Старообрядцы Урала. Невьянская башня, казачья кругосветка и демон Самора - Елена Данилко

правило, сразу несколько пар: «Никто не мог предвидеть, когда приедет поп, почему и торопились воспользоваться случайным присутствием попа, чтобы повенчаться. Упустишь время и дожидай, пожалуй, лет пять — десять. Вся свадьба обделывалась в два-три дня: за точным исполнением всех обрядов следить было некогда»[113].

Торопливость, с которой приходилось играть свадьбу, привела к совмещению отдельных этапов ритуала или даже исключению некоторых из них. Весь обряд стал укладываться в следующую схему: короткое сватовство (иногда даже без оговаривания приданого — «кладки») — и сразу после этого «запой» (застолье со свахой и родителями молодых). Через некоторое время подружки невесты собираются на «вечерку» (девичник), наутро проходит венчание или благословение в моленной. Во время свадебного пира молодоженов одаривают, в том числе деньгами. Утром третьего дня гости идут в дом невесты «на блинки».

По воспоминаниям, через неделю или две раньше устраивали еще «большой стол», после которого молодые в течение нескольких дней обходили дома всех родственников и угощались. Это называлось «после большого стола ходить».

С упрощением свадебного обряда изменился и состав свадебных чинов. Редко теперь услышишь о тысяцком (начальнике свадебного поезда), а роль дружки (распорядителя) исполняет обычно крестный жениха. При невесте постоянно находится сваха — крестная мать или сестра.

Браки «убегом» и вовсе обходились без свадебного пиршества. Этот способ, к слову, помогал обойти религиозные запреты и бытовал не только у беспоповцев. Нередко им пользовались молодые, чьи родители не одобряли выбора детей, или семьи, желавшие избежать свадебных расходов.

Интересно: «У нас в селе как-то до войны еще три парня украли православных девчат, так целых пять лет в городе жили, отца боялись».

(Полевой дневник антрополога; записано в с. Бекетово, Ермекеевский р-н, Республика Башкортостан)

«Убегом уходили, а потом прощения ждали. За мою сестру старики перед отцом заступились. Он не хотел прощать, потому что пустили слух будто бы они обвенчались, а они не венчались».

(Полевой дневник антрополога; записано в с. Трудовое, Соль-Илецкий р-н, Оренбургская обл.)

Современный свадебный обряд содержит множество локальных вариаций, игровых моментов, символичных магико-сакральных действий вроде осыпания молодых зерном и сладостями с пожеланиями завести поскорее здоровых красивых детишек и прожить долгую счастливую жизнь.

В советское время распространились игровые конкурсы и испытания для жениха и невесты, популярные и у старообрядцев, и у их соседей. На каждой деревенской свадьбе невесте дают коромысло и отправляют за водой, а гости сопровождают молодую с песнями и плясками. Девушка должна продемонстрировать трудолюбие, ловкость в хозяйственных делах и донести полные ведра — тогда и дом у молодых будет полная чаша.

Интересно: в 1981 г. в старообрядческом с. Сепыч в Пермской области местная киностудия сняла документальный фильм «Сепычевские свадьбы», посвященный сельской молодежи.

На первых кадрах директор совхоза рассказывает, что в селе ежегодно справляется до 20 свадеб, что в семьях много детей, а на экране в это время жениха и невесту встречают хлебом-солью. Это современные молодые люди — она в белом платье и фате, он в обычном мужском костюме. Гости весело танцуют под популярные советские мелодии.

О том, что это старообрядческое село, можно бы и не догадаться, если бы не единственная сцена: высокий бородатый старик косит траву ручной косой. Пока снимался фильм, в селе работала еще и археографическая экспедиция: ученые изучали старообрядческие рукописи, вели беседы с соборными, не посещающими светских мероприятий. Вот так сложно устроено старообрядческое сообщество.

Молодежь и старики как будто разные группы, но на самом деле — единое целое. Именно таким образом старообрядцам удается сохранять свои традиции.

Несложность обрядовых форм старообрядческого свадебного ритуала сочетается со сдержанностью фольклорного и музыкального фона. Это связано с религиозными предписаниями, запретами на шумные празднества и исполнение светских песен. В семьях, где особо строго «держались старины», на свадьбах осуждали ряженых, пресекали непристойные шутки над молодыми после брачной ночи и исполняли исключительно духовные стихи.

Однако совсем без веселья свадьбы не обходятся. Пляски и пение допускаются на улице или в сенях — не рядом с обрядовой трапезой.

Родильная обрядность и крещение

Обряды, связанные с рождением ребенка, — первый ритуал только для новорожденного. Для семьи и общины они следуют за другими обрядами жизненного цикла, логически их продолжают. Символические меры, призванные повлиять на скорое рождение детей, предпринимаются уже во время свадьбы: молодых осыпают зерном, хмелем, сажают на квашню. Все это — символы плодородия, зарождения новой жизни[114].

Крещение младенца во всех старообрядческих согласиях (за исключением страннического) изначально связывалось с родильным обрядовым комплексом. Он, в свою очередь, имеет практический (обеспечение благополучного исхода родов) и магический (предохранение роженицы и ребенка от злых сил, порчи, сглаза) смысл. Обряды и институт повитух в полной мере сохранялись примерно до середины XX в.

Роженицу традиционно ограждали от посторонних глаз и организовывали роды в дальней комнате или нежилой части избы, в надворных постройках (амбаре, сарае), в бане. Последний вариант был наиболее распространен у старообрядцев[115].

Бане в народной традиции вообще отводилось особое место: она «осмыслялась как некое сакральное пространство (благожелательное и вредоносное), где совершается таинство перехода к важнейшим этапам жизненного цикла»[116]. Роды в бане являются древнейшей традицией.

На беременную накладывались различные запреты, игнорирование которых, по народным представлениям, могло навредить здоровью и физическому развитию будущего ребенка и затруднить роды. Многие из запретов-советов актуальны и сегодня.

Чтобы у младенца не появилась «щетинка» (мелкие, мешающие спать жесткие волоски на теле), беременной нельзя обижать кошку или собаку. Нельзя заглядываться на блестящие, острые предметы, ходить на похороны, смотреть на больных и увечных — вообще на все, что относится к разряду нечистого, плохого. Не приветствуется долгое пребывание на шумных праздниках и наблюдение за «игрищами» с ряжеными.

С родами связывались представления о символической нечистоте, а сама природа роженицы считалась дуалистической: женщина была одновременно уязвима для злых сил и вредоносна для окружающих. Отсюда — необходимость специальных очистительных процедур.

У старообрядцев ранее существовал обычай «банного карантина»: 3–8 дней после родов роженица жила в бане. (У беспоповцев карантин был длиннее, у поповцев — короче.) Позже стало практиковаться ежедневное на протяжении трех дней мытье в бане. В первые дни после родов молодая мать и новорожденный имели маргинальный статус, и находиться им одним в бане было небезопасно. Поэтому с ними жила еще и повитуха, которая ухаживала за обоими.

«Банный период» родов символически завершался обрядом размывания рук: роженица и повитуха попеременно лили одна другой воду на руки и произносили благодарственные слова. Иногда это делалось над березовым