За кулисами Брестского мира - Сергей Сергеевич Войтиков

class="p1">Только 29 октября начал подписывать документы Петроградского Военно-революционного комитета «за председателя» Ф. Э. Дзержинский{388}, который после реорганизации ПВРК в ВЧК станет первым руководителем карательно-репрессивного аппарата. После 29 октября персональный состав Петроградского ВРК был пополнен членами ВЦИК II созыва и начался новый этап в истории ПВРК: этот орган, с одной стороны, приобрел всероссийский характер, а с другой – постепенно утратил свое значение коллективного технического руководителя Октябрьской революции. Как установили советские историки, после передачи Военно-революционного комитета в ведение ВЦИК этот орган занялся вопросами установления советской власти на местах, охраны революционного порядка, слома старого аппарата и формирования новых государственных учреждений, организации подавления контрреволюции и саботажа старого чиновничества, борьбы с погромами, снабжения столицы продовольствием{389}. Об обстановке работы ПВРК оставила воспоминания дочь старого большевика Сергея Ивановича Гусева{390} Елизавета Яковлевна Драбкина, побывавшая в комитете то ли 29, то ли 30 октября:

«Помещался он (ПВРК. – С.В.) на третьем этаже Смольного. В большой комнате с полукруглыми окнами как попало были расставлены столы, за которыми сидели работники комитета. К ним протискивались люди, только что вырвавшиеся из самой гущи борьбы. Один просил патронов, другой передавал последние донесения о действиях врага, третьему нужен был хлеб для сражающихся бойцов революции.

В задней комнате шло заседание Военно-революционного комитета. Впрочем, можно ли словом “заседание” назвать то, что там происходило?

Повестки дня не было, ее диктовала непрерывно врывающаяся жизнь. Предложения тут же переплавлялись в решения, решения – в приказы. Написанные ученической рукой, чернилами из школьной чернильницы-непроливайки или же отстуканные на старенькой машинке, эти приказы порой уже через несколько минут спустя звучали на улице на чеканном языке пулеметов.

Здесь не было ораторов и докладчиков. Рабочего, просившего для своего отряда “хоть одну пушчонку”, сменял солдат, прибывший из-под Красного Села для информации о продвижении противника. И тут же всплывал вопрос о походных кухнях, о фураже, о санитарных машинах, охране Эрмитажа и огнестрельных припасах, дровах для детских приютов и артиллерийской прислуге»{391}.

Подсчитаем по сборнику о ПВРК, кто подписывал документы этого органа в качестве «председателя» и «за председателя» в первые дни после захвата большевиками власти – 26–29 октября 1917 г. После 25 октября наиболее интенсивно в ПВРК трудился Н. И. Подвойский, подписавший в качестве «председателя» 28 документов. П. Е. Лазимир подписал с 27 по 29 ноября (ни один из опубликованных в сборнике о ПВРК документов за подписью этого левого эсера не датирован 26 октября) в качестве «председателя» 21 документ. Судя по всему, именно теперь основным руководителем ПВРК сделался «дважды замечательный» Николай Подвойский (Николаю Ильичу посвящено две книги легендарной молодогвардейской серии «ЖЗЛ»), а П. Е. Лазимир начал сдавать свои «председательские» позиции. Большевик А. Д. Садовский оставил свои автографы в качестве «председателя» на 15 документах, а левый эсер Г. Д. Сухарьков – только на одном. Всё это наглядно иллюстрирует отход (или оттирание – под благовидным предлогом возложения на Петроградский ВРК новых функций) от деятельности в ПВРК левых эсеров, входивших в Бюро Военно-революционного комитета до вооруженного восстания.

Впрочем, было бы необъективно не указать еще одну причину постепенного изменения персонального состава Петроградского РВК – крайнее переутомление его членов. А. Ф. Ильин-Женевский (начальник штаба отряда революционных матросов большевика Н. А. Ховрина, получившего приказание отправляться в Москву для участия в боях за установление власти Советов) вспоминал впоследствии, что В. А. Антонова-Овсеенко «…трудно было узнать. Ввалившиеся щеки, заострившийся нос и огромные круги под глазами свидетельствовали об огромной усталости в эти напряженные дни»{392}. Полагаем, П. Е. Лазимир «в эти напряженные дни» выглядел ничуть не лучше В. А. Антонова-Овсеенко.

