Ведьмак. Последний грифон - Sila Voli

Ведьмак Грифона обернулся к столу. Лира сидела на краю лавки, неотрывно глядя на старый оксенфуртский гримуар. Её стальные глаза всё еще хранили отсвет пережитого у ворот ужаса, но пальцы уже не дрожали.

— Замок, говоришь… — Эксель опустил ладонь на пожелтевший пергамент карты, вглядываясь в переплетение эльфийских рун вокруг отметки «Гнездо Грифона». — Наставник в Каэр Серен часто повторял, что истинная сила нашей школы скрыта не в клинках, а в геометрии Знаков. Мастера умели видоизменять формулы Аарда и Квена, заставляя магию резонировать с древними механизмами Aen Seidhe. Какая именно руна указана в хрониках твоего учителя?

Лира придвинула книгу ближе, указывая кончиком пера на изящный, закрученный символ в основании подземного резервуара.

— Мой наставник перевел эту запись как «Врата Покоя», — тихо произнесла девушка, поднимая на него взгляд. — Чтобы отпереть их, ведьмачий Знак должен не разрушать, а поглощать внешнюю энергию. Это измененный Квен. Но формула должна быть чистой, без примеси ядов и эликсиров Волка. Именно поэтому ищейки Менге никогда не смогли бы открыть этот тайник самостоятельно, даже если бы перерыли все коллекторы. Им нужен Грифон. Живой и чистый.

Эксель слегка коснулся серебряного волчьего медальона на своей шее. Чужой оберег, доставшийся от кузнеца, казался сейчас чужеродным телом. Настоящая сила Грифона всегда была внутри него самого.

— Значит, мы спустимся туда, как только Райс вернется с новостями от своего посредника, — Эксель выпрямился, убирая карту обратно в походную сумку. — А пока — отдыхай, Лира. Новиградские подземелья не прощают слабости.

Девушка устало кивнула и опустилась на жесткий соломенный тюфяк, подложив под голову свернутый дорожный плащ. Тяжелая ночная лихорадка и целительный вокализ завели у неё почти все физические силы. Она закрыла глаза и почти мгновенно погрузилась в глубокий, целительный сон, по-прежнему крепко прижимая к груди оксенфуртский гримуар.

Эксель сел на скрипучий деревянный стул у двери, положив руки на колени. Капюшон скрывал его лицо, но янтарные зрачки непрерывно сканировали комнату в полумраке. Время шло медленно. За окном Новиград наливался дневным шумом: кричали портовые глашатаи, громыхали по мостовой купеческие телеги, а с севера доносился тяжелый, мерный гул колоколов Храма Вечного Огня. Город жил своей сытой, эгоистичной жизнью, даже не подозревая, какая шпионская петля затягивается на его улицах.

Прошел час, отпущенный Райсу на вылазку. Затем второй.

Эксель начал улавливать, как серебряный волк на его шее едва заметно, предупреждающе задрожал. Вибрация была едва уловимой, но для мутанта этого было достаточно. Кто-то приближался к комнате. Но это были не тяжелые, кованые шаги краснолюдов-вышибал «Нигде». Шаги были легкими, шаркающими, словно идущий волочил ноги по деревянным ступеням лестницы.

Ведьмак плавно, без единого звука поднялся со стула. Его правая рука привычным движением скользнула за спину, нащупывая обтянутую кожей рукоять стального меча кузнечной заточки Якуба. Клинок вышел из ножен со свистом, не издав лишнего скрежета. Эксель ушел в тень дверного проема, затаив дыхание.

Дверь ночлежки медленно, со скрипом приоткрылась.

На пороге стоял Райс. Его глубокий капюшон был откинут назад, обнажая хищное лицо, иссеченное шрамами. Правая рука южанина была в полном порядке, но левой рукой Змея мертвой хваткой тащил за шиворот человека.

Это был невысокий, толстый мужчина в дорогом, но насквозь извазанном в портовой грязи и чешуе реданском суконном кафтане. Из его разбитого носа на воротник капала свежая кровь, а жирные пальцы судорожно сжимали пустую ладонь. Райс с силой толкнул его вперед, и толстяк грузно повалился на грязные половицы комнаты, хныча и закрывая голову руками. Лира от шума мгновенно проснулась, испуганно вскочив на кровати.

— Запри дверь, Грифон, — процедил Райс, вытирая пот со лба. — Я принес нам попутчика. Знакомься — это Вальтер. Тот самый посредник, который выдал мне реданское золото за голову нашей девицы. И у него есть очень интересные новости о шпионах Дийкстры и Охотниках Калеба Менге.

Вальтер хныкал и судорожно хватал ртом воздух, размазывая кровь по жирным щекам. Острие меча Экселя, замершее у его горла, заставило толстяка выдать всё без остатка.

— Я… я всё скажу, только не режьте! — запричитал доносчик, вжимаясь в половицы. — Меня нанял человек из ведомства Дийкстры. Тот реданский амулет офицера, из-за которого взбесилась кладбищенская баба, должен был попасть к шпионам на старый рыбный склад за третьим причалом! Они сидят там прямо сейчас, ждут вестей. Но Калеб Менге… Менге тоже прознал! Охотники за колдунами уже стягивают силы к порту. Они хотят накрыть склад к полуночи, забрать золото Дийкстры и сжечь всех, кто знает про девицу и её сумку!

Райс зловеще сплюнул в угол.

— Нас разыграли втемную, Грифон. Реданская крыса устроила на складе засаду. Нас собирались скормить Менге сразу после того, как я принес бы им гримуар. Охотники прочешут порт, а потом придут сюда.

Эксель медленно увел клинок от шеи толстяка и убрал его в ножны за спиной. Сталь издала сухой, короткий щелчок.

— Нам нужно зачистить хвосты до того, как Охотники выйдут на эту ночлежку, — Эксель повернулся к Лире, и его янтарные глаза сверкнули из-под капюшона. — Запри дверь на все засовы. Из комнаты — ни шагу. Мы с Райсом заглянем на этот рыбный склад и сделаем так, чтобы Менге нашел там только остывшие трупы новиградских соглядатаев.

Девушка испуганно кивнула, сильнее прижимая к себе оксенфуртский гримуар. Она понимала, что ведьмакам нужно обрубить погоню.

Райс ловким движением сорвал с кровати реданский канат, намертво связал Вальтеру руки и ноги, а затем безжалостно забил ему рот грязной краснолюдской ветошью. Ведьмаки затащили хныкающего толстяка глубоко под кровать, чтобы тот не отсвечивал.

— Пошли, Грифон, — Райс накинул капюшон, проверяя ход короткого клинка в левой руке. — Прогуляемся по вечернему порту.

Оми бесшумными тенями выскочили из комнаты, оставив Лиру одну. Тяжелая краснолюдская дверь притона «Нигде» захлопнулась, и щелчок массивного засова отрезал девушку от опасного новиградского мира.

Вечерний порт Новиграда встретил ведьмаков сырым, пронизывающим до костей ветром с Понтара и удушливым запахом тухлой рыбы. Эксель и Райс двигались быстро, бесшумными тенями проскальзывая между штабелями купеческих бочек и портовыми пакгаузами, пока не вышли к третьим причалам.

Старый рыбный склад выглядел заброженным: перекошенная крыша поросла речной тиной, а доски стен прогнили от постоянной влаги. Но ведьмачье чутье не обманывало. Серебряный волк на шее Экселя яростно забился о нагрудник — внутри склада кто-то использовал магический амулет связи.

— Заходим с тыла, через пролом, — одними губами прошептал Райс, нащупывая левой рукой метательный