Фиктивные. Бой с любовью - Евсения Медведева

Все эти два года она ходит одним и тем же маршрутом. Ест в одних и тех же ресторанах, сидит в библиотеке до вечера, а по выходным медитирует в своих крошечных шортиках на лужайке прямо напротив моего окна. Единственная, с кем она говорила вне стен дома, универа или клиники Румянцева.- Князев, у тебя есть телефон Ларисы Румянцевой? - прохрипел, массируя виски. Боль стала пульсирующей, оглушающей.

- Нет, но могу найти, - Игорь отвлёкся от созерцания прекрасных стриптизерш и поднялся с подиума. - А тебе зачем?

Юлька сбежала...

Юлька? - Князев прыснул от смеха. - Куда ей бежать-то? Сидит бедняжка в четырех стенах, как принцесса в замке.

- Ну, ещё скажи, что я запер её там. Князев, ты думай, что говоришь... И тут раздался настойчивый стук в дверь. Игорь тут же схватился за ствол в кобуре под рукой, девочки издали дружный визг, но не сдвинулись с места.

- Никита Петрович! Никита Петрович! Вам жена звонит, - моя помощница буквально тарабанила в дверь, приняв моё молчание за глухоту. - Кажется, это срочно!- Входи!

Ульяна нервничала, размахивала руками, сто раз извинилась за вторжение. Стояла у порога и что-то бормотала.

И вдруг знакомый звонкий голос рассыпался по кабинету миллионом золотых монет.- Ну? Я же говорила, что влипли вы, мальчики! Придурки грёбаные! Отпустите меня! Немедленно! я дёрнулся, оборачиваясь к Ульяне, и только сейчас заметил трясущийся телефон, направленный экраном ко мне.

Тёмная фигура мелькнула тенью, ограждая от меня светлое облако платиновых волос. Движение, и в тусклом свете какого-то ангара показалась Юлька. На её голове уже красовался огромный холщовый мешок, в воздухе летала пыльная взвесь, и бугай даже звонко чихнул, поправляя маску на своем лице. Он дернул на себя Юлю, но получилось слишком резко, и вместо того, чтобы подняться, она рухнула на колени. Мешок слетел с головы, и во весь экран на меня уставились огромные перепуганные глаза. Мне словно в грудину прописали... Боль глухая, резкая, парализующая. Смотрел, не моргая... Точно так же, как и она. И столько гнева, столько ярости было в них, что я сразу не понял, какого черта? Но тут плеча коснулась теплая женская ладонь... Одна из танцовщиц начала извиваться за моей спиной, пока Игорь Князев, прижавшись к стене, протискивался в сторону Ульяны. Тонкая женская рука проскользила по рубашке, прокрадываясь к вороту. Быстрое касание, острие ноготков по коже. Но вот что занимательно - Юля с таким увлечением следила за этими движениями, как пациент - за маятником гипнотизера.

Губы сомкнуты, чуть подрагивают, на шее забилась венка, выдающая её панику с потрохами. Когда Князев принял удобную позицию, чтобы тоже видеть экран, я оттолкнул девчонку и поднялся с кресла, медленно направляясь к Ульяне.

- Ты, женушка, кого угодно своим острым язычком доведёшь, да? - я рассмеялся, маскируя шаги выбегающего Князева. - Ну что, парни? Что она натворила на этот раз?- Барышню уводите. Мы тут сами теперь разберёмся... - прохрипел амбал и толкнул Юльку, передавая её в чьи-то руки.

Значит, их там несколько.

- Ну, давай разбираться, - забрал у перепуганной Ульяны свой второй телефон и вытолкнул сначала её, а после и девочек отпустил, плотно закрыв за ними дверь. - Ты кто, смертник?- А это неважно, - бугай проследил за кем-то вне поля объектива камеры, а после присел на металлическую бочку.

Он чуть колыхнул рукой, цепляя окончание витиеватой надписи, сделанной синей облупившейся краской. В кадр попала дырявая крыша, накрытая старым шифером, горы металлолома, деревянные бабины с остатками кабеля. На первый взгляд, место было незнакомо. Но учитывая, что с момента похищения прошло не более восьми часов, вывезти Юлю за пределы области не успели, если только не воспользовались вертолётом. Смотрел в камеру, а сам набирал Князеву и Вахе сообщения с указанием проверить все вертодромы, площадки и диспетчерские пункты. Поднять птичку в воздух без согласования невозможно, а значит, нужно отсечь этот вариант, прежде чем переворачивать город верх дном.

- Будешь Поленом тогда, - дернул плечом и снова сел в кресло, присосавшись к горлышку бутылки. Пара обжигающих глотков, сигарета, и шестеренки заработали. Лютаев, а вот ты вообще бесстрашный? - придурок захрипел, дернул головой, потому как шерстяная маска была на размер меньше, отчего постоянно сбивалась с носа. - Ни с кем не делишься, бабло рубишь, как коза капусту, хороших людей раком нагибаешь.

Так тебе денег, что ли, надо?

Да нет... Считай это наказанием. Твоя курица блондинистая ещё рассчитывает, что муженёк спасет её, но мы-то понимаем, что это было ваше последнее свидание. Да, Лютаев?- Да сколько угодно... - закрыл глаза, сделал резкую затяжку и выплюнул несколько тугих колец сизого дыма. - Забирай. Эту девку мне отец подложил. Говорит, гены у неё хорошие, а значит, внуки умные будут. А мне вот Гены с детства не нравились... Тупые отморозки, все до единого. Ты случаем не Гена? Нет, - растерянно усмехнулся отморозок.

Ну и ладненько тогда. Если это всё, то отбой, Полено, некогда мне... Стриптиз не досмотрел. Глухой стон перекрыл тяжелый выдох бугая.

Юлька…

Глава 17

Экран вновь вспыхнул именем Анастасии Малининой. Но брать трубку я не торопился. Если она узнает об исчезновении дочери, что сделает?

Расплачется, закатит истерику, свернёт кровь врачам, ну а после непременно позвонит моему отцу.

Какого черта он к ним прицепился?

Толкнул дверь дальнего кабинета, включил свет и прошел к столу, раскладывая документы пышным веером. Должна быть причина! Почему из сотен симпатичных мордах он выбрал именно Малинину? Да, семья влипла по самые гланды. Да, по сути, они расплачиваются за косяки Андрея Малинина. Вот только мой отец не похож на мецената и благотворителя всея Руси. И как бы я ни пытался, ни единой причины этого поступка найти я не смог. Пока...- Чёрт! - взмахнул рукой, и тёмная бутылка отлетела к стене, рассыпаясь фонтаном брызг и россыпью мелких стекляшек.

Опёрся об угол стола, ощущая, как в плоть медленно впивается осколок. Боль резкая, отрезвляющая. Перевернул ладонь, сжал, останавливая кровь. Мускулы стали каменными. Пульс зашкаливал, в ушах вакуум. И всё, чего сейчас хотелось - рвануть в ринг и выплеснуть это несвойственное мне напряжение. Но не дошёл... Взгляд упал на боксёрскую грушу. Сорвал рубашку и сходу стал лупить