Теперь, когда следовало обеспечить максимально оперативные подбор и расстановку кадров, в деятельность Петроградского ВРК активно включился главный руководитель Секретариата ЦК РСДРП(б) Я. М. Свердлов, подписавший 4 документа ПВРК в качестве «председателя» и 7 документов «за председателя». В руководящую работу в Петроградского ВРК вошел, как мы уже указали, и ближайший соратник Троцкого А. А. Иоффе, подписавший 4 документа в качестве «председателя» ПВРК и 4 документа «за председателя». Левый эсер Ю. М. Юдзентович подписал два документа как «председатель» ПВРК и один «за председателя» (еще один документ был подписан им как членом Военно-революционного комитета). М. С. Урицкий – большевик из вчерашних меньшевиков-интернационалистов – подписал как «председатель» ПВРК один документ и «за председателя» 4 документа. Старый большевик М. М. Лашевич поставил на документах ПВРК 2 автографа в качестве «председателя» и 2 «за председателя». Ф. Э. Дзержинский, только-только начавший работу в ПВРК, успел подписать 29 ноября «за председателя» три документа. По одному документу подписали с 26 по 29 октября в качестве «председателей» ПВРК большевики А. В. Антонов-Овсеенко, К. А. Мехоношин и И. С. Уншлихт{393} (еще один документ Иосиф Станиславович подписал «за председателя»). Большевики Н. В. Крыленко и Н. А. Скрыпник подписали «за председателя» по два документа{394}. После успешного захвата власти Петроградский ВРК стремительно утрачивал свой формально «непартийный»{395} характер, становясь по сути своей органом большевистским.

Сведем имеющиеся данные в итоговую таблицу:

Подписи «председатель» и «за председателя» на документах Военно-революционного комитета (20–29 октября 1917 г.) {396}

Данные подсчеты совершенно точно отражают вклад конкретных деятелей РСДРП(б) и ПЛСР в формальное руководство Военно-революционного комитета до его пополнения членами ВЦИК II созыва.

15 ноября состоялось заседание Совета Народных Комиссаров Республики Российской. Присутствовали В. И. Ленин, Л. Д. Троцкий, А. В. Луначарский, М. Т. Елизаров, А. Г. Шлихтер, Н. П. Авилов, А. А. Бубнов, В. Д. Бонч-Бруевич, П. Е. Дыбенко и Н. И. Подвойский{397}. Собравшиеся обсудили вопрос «о Министерстве внутренних дел» и постановили: «Пригласить представителей от Военно-революционного комитета для обсуждения вопроса о передаче Министерства иностранных дел в ведение Военно-революционного комитета. От Военно-революционного комитета приходят представители Петерс{398} и Лацис{399}»{400}. Судя по всему, на заседании был поставлен вопрос о том, что ПВРК уже сделал свое дело и вполне может быть упразднен. В. И. Ленин внес предложение о том, что комитет можно приспособить для руководства доставшимся большевикам гигантским «наследством» в виде Министерства внутренних дел. В протоколе заседания Совнаркома зафиксировано «Предложение т. Ленина передать Министерство внутренних дел Военно-революционному комитету, создать маленькое бюро для управления министерством»{401}. Я. М. Свердлов в целом поддержал В. И. Ленина, внеся по своему обыкновению отдельные замечания и предложения по вопросу о расстановке кадров: «Свердлов предлагает Военно-революционный комитет пока не упразднять, но значительно разгрузить его, выделив лучших работников для управления Министерством внутренних дел. Суммы и ассигновки Министерства внутренних дел для борьбы с контрреволюцией, большевизмом и другие безотчетные ссуды передать Военно-революционному комитету. Оставшийся Военно-революционный комитет пополнить на паритетных началах левыми социалистами-революционерами. Военно-следственной комиссии дать право самостоятельного ареста помимо Военно-революционного комитета»{402}. Таким образом, Яков Михайлович предлагал решить сразу же три задачи: дать новых руководителей Министерству внутренних дел, сделать Петроградский военно-революционный комитет менее