История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

его позиции уязвимы на юге со стороны Дорчестер-Хайтса, а на севере – со стороны холмов, лежащих за Чарлстоном. 16–17 июня патриоты приступили к штурму последней позиции, и произошло первое большое сражение революционной войны – сражение при Банкер-Хилле.

Как и битва у р. Балл-Ран, имевшая место восемьдесят семь лет спустя, сражение при Банкер-Хилле имело совершенно несоразмерное с его непосредственными результатами значение. Ночью американцы численностью в 3500 человек заняли Бридс-Хилл, где ими был построен редут, и Банкер-Хилл. На заре их присутствие было обнаружено англичанами. Гейдж созвал военный совет и, несмотря на то, что у него была возможность отрезать американцев с тыла, решил идти в лобовую атаку. Эта смелость, очевидно, была вызвана британским нетерпением, желанием открытого прямого боя. Пехота построилась ниже американской позиции в ряды и в три часа пополудни, несмотря на палящий зной, была брошена в атаку. В парадных мундирах, неся на себе ранцы, трехдневный паек, амуницию и мушкеты, что составляло примерно 125 фунтов веса на каждого солдата, они шли, медленно, в полном порядке. Когда они были в сорока ярдах от американских укреплений, патриоты, целясь в талию английских солдат, открыли большой силы огонь. Англичане отступили, перестроили ряды и снова пошли в атаку. На расстоянии двадцати ярдов их опять встретили ураганным огнем. Сначала они снова отступили, перестроились, атаковали в третий раз и ворвались в американские укрепления, так как у патриотов вышли последние патроны. Это восхитительное по своей отваге сражение было преступно бессмысленным. С теми же силами, заняв при поддержке военных судов Чарлстонский перешеек, англичане могли взять американцев измором. В сражении при Банкер-Хилле британская сторона потеряла 1054 человека, американская – только 441.

Это сражение доказало американцам, что даже без надлежащей организации и вооружения они способны отразить лучшие регулярные части Европы, и вселило в них уверенность, которой прежде не было. Командовавший британскими войсками Хау был в ужасе от понесенных потерь и никогда не мог забыть этого сражения. Когда, попав в немилость, Гейдж был отозван в Англию, сменивший его Хау проявил в военных операциях большую нерешительность, и это явилось одной из причин потери войны Англией.

Американские недостатки

Война продолжалась шесть лет. Военные действия велись во всех колониях. Важных сражений было примерно двенадцать. Силы патриотов неоднократно были на краю полной катастрофы. Вашингтону трудно было создать настоящую армию из находившихся в его распоряжении смешанных и плохо обученных сил и еще труднее было сохранить эту армию. Лоялистские настроения были широко распространены, но чувство безразличия было еще более общим. Решительный боевой дух был проявлен населением Новой Англии, Вирджинии и некоторых частей Каролин. В Нью-Йорке было примерно столько же приверженцев тори, сколько и патриотов. В Пенсильвании квакеры не хотели сражаться, а большинство немцев не желало оставлять свои хозяйства. Многие поселенцы горной части Северной Каролины, ненавидевшие жителей равнин, активно выступили на стороне короля. Значительная часть Джорджии, находившаяся под угрозой со стороны индейцев и испытывавшая благодарность королю за особую финансовую поддержку, воздержалась от участия в войне. По самым скромным подсчетам, на стороне короля сражалось по крайней мере двадцать пять тысяч американцев, и, если бы силы лоялистов были полностью мобилизованы, хорошо обучены и имели хорошее руководство, исход войны был бы иным.

Силы патриотов вначале были организованы из рук вон плохо. Когда штабной офицер Фридриха Великого, барон фон Стюбен, приехал в 1778 г. в качестве добровольца и намеревался улучшить положение американских войск (вскоре он стал генеральным инспектором), – он нашел полки с составом от трех до двадцати трех рот. Качество офицерского состава было низким, ибо в некоторых колониях любой человек с хорошо подвешенным языком и внушающей доверие внешностью мог убедить людей служить под его начальством и превратиться в капитана, а при помощи рома и денег мог быть избран и на более высокую должность. Демократический уклад Новой Англии и других частей страны приводил к неповиновению. Фермер или житель деревни, который знал своего капитана, как соседа, неохотно принимал от него приказы; и Вашингтон писал, что для янки их офицеры не что иное, как просто «метла». Кроме того, мало у кого из солдат было развито чувство ответственности. Они считали, что вступили в армию на тот срок, на какой им заблагорассудится. Когда наступали зимние холода, когда они узнавали, что урожай поспел, а собирать его некому, когда их осенью тянуло домой или когда они были обескуражены, – солдаты просто уходили из казарм. Вашингтон просил конгресс обеспечить законодательными мерами долгосрочное пребывание в армии, что и было проведено в сентябре 1776 г. Но этого было недостаточно. Наконец, для того, чтобы поднять дисциплину, Вашингтон обратился к конгрессу с предложением предоставить военным судам право наказывать дезертиров плетью до пятисот ударов.

Тем не менее войско снова стало таять. В марте 1776 г. патриоты заняли Бостон. Но когда Вашингтон перевел свои войска в Нью-Йорк, он установил, что у него только восемь тысяч человек, годных к военной службе. Британских войск было тридцать пять тысяч. Хау высадился на Лонг-Айленде по крайней мере с двадцатитысячным войском и, разумеется, без особого труда разбил небольшое войско патриотов, обнаруженное им в Флэтбуше. Перед ним оставалось всего около пяти с половиной тысяч вражеских солдат. Он мог бы захватить их всех в плен, если бы действовал быстро. Но Хау упустил эту возможность, и Вашингтон под прикрытием тумана переправился на остров Манхэттен. За этим последовали поражения патриотов на Манхэттене и при Уайт-Плейнсе, и по мере отступления Вашингтона через Нью-Джерси его армия таяла и почти совершенно распалась. Милиция Нью-Йорка и Новой Англии дезертировала в большом количестве. Он потерял значительную часть продовольствия, обозов и пушек. Еще до р. Делавэр его бросила милиция Нью-Джерси и Мэриленда. Когда он занял зимние позиции, у него оставалось приблизительно три тысячи человек, из коих половина были люди, на которых он не мог положиться. В ту зиму страну спасли только смелость Вашингтона, его умение и блестящие победы при Трентоне и Принстоне. Ему удалось начать кампанию 1777 г. – «года трех виселиц», как говорили тори, – с одиннадцатитысячным войском. Такова была численность войск, маршировавших по улицам Филадельфии 24 августа 1777 г. По словам одного свидетеля, это были «оборванные, вшивые, голые полки». Хау двинулся на Филадельфию с двадцатитысячным обученным войском, и Вашингтон, разбитый при Джермантауне, вынужден был отступить и провести тяжелую зиму в Велли-Фордже.

Другой трудностью патриотов было отсутствие возможности эффективного финансирования войны. Они не могли выпускать облигации, а о налогообложении, по существу, не могло быть и речи. Конгресс должен был просить все тринадцать колоний о