Волшебники, богохульники, еретики в сетях российского сыска XVIII века - Елена Борисовна Смилянская

кланялась, чтоб она непременно для осведомления о муже ее в Санкт Петербург послала. По которой прозбе она, Катерина, того ж вечеру из окошка кликнула к себе диавола, называемогого Андреем, такими словами: «Андрей! Поди сюда!». По коим словам тот диавол под окошко к ней в человеческом образе и в кафтане и пришел, коему она велела итти для осведомления о помянутом Иване в Санкт Петербург, что, выслушав, тот диавол от нее и пошел, а более того ничего она со оным диаволом не говорила. А после того, пришед к ней под окошко через четверы сутки в вечеру, оной диавол кликнул ее именем, чтоб она выглянула в окно, а как она в окошко выглянула, то тот диавол человеческим голосом говорил ей, что он в Петербург ходил и показанной-де крестьянин Максимов жив, с чем от окошка и отошел, а более ничего не говорил. А она, Катерина, спустя после того дня с три за своими домашними нуждами ходила во объявленную деревню Баскачево и, увидевшись с объявленную крестьянкою Гавриловою наодине, сказала, что муж ее жив, а что она из диаволов одного для того осведомления посылала, того она, Катерина, оной Гавриловой уже не сказывала.

А после того, а сколько времени спустя и зимним или летним временем не упомнит, сноха ее, Катерины, родная <...> вдова Акилина Васильева, жительствующая в одной с нею, Катериною, деревне, разговорясь с нею, Катериною, наодине уже по смерти оного мужа ее, Акилинина, что сын ее Петр Васильевич по смерти того мужа ее, а его, Петрова, отца пошел в Москву, где и жительство имеет, а жив ли и в здоровье ль находится, она, Акилина, никакова известия не имеет, что, услышав, она, Катерина, сказала ей, что у нее есть для услуг два диавола, и она из них одного пошлет осведомиться о сыне ее, о чем она, Акилина, ее просила, с чем они простились. А того ж дня в вечеру, призвав, она, Катерина, в окошко из оных диаволов одного, а коего не упомнит, послала в Москву осведомиться о помянутом Петре, что он жив, а потом спустя сутки с двои, пришел к ней тот диавол под окошко и, кликнув ее в вечеру, человеческим голосом, как она выглянула, объявил, что оной Петр жив, с чем и пошел, а она, Катерина, того ж вечера объявленной снохе своей, которая живет, хотя и в особой избе, только на одном дворе, сказала, что сын ее жив, а что дьявола посылала, того не сказывала.

А после тех трех посылок она, Катерина, помянутых диаволов не кликивала, и они к ней не прихаживали.

А прошлого 1764 году пред праздником пророка Илии, а за сколько времени не упомнит, она, Катерина, по злобе таковой, что помянутой деревни крестьяня показанной выше сего Андрей Антипин и брат ево родной Петр Антипин же, которые тогда жительство имели в одном доме, отнимали у нее, Катерины, землю, оставшуюся после мужа ее и имевшуюся у нее, Катерины, з детьми в тягле, умыслила во отмщение оным Андрею и Петру испортить Андрееву сноху, вышеписанного сына ево Ильи жену Анну Иванову, Петрову племянницу родную Параскеву Семенову, имеющуюся в замужестве той же деревни Тишина за крестьянином Семеном Афанасьевым, что и учинила таким случаем. Помня научение показанной женки Гавриловой, которая ей траву дала в поле, взяв она ту траву на дворе своем из щели, где она от времяни и взятья ее от оной Гавриловой всегда была на том дворе и, когда она з диаволами разговаривал, их в Выборг, в Петербург и в Москву посылала той травы из щели не вынимала, налила в ковшике в доме своем на дворе воды, и ту траву во оную воду опустила и водила в той воде оную траву перстом, и при том говорила такие речи: «В Анну да в Прасковью по одному диаволу взойдите!» И потом, выняв ту траву из оного ковшика, паки ее воткнула на дворе в ту щельку, где и прежде была, со оною водою, имевшеюся в ковшике, пошла в дом к означенным крестьяном Андрею и Петру Антипиным, которой состоит в близости от ее дому, и пришед в сени к тем Антипиным, в коих никого тогда не было, а хотя и были домашние в избе, а кто имянно — не знает, только как она в сени пришла, никто в те сени не выходил, и по приходе усмотрела стоящее в тех сенях ведро с водою, в которую воду имеющуюся в ведре она помянутую бывшую у нее в ковшике воду вылила, не чиня более прежняго никакого наговору, и, вылив, пошла в дом свой, и о том никому не сказывала, а когда те Анна и Прасковья ту воду пили, да кроме их и другие из домашних объявленных Антипиных или и сами они Антипины не пили ль — того она, Катерина, не знает, только после оного, как она воду ис ковшика в ведро выложила, спустя недель с десять оные Анна и Прасковья стали кликать, что их она испортила. А ныне они, Анна и Прасковья, кличут ли, того она не знает, и кроме тех двух женок она, Катерина, никого не парчивала, и волшебство за собою никакова не имеет, и при кладении в ковш в воду травы только проговорила, что «В Анну да в Прасковью по одному диаволу, взойдите!», а чтоб взошли те два диавола, называющаяся Иваном да Андреем, которыя прежде по научению женки Гавриловой были во услугах у нее, того не выговорила, и более вышеписанного она с теми диаволами знакомства не имела, и куда они девались, она не знает, и после того, как она из них одного в Москву посылала, более к ней не прохаживали, и других никаких волшебников и волшебниц она, Катерина, не знает, и показанных испорченных ею женок Анну и Прасковью она, Катерина, излечить и, еже ль подлинно в них есть диаволы, то их вызвать она, Катерина, не может. Во время знакомства ее с помянутыми дьяволами она, Катерина, чрез все десять лет исповедовалась и Святых Таин причащалась... и при том причастии никакова ей препятствия от помянутых диаволов, с коими она зналась, не было, да когда она с ними и говорила, то, как прежде, так и после того, творила молитву «Господи, помилуй!», а иногда и «Господи Иисусе Христе Сыне Божии, помилуй нас!», и в вечеру ложась, и поутру вставая, по обыкновению молилась Богу и крестное знамение полагала