Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова

Григорий сел за свободный столик, махнул официантке.

Я опустилась рядом.

Он деловито потер руки и проговорил:

– Итак, что конкретно вам нужно?

Я перегнулась через стол и произнесла:

– Манекен.

– Манекен? – он удивленно поднял брови. – Какой именно манекен? Простой манекен?

– Ну, не совсем простой. Мне нужен манекен работы Якова Таратуты, конкретно – модель «Мелисса».

– «Мелисса»… – протянул Григорий задумчиво. – Вообще-то он их больше не делает. Может, вас устроит английский манекен? Модель «Джессика». Они сейчас пользуются большим спросом. Такие манекены стоят в витринах по всей Риджент-стрит.

– Слушайте, я ведь потому и искала вас, что вы, по слухам, можете достать все что угодно. Мне нужна именно «Мелисса», и никакая другая ее не заменит.

– А может, вас устроит итальянская модель «Франческа»? Ее используют все лучшие дизайнеры Милана! У нее подвижные суставы, и она может принимать любую позу…

– Нет, мне нужна только «Мелисса»!

– Ну какая, в конце концов, разница? Манекен – он и есть манекен, он предназначен для того, чтобы надевать на него одежду.

– Не только. Мне этот манекен нужен для съемки фильма. Режиссер требует именно эту модель. Только она соответствует его… этому… творческому замыслу.

В это время в кармане у Григория зазвонил телефон.

Он заметно побледнел, дрожащей рукой вытащил злополучный телефон из кармана, как неразорвавшуюся гранату, взглянул на экран и сразу успокоился.

Поднес телефон к уху и быстро проговорил:

– Слава богу, это ты. Напугал ты меня… Кого боюсь? Бульдозера… Да-да, того самого… Я ему кое-что обещал и аванс взял, а выполнить не смог, так теперь боюсь, что он пришлет своих людей. Ты же знаешь, Бульдозер – страшный человек. Зачем связался? Сам не знаю… Он хорошие деньги обещал, я и не удержался. Что? Твой заказ вот-вот подойдет, не беспокойся!

Григорий спрятал телефон, поднял на меня глаза и заморгал, припоминая.

– Значит, вам нужен манекен…

– Не абы какой, а именно «Мелисса» от Якова Таратуты, – терпеливо повторила я.

– Да, точно… Для съемок фильма… Но Яков больше не делает таких манекенов, он ушел в чистое искусство.

– Я в курсе.

– Так, может, вас устроит какая-нибудь другая модель?

– Нет, не устроит! – строго отрезала я. – Вы уже это предлагали! Только «Мелисса»!

– Но он их не делает.

– Тогда, может, вы скажете мне, кому продали те манекены, которые раньше покупали у Якова? А я поговорю с владельцами, может, кто-то из них уступит свою «Мелиссу».

Глаза Григория забегали.

– Ну, девушка, это противоречит моим принципам. Я никогда не разглашаю имена своих покупателей. Это противоречит моим этическим нормам!

Произнеся эти красивые слова, он раздулся, как павлин.

Все ясно, поняла я. Хочет за эту информацию получить деньги. Причем он не удовлетворится скромной купюрой, как уборщица Аглая. Он попытается стрясти с меня кучу денег. А у меня их просто нет, и взять негде.

Что же делать?

В задумчивости я огляделась по сторонам. Взгляд мой скользнул по залу кафе, переместился на окно…

И тут я напряглась.

За окном кафе стояли два человека.

Один – немолодой дядечка приличного вида, с бородкой клинышком и седыми висками. А второй…

При виде этого второго я невольно вспомнила вольер с большими человекообразными обезьянами в зоопарке. Конкретно – орангутанга… А может – гориллу.

И тут я вспомнила звонок Ольги, жены Борюсика.

Она говорила, что меня разыскивали двое – один пожилой, а второй – громила, похожий на орангутанга.

Парочка за окном кафе как нельзя точно соответствовала Ольгиному описанию!

И они явно явились по мою душу! Вычислили, гады, меня по номеру мобильника!

Сейчас они вглядываются в кафе, еще немного – увидят меня, и тогда…

Григорий почувствовал, что я напряглась, и перехватил мой испуганный взгляд.

Увидев подозрительную парочку за окном кафе, он заметно побледнел.

– Кто это такие? – прошептал он, сползая со стула.

– Опасные люди с виду… – сказала я равнодушно, как будто ко мне это не имеет никакого отношения.

Григорий же еще сильнее побледнел и зашептал:

– Это наверняка они… Это люди Бульдозера, они пришли по мою душу… Они меня разыскивают… Что делать? Что делать?

Я не стала переубеждать его, не стала объяснять, что парочка за окном ищет не его, а меня.

Сейчас было просто не до долгих объяснений. Нужно было как-то сбежать от этих двоих.

И тут у меня снова всплыли детские воспоминания.

Мамина знакомая, которая работала в кукольном театре, привела нас в это кафе не через главный вход, не с улицы, а прямо из театра, из каких-то служебных помещений. Вот вы подумайте, мне было лет шесть, не вспоминала про это, а сейчас в голове всплыло, как будто вчера все происходило.

И выход этот был…

Он был рядом с огромной куклой!

Тогда, в детстве, эта кукла показалась мне просто гигантской. Да и сейчас этот Петрушка был немаленьким – как минимум в полтора человеческих роста.

А за его спиной я разглядела неприметную дверцу.

Парочка за окном, похоже, заметила меня и с решительным видом двинулась ко входу в кафе.

Григорий увидел это и буквально позеленел.

– Что делать? Они идут сюда!

Не тратя времени на объяснения, я вскочила и бросилась к лоскутному Петрушке.

Григорий устремился за мной.

Я отодвинула куклу, повернула дверную ручку…

На мое счастье, дверь не была заперта.

Я юркнула внутрь. Григорий протиснулся за мной и торопливо захлопнул дверь за собой, да еще задвинул засов.

Мы оказались в полутемном коридоре.

Я припустила вперед по этому коридору, припоминая, как шла по нему в детстве. Мама со своей знакомой увлеклись разговором, а я бежала впереди.

Вот та самая комната, где работала мамина знакомая.

Я открыла дверь.

На полу комнаты были разложены большие листы фанеры, и молодая женщина рисовала на них каменные стены и башни средневекового замка. Рядом стояли картонные рыцари в доспехах из фольги, чуть в стороне – большая фанерная лошадь.

Ну все понятно, здесь наверняка делают декорации для будущих спектаклей.

Женщина оторвалась от работы и взглянула на нас:

– Вы кто такие?

– Мы к Анне Аркадьевне, – поспешно ответила я, внезапно вспомнив имя и отчество маминой знакомой.

– Что? – удивленно переспросила женщина. – Она здесь давно уже не работает!

– Да что вы говорите? – переспросила я. – Ну надо же…

– Конечно, она уже вышла на пенсию.

Не слушая ее, я пересекла комнату, толкнула следующую дверь – и оказалась в длинном помещении, по которому расхаживал долговязый человек в черном облегающем костюме, на плече которого сидела большая черная ворона.

Приглядевшись, я поняла, что