Шеф-повар придорожной таверны IV - Кирилл Игоревич Коваль

— Поэтому многие дворяне давно хотели изменить этот закон. — Он осторожно положил ладонь на свиток. — Мой господин был одним из них. Его звали лорд Эдрик аль Миньгар. — Он произнес имя спокойно. Так вспоминают человека, которого давно оплакали. — Старший род. Небогатый по меркам Старшей знати, но достаточно сильный.

Аста коротко кивнула.

— Старый род. Уважаемый.

А Ивер продолжил.

— Один небольшой город. Около сорока деревень. И несколько лиеров, державших земли от его имени.

Он ненадолго замолчал.

— Господин не стремился стать богаче любой ценой. Больше всего ему нравилось путешествовать. Учиться, а потом новые знания применять на своих землях. Ему нравилось строить. Дороги. Мельницы. Мосты. Он считал, что богатство приходит вслед за порядком. Даже говорил, что лучший способ стать богатым — сделать богаче тех, кто живет на твоей земле.

Я невольно улыбнулся. Очень похоже на человека, которому было бы интересно разговаривать с Машей.

— У него было два сына. Старший…

Тут Ивер ненадолго замешкался.

— Добрый. Честный. Но…

— Ленивый? — подсказала Маша.

— Скорее… — Дядя поискал слово, — равнодушный. Ему нравилась охота. Пиры. Турниры. Но не управление. Не люди. Не работа. И совсем другим был младший. Он мог часами сидеть с управляющим, разбирая счета. Знал по именам всех старост. Помнил, где какой мост в каком году потребует ремонта, сколько зерна осталось после прошлой зимы и сколько леса можно вырубить, чтобы не уничтожить рощу.

— Но наследником должен был стать не он? — тихо спросил я.

— Господин этого хотел. Чтобы его наследство перешло именно к нему. — Он опустил взгляд. — Но закон почти наверняка не позволил бы. Он предварительно разговаривал с человеком со двора правителя. Тот объяснил, что шансов на смену нет, разве только смерть старшего. Старший сын не совершил ничего, за что его можно было лишить наследства. А Эдрик любил обоих сыновей. И цель его была в том, чтобы передать своё наследство в правильные руки и не разрушить дружбу братьев.

Ивер вздохнул.

— Поэтому господин и начал собирать других дворян. Не для мятежа. Для веса своим требованиям. Они хотели добиться принятия Хартии преемственности. Документа, который позволял бы главе рода самостоятельно выбирать наследника из собственных детей. При соблюдении определенных условий и с подтверждением Храма.

— Звучит разумно, — вставила фразу Маша.

— Так и было. — Ивер кивнул. — Именно поэтому к нему присоединилось довольно много людей.

Он посмотрел на нас.

— Большинство приехало спорить. Убеждать. Давить. Но не воевать. Никто из них не подозревал, что рядом уже работают совсем другие люди. Люди, которым была нужна не Хартия. А корона. И именно в тот день… в Миньгар прибыл наследник престола.

— Хотя ждали самого правителя, — вставила Аста, — но правителя задержала я. Был обнаружен… один нежелательный… преступник, да не важно! Мне нужна была армия, которую мог выделить только правитель. И мы с ним спорили по этому поводу. Но не будь он упертым бараном и дай войско сразу — вполне могло статься, что уехать мог и сам…

Ивер помолчал, ожидая продолжения, но Аста замолчала, уставившись на дверь, и Ивер продолжил.

— Мы обрадовались. Наследник, несмотря на молодость, довольно умный парень, умеющий слушать доводы. Мы настроились на дебаты, спор, возможно, какие-то подвижки со своей стороны, в том числе рассматривали даже некий налог, который надо было заплатить за назначение нужного наследника. Никто тогда еще не понимал, что через несколько часов начнется одна из самых кровавых страниц истории королевства.

Ивер заговорил негромко, закрыв глаза, словно боялся снова увидеть тот день.

— Помню тот день. Вернее… момент, когда мы узнали, кто именно едет вести переговоры.

Миньгарский замок гудел, как потревоженный улей. Во внутреннем дворе теснились кони. Вооруженные дружинники лениво переговаривались у колодца.

Никто не ждал боя. Даже оружие носили скорее по привычке, чем из опасения. Большинство приехало без тяжелых доспехов. Все рассчитывали через день-другой разъехаться по домам.

Лорд Эдрик тоже не видел причин для тревоги.

— Если наследник приехал сам, значит, нас услышали, — сказал он тогда, — жаль, что не правитель, хотя он и писал, что переговорит со мной…

— Может, наследник хочет лишь наши лица посмотреть, чтобы знать, кого потом казнить, — мрачно буркнул один из дворян.

Эдрик лишь усмехнулся.

— Не говори ерунды. Если бы корона хотела крови, прислали бы армию. А не одного человека.

Ивер улыбнулся.

— Господин вообще редко повышал голос. Но почему-то именно после его слов люди переставали ждать беды. И сам всегда спокоен, и вокруг все быстро становились спокойными и уверенными.

Наследник прибыл ближе к полудню. Без показной роскоши. Около пятидесяти всадников. Два жреца Храма и два ариигалийца — телохранителя.

— Всего два? — удивилась Маша.

Аста кивнула.

— Достаточно. Два ариигалийца — это значит, наследник не планирует нападения, но и в обиду себя не даст.

Ивер продолжил.

Наследник вошел в большой зал. Нас там собралось порядка пятидесяти лиеров и их приближенных. Поздоровался. Выслушал приветственные речи господина. Позадавал вопросы. Даже соглашался с некоторыми доводами. Привел свои аргументы. Мы уже начали думать, что сегодня всё закончится обычным спором, после которого стороны возьмут время на подумать…

— И именно в этот момент один из дворян достал меч. И сделал шаг в сторону наследника. Как будто хотел что-то показать.

Я тогда еще не понял… что это был условный знак.

Я еще успел подумать, что какой-то горячий дворянин решил припугнуть наследника. Даже повернулся к Эдрику, спросить позволения его обезоружить.

О как я ошибся.

Человек с мечом повернулся не к наследнику, а к остальным дворянам и спокойно произнес:

— Во имя будущего королевства!

Будто это были заранее оговоренные слова. В тот же миг по всему залу зазвенела сталь. Больше двадцати человек одновременно выхватили оружие.

Кто-то бросился открывать двери. Кто-то бросился к балкону и похватали переданные им снаружи арбалеты.

Еще несколько бросились на воинов Храма, убив их сразу, потеряв двоих нападающих. Всё произошло быстрее, чем человек успевает вскочить со стула.

Наследник поднялся. Не испугался. Не потянулся к мечу. Телохранители прикрыли его, но было видно, как они напряжены.

Только спросил:

— Что это значит?

Из толпы вышел Монд аль Кассар. Именно он позже станет одним из главных лиц мятежа.

— Это значит, ваше высочество, что переговоры закончились. — Он слегка поклонился, будто продолжал