Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова

ангар казался еще больше, чем снаружи. Весь он был заполнен огромными пластмассовыми куклами. Здесь был тот пупс, которого я видела на рекламной листовке, и кукла-неваляшка с круглыми глупыми глазами, и обычная кукла в ситцевом платье.

Только все эти куклы были куда больше человеческого роста и поэтому выглядели пугающе.

В глубине ангара я увидела фонтан.

То есть это был, судя по форме, фонтан с бассейном, только вода к нему не была подключена.

Посреди этого фонтана лежала огромная пластмассовая кукла в виде толстощекого пузатого мужчины, а вокруг него толпились куклы поменьше – в основном девочки. Не подумайте плохого, все они были в купальничках – открытых или закрытых, некоторые даже в разноцветных купальных шапочках.

Причем, присмотревшись, я поняла, что эти девочки всячески мучают центральную куклу: тычут в нее ножами и вилками, кромсают ножницами, бьют огромными поварешками.

Около фонтана стояла молодая девица с длинными отглаженными светлыми волосами, возле нее – богато одетые мужчина и женщина, при виде которых я вспомнила роскошный автомобиль возле входа в ангар.

Блондинка вещала хорошо поставленным голосом:

– Этот фонтан – самая крупная и монументальная работа Якова. Он символизирует бунт женщин против векового порабощения мужчинами, против их заточения на кухне. В этой работе воплощены основные концепции полисинтетизма…

– Кошечка, – проговорил мужчина, обращаясь к своей спутнице, – зачем тебе это уродство?

Я подумала, что совершенно с ним согласна, фонтан и все его обитатели производили ужасающее впечатление. Впрочем, моим мнением вряд ли станут интересоваться.

– Ну почему уродство? – вяло отмахивалась женщина. – Ты же слышал, что она сказала – в этой работе что-то там воплощено… насчет векового порабощения… Я же, в конце концов, женщина, меня это тоже напрямую касается.

– Ну, котик, ты у меня что, домашняя рабыня? Ты что, заточена на кухне? Да ты наверняка даже не знаешь, где эта кухня находится! – усмехнулся муж.

– Ну почему не знаю! Я туда даже заходила на прошлой неделе, когда мне понадобились бобы.

– Какие бобы? – мужчина опешил.

– Обыкновенные бобы!

– Зачем они тебе понадобились?

– Ну зачем могут понадобиться бобы? Не есть же их, в конце концов! Для гадания, конечно! Мне Ляля Козырева рассказала о гадании на бобах, вот я и пошла за ними на кухню!

– Ну и как, нашла?

– Нет, конечно! Я там вообще заблудилась, еле нашла выход. И вообще, при чем тут бобы?

– Как при чем? Тебе сказала о них Ляля Козырева, а это не ее в прошлом месяце бросил муж? Такой скандал был, даже я знаю, потому что он, оказывается, перевел все средства за границу и улетел в неизвестном направлении. И твоя Ляля осталась на бобах!

– Ну и что? Мы сейчас говорим об этом фонтане, а ты, как всегда, пытаешься меня отвлечь!

– Ну, котик, ты хотя бы знаешь, где его поставить?

– Во дворе.

– Во дворе не осталось места после того, как ты там разместила зоопарк. Одни клетки с антилопами сколько места заняли!

– Ну опять ты за свое! Антилопы, они такие милые! И ты ведь не позволил мне купить носорога!

– Котик, не отвлекайся. Мы говорим о фонтане.

– Хорошо, если нельзя во дворе, поставим его в гостиной.

– Фонтан – в гостиной?

– Ну да, а что такого?

– Но он там не поместится!

– Значит, у нас слишком маленькая гостиная! Значит, с этим что-то нужно делать.

– Что же мне, заново перестраивать дом ради этого дурацкого фонтана?

– А почему бы и нет? Неужели ты ради меня не можешь сделать такую малость?

– Ну зачем вообще тебе этот фонтан?

– Сейчас это в тренде! У всех есть работы этого скульптора – и у Виктории, и у Ульяны, одна я как нищенка.

– Но почему непременно фонтан?

Отутюженная блондинка, которая терпеливо выслушивала эту семейную сцену, не выдержала и подала голос:

– Если фонтан не подходит вам по причине своих размеров, я могу предложить вам что-нибудь более компактное. К примеру, вот эту неваляшку. Или вон ту куклу, – она показала клиентам на огромную, в два человеческих роста, куклу. – Это одна из последних работ мастера, – разливалась соловьем блондинка. – Эта модель называется «Аленка», она может ходить и говорить «мама».

Блондинка ткнула куклу в живот, и та послушно промяукала:

– Ма-ма!..

Клиентка посмотрела на куклу и задумчиво протянула:

– Ну, может, и ничего, только почему на ней такое ужасное платье? Это же полный отстой! Каменный век! Почему нельзя одеть ее во что-нибудь приличное – от Лагерфельда, Дольче и Габбана или, на худой конец, от Валентино?

– Ну такова была изначальная концепция мастера. Так сказать, близость к корням. Но если для вас это так важно, я с ним поговорю, и, возможно, он пойдет вам навстречу.

Тут мужчина взглянул на часы и сказал:

– Котик, если ты не определилась, мы уже поедем. У тебя ведь через час встреча с психоаналитиком.

– Ох, и правда! – клиентка всполошилась. – Эту встречу никак нельзя пропустить! К нему запись за месяц! Мы с ним должны проработать мои детские травмы.

Она повернулась к блондинке и сказала:

– Ладно, подберите этой Аленке какое-нибудь приличное платье, лучше коктейльное, и я ее возьму. А сейчас нам нужно ехать.

Клиенты покинули ангар, и отутюженная блондинка наконец заметила меня.

Она окинула меня оценивающим взглядом и, видимо, выставила низкую оценку. Тем не менее, помня, что первое впечатление может быть ошибочным, она спросила:

– Вы хотите приобрести какую-то из работ мастера? У него есть небольшие работы по умеренным ценам.

– Нет, мне бы с ним поговорить.

– Увы, это невозможно. Мастер находится в творческом поиске, и отвлекать его в такие моменты нельзя. Вдохновение – это такая хрупкая субстанция!

При этом блондинка невольно покосилась на противоположный конец ангара, часть которого была отгорожена пластиковой стенкой.

– Но мне бы все же поговорить. Я хочу передать ему привет от Аглаи.

Последние слова я произнесла как можно громче.

В ангаре была очень хорошая акустика, так что эти слова донеслись до его дальнего, отгороженного конца.

Тут же в перегородке открылась неприметная дверка, и оттуда выглянул крепкий старик с окладистой седой бородой и яркой повязкой на голове – тот самый, кого я видела на листовке.

– Ушли эти? – спросил он опасливо.

– Ушли, ушли! – ответила блондинка.

Мастер выбрался из своего закутка, приблизился к нам и взглянул на меня:

– Вы и правда от Аглаи?

– Ну да, и она вам привет передавала.

– Как она?

– Да все в порядке, вас часто вспоминает.

– Правда? – старик заулыбался.

Нет, ну точно у них с Аглаей что-то было!

Старик махнул рукой, приглашая меня в свой закуток. Там