Мария Терезия. Политический портрет - Ганс фон Цвидинек

Глава 5

Вечер жизни

Мария Терезия правила своей страной еще семнадцать лет после заключения мира в Губертусбурге. Однако в этот период у руля стояла уже не она одна. Хотя ей не приходилось подчиняться кому бы то ни было, она вынуждена была отчасти выпустить бразды правления из своих рук. Она оставалась императрицей — прежде императрицей-женой, теперь императрицей-матерью. Однако Мария Терезия не могла противиться сыну, стремившемуся воплотить в жизнь свои политические идеи. Терезианская эпоха постепенно переходила в эпоху Иосифа II.

Старший сын Марии Терезии был избран римским королем практически сразу после заключения Губертусбургского мира, 27 марта 1763 года, при деятельной поддержке Фридриха II. Два года спустя скоропостижно скончался его отец, и Иосиф II вступил на императорский престол. 4 июля 1765 года двор отправился из Вены в Инсбрук, чтобы отпраздновать свадьбу эрцгерцога Леопольда с испанской инфантой Марией Луизой. 5 августа невеста вместе со свитой торжественно прибыла в столицу Тироля и была немедленно обвенчана с эрцгерцогом. В самый разгар последовавших торжеств, которые несколько задержались из-за легкого недомогания новобрачного, Франц Штефан скончался от апоплексического удара на руках своего сына Иосифа. Это произошло вечером 18 августа. Императору было всего 56 лет.

Мария Терезия, искренне и страстно любившая мужа, хранила ему верность и после смерти. Кончина супруга опустошила ее внутренне, она больше не могла радоваться от всего сердца. Если раньше все заботы и тревоги не мешали ей получать удовольствие от жизни, то теперь ее душу до конца дней укрыла траурная вуаль. Она прекрасно знала все слабости своего мужа — например, то, что он был начисто лишен всякого полководческого таланта. Когда в 1744 году после вторжения пруссаков в Богемию армия Карла Лотарингского возвращалась с Рейна, Франц Штефан хотел стать главнокомандующим, но супруга «на основании прошлого опыта» отклонила его просьбу. Своей сестре Амалии она писала, что ей было непросто уговорить «старика» отказаться от своей идеи. Сначала она восприняла его пожелание как шутку и только потом заметила, что он говорит всерьез. «Тогда я прибегла к привычным средствам, слезам и заверениям в любви, — писал королева. — Но разве они могут подействовать на супруга после девяти лет брака! Я ничего не смогла добиться от этого лучшего из мужчин. Наконец я разгневалась, и гнев был столь силен, что заболели мы оба».

При дворе хорошо знали, что Мария Терезия нередко бурно ссорилась с супругом, о том же рассказывали и иностранные дипломаты в своих донесениях. Говорили, что виной всему были любовные приключения Франца Штефана. Совсем безосновательными эти слухи назвать нельзя, однако преувеличивать неверность супруга тоже нет никаких оснований. Осведомленные современники утверждали, что немногие семьи жили в такой внутренней гармонии, как императорская чета. Франц Штефан после окончания Войны за австрийское наследство предпочитал воздерживаться от участия в политике, чтобы не создавать поводов для ссор с женой. Он всей душой ненавидел альянс с французами, отобравшими у него лотарингское родовое гнездо, восхищался военным гением Фридриха II и стремился ввести прусские порядки в австрийской армии. Когда он одел солдат своего полка в прусские мундиры, супруга с улыбкой сказала ему во время смотра: «Кажется, ты хочешь создать для меня прусскую гвардию». В беседах с представителями иностранных держав Франц Штефан охотно подчеркивал, что не имеет влияния на политику жены и не несет за нее ответственность.

Первая супруга Иосифа II, Изабелла Пармская, в письмах родственнице давала весьма меткую характеристику своему тестю: «У императора есть как выдающиеся черты характера, так и слабости, которые нужно учитывать. Он прекрасный человек с добрым сердцем, на него можно положиться как на настоящего друга. Однако он слишком легковерен и прислушивается к людям, не заслуживающим доброго отношения. Я говорю о княгине Ауершперг — возможно, ты знаешь, какой властью над ним она обладает. Часто она дает ему ложные сведения, и стоит большого труда его переубедить, и мне кажется, она часто осведомлена о таких вещах, в которые ей не стоит вмешиваться. Императора можно привлечь к себе, демонстрируя безграничное доверие, говоря с ним открыто, но следует избегать в его присутствии проявлений привязанности и доверия к императрице. Он относится к таким проявлениям с некоторой ревностью, поэтому я с ее согласия всегда была полна почтения, которое диктует мне мой долг, но никогда не показывала ему тех чувств, которые я действительно испытываю к его супруге. Доверительные отношения с императрицей заставили бы императора отвернуться от меня».

Изабелла Пармская с присущей ей проницательностью нарисовала также портрет императрицы, не имеющий равных среди отзывов современников о Марии Терезии. «Императрица, — писала она, — обладает прекрасным, нежным, полным эмоций и сочувствия сердцем. Она действительно любит тех, кто ей нравится, и пожертвовала бы собой ради них или даже их друзей. Она с вниманием и участием относится к их делам. Если обратиться к ней со всей искренностью, она всегда поможет хотя бы советом. И это касается не только друзей; каждый, кто только пожелает, может испытать на себе это доброе, сердечное отношение. Она многое пережила и многое узнала; поэтому ее советы очень ценны. Было бы прекрасно, если бы она сама в полной мере воспользовалась своим опытом. Однако она часто не доверяет своим собственным суждениям, забывает, что лишь немногие люди действительно честны, а настоящие друзья — большая редкость. Этим объясняются те ошибки, которые она допускает; здесь же находится причина той нерешительности, которую она порой проявляет, и именно поэтому она легко обращается за советом к тем, кто демонстрирует фальшивое рвение».

Привлекательными чертами человеческой природы могут быть не только несомненные достоинства, но и ее заблуждения, и те средства, с помощью которых исправляются ошибки. Наблюдательная Изабелла, уже предчувствовавшая свою скорую смерть (она скончалась 27 ноября 1763 года), отметила и это: «Императрица исключительно активна, и решения, которые она принимает в первый момент, часто носят отпечаток поспешности. В таких случаях нужно постараться побеседовать с ней и уговорить отложить решение. Если что-то ее злит, нужно согласиться с ней, однако затем постараться смягчить ее и уговорить изменить поспешное решение. Нужно время, чтобы она смягчилась, и такой образ действий — лучший способ завоевать ее уважение. Прямота и доброта лежат в основе ее характера».

Чем сильнее мы углубляемся в изучение личности Марии Терезии, тем лучше понимаем, насколько сложно ей было уживаться со своим сыном Иосифом, которого она вынуждена была сделать соправителем сразу после смерти супруга. Эрцгерцог, ставший императором, уже