Серый генерал - Аллен Герэн

полиции» в УПА. Фон дем Бах-Залевский, видимо предупрежденный абвером и Геленом, делает вид, что недоволен подобным отступничеством Шукевича и его людей, которых эсэсовцы называют дезертирами, в то время как ОУН всячески старается представить членов УПА в глазах населения подлинными героями сопротивления. Ловкий трюк, придуманный Бандерой и Лахузеном.

«УПА была создана немцами», — утверждает польский историк Ян Герхард[106], а его коллега Игнаций Блюм добавляет: «ОУН создала в 1943 году УПА будто бы для борьбы с немцами, а на самом деле, как впоследствии показали события, для подавления антигитлеровского движения советских и польских партизан»[107]. Бывший нацистский дипломат Петер Клейст, в прошлом сотрудник Розенберга и Риббентропа, перечисляя «нерусские формирования восточных воинских частей», упоминает об их главарях Бандере, Каюм Хане и Бангерском. Жак де Лоне отмечает: «Были установлены связи с усташами Павелича, а также с другими террористическими организациями»[108], а поляк Шот, имя которого часто упоминалось нами, пишет: «УПА получала значительную помощь от словацких фашистов Тисо…» Таковы сведения о создании и связях УПА.

Что касается ее деятельности, то существует много очевидцев, не считающих, что действия УПА были направлены на «защиту» и «охрану» населения. Так, французский эксперт при Организации Объединенных Наций Жак Вернан писал в 1953 году: «Группа Бандеры повинна в свершении злодеяний, особенно в Галиции. Видимо, поэтому все ее члены требуют статуса беженцев». Украинский писатель Ярослав Галан писал в марте 1944 года: «Вот уже два года, как земля Волыни захлебывается человеческой кровью. Вот уже два года, как от совершаемых зверств седеют головы у юных девушек. Вооруженные до зубов бандеровцы, прислуживая Гитлеру, окружают на рассвете польские деревни, поджигают дома и топорами убивают жителей, пытающихся спастись из объятых пламенем домов. Они действуют методично, так, чтобы ни одна живая душа не избежала ужасного избиения. И такая судьба уготована не только польским деревням. Своими кровавыми руками эти гитлеровцы с желто-голубыми нарукавными повязками убивают тысячи украинских крестьян, заподозренных в симпатиях к партизанам и к Красной Армии. В деревне, расположенной неподалеку от Розичка, украинские гитлеровцы за одну ночь уничтожили все население, насчитывавшее 800 человек…»[109]

Такова была «Украинская повстанческая армия». Майор Шот справедливо отмечает: «Влияние группы Бандеры усиливается среди украинских националистов по мере ухудшения обстановки на Восточном фронте. У Мельника же силы убывают… Бандеровская группа становится руководящим звеном движения украинских националистов. ОУН-Б укрепляется организационно, усиливает влияние и привлекает в свои ряды большинство украинских фашистов…»

И если кого-нибудь радуют «успехи» Бандеры, то это Рейнгарда Гелена… Когда он становится преемником адмирала Канариса по делам Востока, «серый генерал» действительно делает большую ставку на находившуюся тогда в расцвете своей деятельности УПА. Он верит в возможность эффективного использования предателей, объединившихся под знаком трезубца. Изображая из себя повстанцев, якобы ведущих борьбу против немцев, они образовали подрывную профашистскую организацию. Подобная маскировка пришлась по вкусу начальнику отдела «Иностранные армии Востока», и он принимает все меры предосторожности, чтобы иметь возможность полностью командовать бандеровцами. Меры предосторожности внешние, поскольку он заручился поддержкой генерала Варлимонта, одного из влиятельных руководителей ОКХ, которому подчиняется Гелен. Но «серый генерал» принимает и внутренние меры предосторожности, поставив во главе УПА самого верного, по его мнению, человека — «генерала» Шукевича, он же «генерал» Тарас Чупрынка, он же Роман Лозовский. Итак, уверенный в успехе своего дела, Гелен покровительствует УПА, части которой представляют собой нечто вроде «восточных воинских частей», но в его глазах имеют то преимущество, что они продукт давней деятельности немецкой разведывательной службы.

Однако подготовка столь совершенного подрывного оружия потребовала больше времени, чем подготовка других «добровольческих» групп. И когда это оружие наконец в руках у Гелена, начинается разгром немцев на Востоке.

Неужели слишком поздно? Неужели «серый генерал» будет вынужден отказаться от запланированных побед, которые должны быть обеспечены с помощью предателей, объединенных под знаком трезубца?

Глава IX

АВТОР ПРИГЛАШАЕТ ЧИТАТЕЛЯ НА НЕБОЛЬШУЮ БЕСЕДУ

Подражание Бодлеру? — Затопленные архивы. — Прага и Вена. — Ореол сверхинициативности. — О холодных войнах. — Супершпион. — На тротуарах Западного Берлина… — Подготовка к «чрезвычайному случаю». — Опасность быть «зараженным». — Ловушка. — Японская поэтесса.

Я мог бы, конечно, подражая Бодлеру, сказать:

«Будь мудрым, дорогой читатель, успокойся. Ты ждал рассказа… и вот теперь одна забота у меня. О темном царстве, скрыв его идиллию, Тебе поведать должен я».

Я мог бы поступить таким образом, но это будет дерзостью, и совсем небезопасной. Поскольку читателю первому принадлежит право закрыть книгу и прекратить ее чтение, когда ему заблагорассудится, то подобная провокация в его адрес считалась всегда неуместной.

Оставим Бодлера в покое и без всяких иных подражаний объяснимся.

Каким образом рождается идея о написании одной из так называемых документальных книг, появление которых одновременно встречает благосклонное отношение читающей публики и осуждение историков? Одни получают удовольствие проникнуть в тайны недавнего и волнующего прошлого; другие возмущаются тем, что какие-то посторонние лица, чаще всего журналисты, заменяют блеском эрудицию и разбрасываются материалами, которые еще слишком свежи для использования. Как же, в самом деле, рождается такая идея?

Разными путями. В зависимости от настроения или случая, благоприятного обстоятельства или склонности, а иногда и упорства. Последнее и было моим уделом.

Я написал без особых хлопот вместе с Николь Шатель книгу «Товарищ Зорге». Работа нас так увлекла, что мы не думали ни о чем другом. Однако зимой 1968 года много говорилось о секретных архивах, затопленных убегавшими нацистами в горных озерах Австрии и Чехословакии. Совместно с еще одним нашим другом, Жаном Фрейром, мы тогда задумали и окончательно решились: после поездок в Прагу и Вену приступить втроем к написанию книги, которая будет называться «Охота за нацистскими секретами». После того как Кристиан Буржуа, ваш издатель, поддержал это намерение, мы принялись за его осуществление.

Когда мы занимались распределением глав будущей книги, я предложил Николь Шатель и Жану Фрейру включить в содержание также нечто вроде характеристики, портрета или же исследования деятельности Рейнгарда Гелена. Я руководствовался при этом не важностью фигуры Гелена или же желанием сделать нашу книгу максимально актуальной,