Шеф-повар придорожной таверны IV - Кирилл Игоревич Коваль

Ставр неторопливо спустился с крыльца. Рядом с ним шёл Ивер с толстой палкой под мышкой.

— Ну здравствуй, Токвуд, — спокойно произнёс слепой стражник. — Полчаса назад расстались. А ты уже успел преступника найти? Да ещё и кого? Соучастника в создании подлога для казначейства города!

Капрал заметно поморщился.

— Не начинай.

— Так я ещё и не начинал.

— Это он! — ткнул мужчина пальцем в сторону окна. — Вон этот ублюдок!

— Полегче, Освальд, — холодно произнёс Ивер, — не разбрасывайся словами, за которые потом предстоит отвечать перед Нордом.

— Полегче⁈ Да этот щенок моего сына едва не убил!

— Вот это мы сейчас и выясним, — встал перед ним Ставр, оттесняя Ивера. Да он что, подраться хочет?

Освальд шагнул вперёд, чуть ли не упираясь в слепого грудью.

— Чего выяснять? Сын четыре дня встать не может! Ребра сломаны! Голова разбита! Свидетели есть!

— Какие?

Мужчина запнулся всего на мгновение.

— Да вся деревня знает!

Ставр усмехнулся.

— Это не свидетели. Видаки нужны.

— Будут видаки, сколько надо, столько и будут…

Токвуд недовольно кашлянул, обрывая Освальда.

— Жалоба подана. Мы обязаны доставить обвиняемого в город.

— Жалоба кем подана?

— Отцом пострадавшего.

— Не самим пострадавшим?

— Он пока не может приехать.

— Ты осматривал его?

— …

— Лекаря видел? Он тебе всё поведал?

— …

— Объяснения самого Дерека записал?

Капрал начал заметно раздражаться.

— Нет. Мне достаточно слов его отца.

Ставр покачал головой.

— То есть за последние полчаса ты встретил человека на дороге, выслушал одну сторону и решил сразу арестовать четырнадцатилетнего мальчишку? Обвиняемого в избиении взрослого мужика? Интересно, что тебе помогло думать в таком ключе?

Во дворе стало совсем тихо. Даже торговцы перестали переговариваться, до этого бурно обсуждая происходящее.

Токвуд сжал зубы.

— Не передёргивай.

— Я? Ни капли. Просто уточняю порядок твоей службы.

Освальд зло перебил:

— Да чего с ним разговаривать⁈ Забирайте мальчишку!

— Замолчи, — неожиданно резко оборвал его Ставр. Настолько резко, что Освальд опешил и даже шагнул назад.

— Ты уже сказал, что мог.

Потом слепой повернулся к капралу.

— Теперь моя очередь.

Он протянул руку.

— Ивер, покажи, пожалуйста.

А палка под мышкой оказалась свёрнутой пачкой документов. Дядя начал доставать и показывать капралу.

— Показания Весела.

Следующий лист.

— Показания Лары.

Ещё один.

— Показания свидетелей. Вот они все сидят, без малого тридцать человек.

Ещё.

— Заключение о побоях женщины, побои, правда, уже подзажившие, поздно догадались сделать.

Ивер сделал короткую паузу.

— Показания льеры Маши.

Токвуд дёрнулся.

— Льеры? Тут была льера?

— Именно. Льера Старшего рода. Силу её показаний понимаешь? — Ивер коварно улыбнулся, — кстати… это она вас вчера ужином кормила. Думаешь, обычные деревенские повара такое приготовят?

Ивер спокойно положил бумаги в руки побледневшего капрала.

— Всё оформлено в день происшествия.

Капрал начал быстро листать документы. Лицо его менялось с каждой страницей.

— Подожди… — пробормотал он. — Здесь говорится… Что Дерек прибыл вооружённый топором. Украл ребёнка. Пытался силой увести жену. Первым напал на несовершеннолетнего.

Освальд побледнел.

— Это ложь! Всё было не так! Заберите мальчишку! Немного поговорим с ним, и расскажет, как надо!

— Возможно, и расскажет, — спокойно согласился Ивер. — Очень хорошо, что ты показал своё истинное лицо, Ос. Именно поэтому…

Он вынул чистый лист. Достал из нагрудного кармана Машино самописное перо. Быстро написал несколько строк. Расписался. Подал Ставру. Подвёл его палец к месту, куда надо.

Тот поставил подпись свидетеля. Ивер протянул бумагу капралу.

— Это встречное заявление.

Токвуд пробежал глазами первые строки.

«…о нападении вооружённого человека на несовершеннолетнего…» «…ложный донос…» «…прошу провести полное судебное разбирательство…»

Капрал шумно выдохнул.

— Ивер…

— Нет, Токвуд. — Впервые за весь разговор голос дяди стал холодным. — Теперь только суд.

Освальд словно потерял дар речи.

— Подожди… зачем?

— Затем, что ты решил сделать преступником моего племянника. Теперь суд решит, кто преступник на самом деле. Твой сын… или его отец.

Освальд шагнул вперёд.

— Забери заявление.

— Нет.

— Я заплачу. Сколько хочешь!

— Нет. Сколько хочу? Да у тебя столько нет, даже если всё продашь.

— Я…

Ивер даже не дал ему закончить.

— Поздно. Токвуд, пиши опись документов и расписку в их получении.

— Да знаю я…

Повисла тяжёлая тишина. Токвуд, обильно потея, написал расписку, передал её Иверу, а сам медленно свернул бумаги. Теперь он выглядел совсем иначе, чем десять минут назад. Уверенности больше не было. Он прекрасно понимал, чем пахнет история, в которой он попытался задержать подростка, даже не проверив ни одного факта.

Закончив, Токвуд ещё раз посмотрел на Ивера, потом на Освальда и с трудом выдавил дежурную фразу:

— Разбирательство будет проводить городской суд. До его решения прошу обе стороны не предпринимать никаких действий.

Он коротко кивнул Ставру.

— Извини. Если… можешь замять… — Но прочитал что-то на его лице и осунулся еще больше.– Эх, ладно…

Слепой ничего не ответил. Капрал развернулся и пошёл к лошадям. Освальд ещё несколько мгновений стоял, будто надеясь, что Ивер передумает.

— Ты пожалеешь, — наконец процедил он.

— Уже жалею, — спокойно ответил Ивер. — Что тебя не было с сыном в тот момент. Вот позор бы был, вдвоём пытались похитить девушку и младенца и огребли бы от подростка. До зимы бы народ потешался! А так только Дерек посмешищем станет. Интересно, а отца посмешища, от которого жена сбежала, могут выбрать Почетным мужем селения?

Освальд дёрнулся, но, встретившись взглядом с Ивером, который просто пылал предвкушением, быстро отвернулся и поспешил следом за стражниками.

— Тьфу! Ну кто так провоцирует… — разочарованно откинулась на стуле Аста и отпила чаю. Правда тут же скривилась и повернув голову крикнула в сторону кухни — Эй, девочка! Принеси еще взвара! Только вот так же налей, как было!

Во дворе ещё долго никто не расходился. Только когда всадники выехали за ворота, торговцы вновь заговорили, причём сразу все одновременно.

— Ну, кажется, отбились, — облегчённо выдохнул я.

— Отбились? — фыркнула Маша. — Это они легко отделались.

Она первой вернулась на своё место. Аста как сидела у окна, так и сидела и спокойно доедала завтрак. Будто на дворе только что не пытались арестовать одного из хозяев