Хромой Герцог, или Невеста поневоле - Наталья Кошка

Даррен замер. Вилка в его руках остановилась на полпути к тарелке, и он медленно отложил прибор. Звук металла о фарфор в наступившей тишине прозвучал как предупредительный выстрел.

— Лорд Блэквуд, — произнес он ледяным тоном, — вы, кажется, забыли, что моя жена не давала вам разрешения обращаться к ней по имени. И уж тем более — отпускать комментарии о ее внешности.

Блэквуд улыбнулся своей фирменной масляной улыбочкой, от которой у меня мурашки побежали по спине.

— О, простите великодушно, герцог. Я полагал, что после нашего вчерашнего танца леди и я уже перешли на менее формальное общение. Но если вам это неприятно…

— Мне это не просто неприятно, — перебил его Даррен. — Я нахожу это совершенно неуместным и оскорбительным.

Повисла еще более неловкая пауза. Я хотела как-то остановить их обоих, примирить, но не знала, как это сделать, чтобы не задеть чьи-то чувства и не нарушить еще больше правил.

Блэквуд откинулся на спинку стула. Его улыбка стала еще шире и еще неприятнее.

— Знаете, Рейнольд, — фамильярно протянул, поигрывая чайной ложкой, — я давно за вами наблюдаю. Хромой герцог, отшельник, бывший инквизитор. Все шепчутся, что вы совершенно потеряли хватку после ранения. Что вы уже не тот человек, который когда-то спас короля. И вот вы женитесь — на молодой, красивой девушке из древнего рода. Я подумал: наконец-то старина Даррен взялся за ум, решил скрасить остаток дней в приятной компании. Но, глядя на вас, понимаю — вы просто прячетесь за женой. Потому что она сильнее вас. Ярче. Живее. А вы — просто хромой сторожевой пёс, который уже не способен ни на что, кроме как скалить зубы из угла.

Кровь прилила к лицу, и я не выдержала:

— Да как вы смеете!

Даррен поднял руку, останавливая меня.

— Лорд Блэквуд, вы только что публично оскорбили мою жену и меня. Я требую удовлетворения.

Блэквуд вскинул брови:

— Дуэль? Вы серьезно? В вашем-то состоянии?

— Магическая дуэль, — отрезал Даррен. — Три раунда. Сегодня, на закате. На менгирах.

Над столом прокатился вздох. А я беспомощно вцепилась в салфетку обеими руками. Что он творит?!

Блэквуд нервно рассмеялся.

— Как будет угодно, Ваша Светлость! Я принимаю вызов. Надеюсь, ваша магия не так хромает, как ваша нога.

Даррен ничего не стал отвечать на очередную грубость. Встал из-за стола, опираясь на трость, и повернулся к гостям:

— Прошу простить меня за это неприятное завершение завтрака. Надеюсь, вы останетесь до вечера, чтобы засвидетельствовать, что дуэль прошла по всем правилам.

Гости закивали. Некоторые явно прикидывали, как быстро разлетится эта новость по королевству. Блэквуд тоже поднялся, бросил на меня короткий взгляд — ядовитый, многообещающий, и вышел вон из столовой.

Внутри меня все окаменело. Я даже не могла губами пошевелить. Дуэль!! Герцога же убьют!

Даррен наклонился ниже и коснулся моего виска губами:

— Элиана, мне нужно подготовиться. Поговорим чуть позже.

Он ушел, оставив меня в компании перешептывающихся и сочувственно поглядывающих гостей. Словно они заранее знали, что дуэль для герцога обречена на провал.

Пружина, которая во мне сжалась до предела, наконец-то выстрелила. Я резко встала, роняя стул. Подхватила юбки и бросилась догонять мужа. Может, еще не поздно его отговорить?

Глава 19

Глава 19

Вера

Я настигла Даррена у порога его кабинета, куда он, судя по всему, собирался сбежать ото всех. Догнала и тут же бросилась в атаку:

— Вы из ума выжили? Какая дуэль? Это же…

На языке крутились два слова: «средневековье» и «дурость». И оба как нельзя лучше подходили случаю.

— Элиана, прекратите. Не раздувайте из мухи слона. В этом нет ничего такого…

— Нет?! — перебила, хватая за рукав. — Посмотрите на меня, вы, упрямец! Это самоубийство. И не потому, что у вас нога и все такое. Нет! Я не желаю, чтобы вы рисковали жизнью из-за моей чести. Моя честь в порядке, перебьюсь!

Во мне бурлили такие эмоции, что я уже не справлялась. И потому вываливала все на герцога, а тот выслушал хладнокровно и с равнодушным видом прошел мимо меня в кабинет.

— Вы вообще меня слышите?!

Выдохнула, так как легкие жгло огнем.

— Слышу, и не нужно так распаляться. Прикройте двери, ни к чему устраивать спектакль перед соседями.

Я с силой толкнула створку — та захлопнулась с гулким стуком.

— Все, что вас в данный момент волнует — это мнение каких-то напыщенных снобов? Да они с радостью засвидетельствуют вашу смерть вечером! И понесут новость дальше, смакуя ее за чашкой чая или чего покрепче!

— Элиана, вы совершенно в меня не верите, так? — Даррен наконец-то поднял взгляд от странных предметов, которые раскладывал на столе секунду назад.

Я перевела дыхание и только теперь заметила, что это были за предметы. Небольшой флакон с темной жидкостью, мерцающей изнутри. Серебряный браслет с рунами, которые слабо пульсировали синим. И тонкий жезл — чёрный, с вкраплениями звездной пыли. Какие-то особые магические вещи? Так Даррен готовился к дуэли? Не просто так храбрился, а действительно собирался выйти на менгиры и сражаться.

— Да причем здесь это? И дураку ясно, что эта затея — крайне опасна. Какой процент выживающих на дуэлях? Еще и магических? И что вообще это значит? — оперлась руками на стол, сверля герцога глазами.

— Придете вечером меня поддержать и сами все увидите.

— Нет, вы невозможный человек. — Я упала в кресло. Руки опускались. До него же невозможно достучаться! — Хотите сделать меня вдовой раньше времени? Подумайте о мальчике, в конце концов. С кем останется Ник, если вы получите смертельную рану?

— С вами.

Невозмутимости герцога можно было только позавидовать, но мне же — хотелось его придушить сейчас, голыми руками.

— А и черт с вами, делайте что хотите! — позорно всхлипнула от избытка чувств. — Я ни слезинки не пролью по вам, так и знайте!

— Я вижу.

Герцог обошел стол и остановился напротив.

— Ни слезинки? — подцепил пальцем одинокую каплю и смахнул в сторону. — Я буду осторожен, обещаю вам.

— Поклянитесь, что не умрете сегодня… на этих ваших менгирах.

— Клянусь.

И я сама потянулась к нему руками. Герцог перехватил инициативу и выдернул меня рывком из кресла. Секунда и.. я в его объятиях. Уткнулась лицом туда, где билась жилка на его