Красный священник - Е. Юань

— Я бы и сам справился… — едва очутившись в окутанном серой дымкой мире, недовольно пробурчал Леонард.

Клейн и Одри напрочь проигнорировали его ворчание. Цепким взором окинув округу, они в мгновение ока составили исчерпывающую картину сновидения аскета.

Декорациями служила всё та же церковь, вот только теперь она поражала воистину монументальным, подавляющим величием.

Колонны в античном стиле гордо подпирали уходящие ввысь своды, ничуть не дробя исполинский зал на куски, отчего тот казался гротескно, пугающе необъятным.

В парадные врата этого храма играючи прошел бы целый строй гигантов, а вдоль стен, в массивных серебряных чашах, мирно горели свечи, щедро заливая пространство теплым светом.

В авангарде высился поистине грандиозный, роскошный алтарь. Над ним нависал пепельно-серый крест вкупе с изваянием божества, стоически несущего это бремя.

Лик идола терялся в туманной дымке, однако от всей фигуры так и веяло безграничным, всепрощающим милосердием к роду человеческому.

Сам Сноумен, как и в реальности, ютился в первом ряду, лицом к алтарю. Опустив голову и зажмурившись, он продолжал истово отбивать поклоны.

— Архитектура до боли смахивает на ту заброшенную часовню из города Полудня, что в свое время демонстрировал нам малыш «Солнце». Сдается мне, они принадлежат к одной эпохе, — понизив голос, проронила «Справедливость» Одри, скользя взглядом по каменным аркам.

Параллельно девушка титаническим усилием воли давила рвущееся наружу любопытство, приказывая себе сохранять ледяную выдержку.

«Малыш „Солнце“? И с какой стати он вдруг „малыш“? Этот амбал на голову выше и вдвое шире меня… Заброшенная часовня города Полудня…» — мысленно фыркнул «Звезда» Леонард, разрываясь между едкой иронией и глухим недоумением.

Когда поэт только-только присягнул Клубу Таро, «Солнце» Деррик уже благополучно вернулся в Город Серебра. И пускай паренек нет-нет да и поминал грядущую экспедицию ко Двору Короля Гигантов, воссоздавать те леденящие душу пейзажи над серой мглой больше не порывался.

— Истинно так, — Клейн оторвал взгляд от алтаря, соглашаясь с выводами мисс «Справедливости», после чего скомандовал: — Берите бразды правления сновидением в свои руки. Выудите из его подкорки всю сокровенную подноготную, сделав особый упор на Королях Ангелов.

Положа руку на сердце, с этой задачкой играючи справился бы как «Кошмар», так и «Странствующий в сновидениях». Сыщик спихнул работу на юную аристократку исключительно ради того, чтобы подстегнуть усвоение её эликсира. В конце концов, Леонард свою порцию давно переварил. Да и если копаться в чужом подсознании, адепты Пути «Зрителя» по определению считались непревзойденными экспертами, способными провести операцию с ювелирной, филигранной точностью.

Лишь в эту самую секунду до «Звезды» Леонарда дошел один вопиющий факт:

Продемонстрированные мисс «Справедливостью» таланты намертво завязаны на домен грез…

А это железобетонно означало лишь одно: барышня уже перешагнула порог пятой Последовательности, обернувшись «Странствующим в сновидениях»!

«Какого дьявола так быстро?» — поэт ошарашенно захлопал ресницами, напрочь отказываясь верить собственным глазам.

В его памяти кристально ясно отпечаталось: когда он только-только влился в ряды ложи, мисс «Справедливость» вскользь обмолвилась, что статус «Гипнотизера» носит от силы месяц. С тех пор минуло каких-то жалких три месяца с хвостиком.

Спору нет, на последних собраниях она активно закидывала удочки насчет материалов для возвышения, вот только умудриться досуха выжать зелье шестого ранга меньше чем за четыре месяца — это уже ни в какие ворота не лезет… Мысли вихрем проносились в голове Леонарда, и юноша внезапно осознал, что его гордость за лычки капитана «Красных перчаток», статус в верхах Церкви и звание «Шамана духов» пятой ступени как-то разом поблекла и съежилась.

Пока поэт барахтался в пучине самоуничижения, Одри коротко угукнула и, сделав пару шагов вперед, застыла прямо над Сноуменом.

В её изумрудных, подобных драгоценным камням глазах внезапно заклубилась призрачная рябь. Иллюзорные волны дюйм за дюймом уходили всё глубже, растворяясь в непроницаемом, безмятежном мраке.

Пространство прошила незримая дрожь, и монументальный алтарь в авангарде храма резко поплыл, теряя четкость.

Грандиозная святыня вкупе с крестом и изваянием исказилась до неузнаваемости. А уже в следующее мгновение морок с треском лопнул, исторгнув из себя приглушенную, но завораживающую игру света и теней.

Эти блики стремительно сплелись в объемную, кристально ясную панораму: взору предстала исполинская, уходящая за горизонт горная гряда. Её главный пик вонзался прямо в небеса, и даже густые белые облака не смели укрыть его, благоговейно расступаясь в стороны.

На самой вершине этого пика высился циклопический, превосходящий саму гору крест. А у его подножия, окутанный неисчислимыми, наслаивающимися друг на друга слоями божественного сияния, восседал монументальный силуэт.

Двукрылые, четырехкрылые и шестикрылые ангелы с горнами, арфами и флейтами в руках водили вокруг этой исполинской фигуры хороводы, без устали воспевая и прославляя своего владыку.

Восьмерка размытых силуэтов, за спинами которых угрожающе распахнулись по двенадцать пар крыльев, плотным кольцом обступила божество. Одни благоговейно припали к Его ногам, всем своим видом источая слепую преданность, другие же застыли по флангам, безмолвно ожидая приказов.

Подобный спектакль Клейну уже доводилось лицезреть воочию. Он безошибочно узнал в этом сияющем идоле Древнего бога Солнца, а в тех двенадцатикрылых мастодонтах — самих Королей Ангелов.

В этот самый миг аскет Сноумен распахнул глаза. Устремив взор на мисс «Справедливость», он заговорил низким, дышащим архаичным величием басом, словно отчитывая нерадивого послушника:

— Лишь Святому Духу по плечу подлинно, без остатка служить Господу. Такова моя единственная, заветная цель в этой бренной жизни…

— Я узрел, как Господь, возвышаясь над мириадами лучей славы, щедро изливает Свое милосердие на Небеса и Землю, а одесную и ошуюю от Него стоят восемь «Королей».

— «Темный Ангел» — первородный сын, первый ангел, сотворенный Владыкой. Он — Левая Рука Господа, Его карающий клинок и бессменный Наместник Небес;

— «Ангел Фантазий» — старший отпрыск Создателя. И изрек Господь: в грядущих, сокрытых во мраке веках именно Тебе суждено стать Спасителем всего сущего;

— «Ангел Времени» — младший сын Владыки. И изрек Господь: Ты еси Бог коварства и лукавства, Ты — Бог насмешек, и Ты же — спасительный луч в час надвигающегося Апокалипсиса;

— «Белоснежный Ангел», «Ангел Ветра» и «Ангел Судьбы» — самые преданные, непоколебимые цепные псы Господа. Отважные и истовые, проделавшие путь от жалких ничтожеств до истинных мастодонтов, ни на йоту не изменившие своей вере;

— «Ангел Мудрости» обрел спасение через покаяние, а через спасение — божественную благодать. Его судьба в корне расходится с участью тех мерзких тварей, что вкусили запретный плод и были