Образы Востока в мировой культуре - Дарья Олеговна Мартынова

столовой была передана художнику. Вдохновившись коллекцией и цветом павлиньих перьев, Уистлер полностью изменил отделку помещения: он закрасил кожу дорогими сине-зелеными минеральными пигментами и наклеил сусальное золото.

Масштабные изменения привели к ссоре Уистлера с Лейландом, из-за чего на одной из стен комнаты художник создал едкую роспись под названием «Искусство и деньги: история комнаты». В ней Уистлер представил себя и своего бывшего покровителя в виде сражающихся павлинов. Так или иначе Лейланд до конца своей жизни пользовался столовой.

Такие изменения Уистлер сделал из-за своей находившейся в столовой картины, приобретенной у него Лейландом. Действительно, композиционным центром всей комнаты было полотно Уистлера «Розовое и серебряное: Принцесса из страны фарфора». По сути, Уистлер подчинил ее представлению все оформление комнаты. На полотне художник изобразил европейскую даму в китайском ханьфу – традиционном костюме ханьцев Китая, – стоящую посреди китайских предметов: бело-синего фарфора, ширмы с мотивом «цветы-птицы». Это произведение, висящее над камином в Павлиньей комнате, было частью серии костюмированных картин, созданных Уистлером в середине 1860-х годов, на которых западные модели предстают в азиатских нарядах в окружении китайских и японских предметов из собственных коллекций Уистлера. Примечательно, что в «Принцессе» художник изображает девушку стоящей на ковре, имитирующем фарфор из Цзиндэчжэня, – центра производства фарфора, своеобразной «фарфоровой столицы» Китая. Тем самым он создает ощущение, что эта девушка либо сошла с какого-то керамического изделия, либо является персонификацией страны фарфора.

© Smithsonian's Freer and Sackler Galleries / flickr (по лицензии CC BY-SA 2.0)

© Smithsonian's Freer and Sackler Galleries / flickr (по лицензии CC BY-SA 2.0)

Павлинья комната.

Из этой же серии была работа «Пурпурный и розовый: Ланге Лейзен из шести знаков» 1864 года. Эта картина – своеобразная игра со зрителем. В центре полотна изображена европейская дама в ханьфу; она то ли ценительница азиатского искусства, подкрашивающая китайскую вазу, то ли «китаянка»-мастер по росписи фарфора. Отсылки на фарфор были и на раме: на ней изображены 6 иероглифов, в которых указано, что полотно выполнено во время правления Канси. Иными словами, Уистлер намеренно включает эту подпись, чтобы показать, что сцена основана на реальных событиях и связана не с абстрактным, а с реальным образом Китая.

Джеймс Уистлер. Розовое и серебряное: Принцесса из страны фарфора. 1863. Холст, масло. 201,5 × 116,1 см. Художественная галерея Фрира, Вашингтон, США.

Джеймс Уистлер. Пурпурный и розовый: Ланге Лейзен из шести знаков. 1864. Холст, масло. 91,5 × 61,5 см. Музей искусств Филадельфии, США.

Не случайно иероглифы попадают в название картины, как и надписи «Ланге Лейзен» (“Lange Lijzen”). Это не имя модели, а голландский термин, обозначающий «удлиненную женскую фигуру», представленную на фарфоре Канси. Таким образом, это действительно и сошедшая с фарфора дама, и своеобразное творение, изготавливающее новые варианты фарфора. Уистлер создавал и акварели с изображением китайского фарфора.

Еще один английский художник этого периода, изобразивший китайский фарфор в своих картинах, – Данте Габриэль Россетти (именно он познакомил Уистлера с Лейландом). В полотне «Монна Роза» Россетти написал Фрэнсис Лейланд, жену Фредерика Лейланда, покровительствовавшего Россетти. Эту работу предприниматель выставил в своей гостиной.

На нем художник представил миссис Лейланд, ухаживающую за розами. Она одета в струящуюся, сияющую бело-золотую драпировку с изящным цветочным орнаментом, похожим на орнамент на фарфоровом сосуде.

Данте Габриэль Россетти. Монна Роза. 1867. Холст, масло. 69 × 53 см. Частная коллекция.

Еще одним увлеченным собирателем китайского фарфора был бельгийский художник Джеймс Энсор (1860–1949). Его мать и тетя, Катарина и Мими Хагеман, коллекционировали предметы дальневосточного искусства, заказывая их у Зигфрида Бинга в Париже. Сестры держали сувенирную лавку, в которой и рос художник. Китайские и японские предметы Энсор чаще всего изображал в своих натюрмортах. Он считал, что натюрморт – самый важный художественный жанр, который ярче всего демонстрирует колористический талант творца. В 1880 году мастер написал работу «Китайский фарфор с веерами», где запечатлена прекрасно подобранная коллекция. Каждый предмет он тщательно прописал, стремясь показать разницу материалов.

Джеймс Энсор. Китайский фарфор с веерами. 1880. Холст, масло. Королевские музеи изящных искусств Бельгии, Брюссель, Бельгия.

Впоследствии подобные композиции усложнялись, художник дополнял веера и фарфор миниатюрными статуэтками – буддийскими и театральными образами, как в натюрморте, созданном около 1906 года.

Джеймс Энсор. Натюрморт с китайскими предметами. Ок. 1906. Холст, масло. 78,5 × 98,5 см. Королевский музей изобразительных искусств, Антверпен, Бельгия.

Энсор интегрировал китайские произведения в свои жанровые работы. В 1885 году он написал полотно «Скелет, смотрящий на китайские предметы». На картине скелет полулежит в кресле в богато украшенном интерьере, внимательно рассматривая окружающие его восточные произведения: ширмы, фарфор, веера, фонарики и многое другое. Приглушенная и мрачная цветовая палитра усиливает жутковатое созерцательное настроение картины. В таком подходе к теме Энсор пытается отразить идею тщетности бытия.

В XIX веке искусство Востока стало значимым для культурной жизни Европы. Так, лионский промышленник Эмиль Гиме (1836–1918) решил создать музей на основе коллекции, собранной им во время кругосветного путешествия в 1876 году, а в 1882 году в Париже открылся музей Индокитая. В 1883 году активно распространялась книга А. П. Синнетта «Эзотерический буддизм». В 1889 году коллекция Гиме попала в Париж, в его собрании были скульптуры, фрески и предметы декоративно-прикладного искусства из Китая, Японии, Египта и Индии. Вскоре собрание музея пополнилось корейской коллекцией Шарля Вара и тибетской прославленного тибетолога Жака Бако (1877–1965).

Джеймс Энсор. Скелет, смотрящий на китайские предметы. 1885. Холст, масло. 101 × 65 см. Музей изящных искусств, Гент, Бельгия.

Возможно, именно с этой коллекцией ознакомился чешский художник Франтишек Купка (1871–1957), бо́льшую часть своей жизни проработавший во Франции и создавший две работы, тесно связанные с китайским искусством, – «Душа лотоса» (1898) и «Начало жизни» (1900). Художник практиковал медитации и изучал тантрический буддизм. В обеих работах есть отсылки к иконографии райских земель в буддизме и представлено перерождение души из лотоса.

Цветок лотоса – постоянный элемент буддийских религиозных образов в различных странах, связанных с буддизмом, включая Японию, Китай, Тибет и Индию, символ духовной чистоты. Лотос можно увидеть во множестве произведений: на изображениях Авалокитешвары (Каннон), бодхисаттвы сострадания, и на стенах пещерных монастырей в Китае, на которых были изображены райские земли будды Амитабхи, представленные как пруды на террасах, заполненные лотосами, где перерождаются души. В дополнение