имеющей предшествующей. Бесконечность невозможна для восхождения; следовательно, первенствование необходимо, ведь не имеющее предшествующего не является последующим ни для чего, последующего ему, поскольку второе заключение второй [главы] уничтожает круг в причинах.

Здесь возражают, что согласно философствующим[55] бесконечность возможна для восхождения, как они полагают относительно бесконечных возникающих [вещей][56], из которых ничто не является первым, но любое — вторым, и, однако, это полагается ими без круга. Устраняя этот пример, я говорю, что философы не полагали возможную бесконечность в причинах, упорядоченных сущностно, но лишь акцидентально, как явствует через Авиценну, пятая глава шестой книги "Метафизики"[57], где говорится о бесконечности индивидов в виде.

Но для того, чтобы показать основное положение, я разъясняю, какие причины упорядочены сущностно, а какие — акцидентально; отсюда следует знать, что говорить о причинах per se и per accidens — это одно, а о причинах, упорядоченных per se, или сущностно, и акцидентально — другое. Ведь в первом случае имеет место лишь сравнение одного с другим, причины с причиненным; и причина per se — та, которая причиняет сообразно своей собственной природе[58], а не сообразно чему-то себе акцидентальному[59]. Во втором случае имеет место сравнения двух причин между собой в силу того, что наличествует причиненное ими обоими.

И [причины], упорядоченные сущностно и per se, отличаются от упорядоченных акцидентально трояко. Первое отличие: в [упорядоченных] per se вторая [причина] в том, что она причиняет, зависит от первой; в [упорядоченных] акцидентально — нет, хотя в отношении бытия или чего-либо другого — зависит[60]. Второе: в упорядоченных per se [причинах] имеет место причинность иного смысла и порядка, поскольку более высокая есть более превосходная; в [упорядоченных] акцидентально — нет. И это следует из первого [отличия]; ведь никакая причина в причинении не зависит сущностно от причины того же смысла, поскольку в причинении чего-либо достаточно одной [причины] одного смысла. Следует третье: все причины, упорядоченные per se, требуются для причинения необходимо единовременно, в противном случае для эффекта будет недоставать какой-нибудь причинности per se; [причины], упорядоченные акцидентально, не требуются единовременно[61].

Из этого основное положение показывается так: бесконечность сущностно упорядоченных [причин] невозможна, а бесконечность [причин], упорядоченных акцидентально, возможна только при допущении, что она основывается на сущностно упорядоченных причинах; следовательно, бесконечность в отношении сущностно упорядоченных причин совершенно невозможна. И даже если отрицается сущностный порядок, бесконечность невозможна; следовательно, бесспорно существует некое производящее, первое безусловно.

Здесь приняты три положения. Ради краткости пусть первое называется А, второе В, третье С.

Их доказательство: в первую очередь доказывается А[62]: во-первых: совокупность сущностно упорядоченных причиненных причинена; следовательно, некоей причиной, которая ничто по отношению к [этой] совокупности, ведь иначе она была бы причиной самой себя; действительно, вся совокупность зависящих зависит, и от того, что ничто по отношению к этой совокупности[63]; далее, во-вторых: бесконечные сущностно упорядоченные причины были бы одновременно существовали бы актуально — из третьего вышеприведенного отличия; вывод, который не полагал ни один философ; далее, в-третьих: предшествующее более близко началу — из пятой книги "Метафизики"; следовательно, там, где нет никакого начала, нет ничего предшествующего по сущности; далее, в-четвертых: более высокое есть более совершенное в произведении причины — из второго различия; следовательно, бесконечно более высокое есть бесконечно более совершенное, и, таким образом, обладает бесконечным совершенством в произведении причины; следовательно, оно не является причиняющим в силу чего-то другого, поскольку все таковое причиняет несовершенно, так как является зависящим в причинении; далее, в-пятых, производящее не необходимо полагает какое-либо несовершенство — явствует из восьмого заключения второй [главы]; следовательно, может существовать в некоей природе, лишенной несовершенства; но если не существует ни в какой [природе][64] без зависимости от предшествующего, то и ни в какой — без несовершенства; следовательно, некоей природе может быть присуще независимая производящая сила; и она — первая безусловно; следовательно, производящая сила, первая безусловно, возможна; этого достаточно, поскольку ниже из этого будет заключено, что она есть и в реальности[65]. Таким образом, А очевидно в силу пяти аргументов.

Доказывается В[66]: если полагается акцидентальная бесконечность, то, понятно, не одновременно, но только последовательно, одно после другого; так что второе, хотя некоторым образом и было[67] от предшествующего, не зависит от него в причинении. Ведь оно может причинять, когда предшествующее не существует, как, например, сын порождает когда его отец уже умер, равно как и когда тот жив. Такая последовательная бесконечность возможна только если она зависит от некоей бесконечно длящейся природы, от которой зависит вся последовательность и все к ней относящееся. Ибо всякое умаление длится только в силу чего-либо постоянно пребывающего, которое ничто по отношению к последовательности, поскольку всякая последовательность одной и той же природы[68]; но оно — нечто предшествующее по сущности, поскольку что угодно в последовательности зависит от него, и это — в ином порядке, нежели от ближайшей причины, которая есть что-то от этой последовательности[69]. Итак, В очевидно.

Доказывается С[70]: поскольку из первого заключения некая природа является производящей, то, если отрицается сущностный порядок производящих [причин], такая [природа] причиняет не в силу чего-то другого; и пусть она рассматривается как причиненная в чем-то одном, в чем-то другом она не является таковым, что есть искомое касательно первой природы; поскольку если она рассматривается как причиненная во всем, при отрицании сущностного порядка уже вносится противоречие, поскольку никакая природа не может рассматриваться как причиненная во всем, так, что за ней следовал бы акцидентальный порядок без сущностного порядка по отношению к иной природе из В.