Ведьмак. Последний грифон - Sila Voli

формула идеального солдата, — повторил гигант, и его голос глухо разнесся под балками склада. — С ней Редания растопчет Нильфгаард. Открой «Врата Покоя», и ты получишь столько золота, сколько не снилось ни одному ведьмаку с времен Альзура.

Эксель медленно, без единого лишнего звука, убрал стальной меч в ножны за спиной. Клинок издал короткий, леденящий щелчок. Ведьмак Грифона выпрямился, накинул капюшон глубже на глаза и посмотрел на Дийкстру с таким глухим, непреклонным спокойствием, что даже бывалый шпион слегка нахмурился.

— Нет, — отрезал Эксель. Его янтарные глаза сверкнули из-под черной челки. — Я не стану открывать тайник ради твоей армии. И жечь его тоже не стану.

Дийкстра удивленно приподнял густые брови:

— Ты отказываешься от золота и защиты, мутант? Радовид и Менге перевернут этот город вверх дном ради девки. Без моей помощи вы не выйдете за ворота Новиграда. И что ты сделаешь с наследием Альзура? Оставишь гнить в грязи?

— Я закрою эти врата, Дийкстра. Навсегда, — тихо, но с железной уверенностью произнес Эксель. — Моя школа создавалась для того, чтобы защищать этот мир от безумия. А то, что ты предлагаешь — это безумие в чистом виде. Новый орден идеальных, безжалостных убийц, послушных твоим приказам, утопит Север в крови сильнее, чем любая черная лавина. Великий Магистр Эрланд берег этот секрет не для того, чтобы продать его реданской разведке. Пусть эти формулы остаются там, где лежат. В вековой темноте, глубоко под землей. Безмолвным отголоском истории этого мира, до которого никто из вас не сможет дотянуться. Я изменю геометрию Знака на печати так, что ключ Лиры станет бесполезен. Секрет Альзура останется мифом.

Райс у мешков с солью тихо, одобрительно хмыкнул, перехватив поудобнее свой изогнутый нож. Лира преданно посмотрела на Черного Грифона, сильнее прижимая к груди оксенфуртский гримуар.

Дийкстра тяжело вздохнул, его круглое лицо помрачнело, а пальцы крепче сжали слоновую кость трости. Он понял: этого ведьмака не купить золотом и не запугать армией. В нем жила та самая упрямая, рыцарская гордость Грифона, которая ценилась дороже любых империй.

— Ты идеалист, Грифон. Но… чертовски убедительный идеалист, — Дийкстра медленно поднялся, опираясь на трость. — Накрыть Храм Вечного Огня и лишить Менге его главного приза — это игра, в которую я готов сыграть, даже если не получу мутагенов. Мои люди отвлекут Охотников у центральных люков. Двигайтесь через старый сток у Рыбного рынка. Врата Покоя ждут тебя, ведьмак. Сделай то, что должен.

Гигант повернулся и хромая направился к выходу, растворяясь в ночном новиградском тумане. Спор у костра был окончен. Впереди у трио лежал спуск в темную, эхо кричащую бездну Cloaca Maxima.

Глава 13. Врата Покоя

Зловонный люк под Рыбным рынком поддался с тяжелым, маслянистым скрежетом. Райс, удерживая чугунный блин своей здоровой правой рукой, уверенно кивнул Экселю. Из черного провала подземного колодца мгновенно пахнуло вековой сыростью, гнилой рыбой и леденящим холодом древних эльфийских коллекторов Новиграда — Cloaca Maxima.

— Дорога открыта, Грифон, — негромко прошипел Змея, вглядываясь в бездну. — Люди Дийкстры не соврали, Охотников у этого люка нет. Фанатики Менге сейчас вовсю оцепляют Обрезки, ищут нас на поверхности. Прыгаем, пока патруль не вернулся на площадь.

Эксель первым скользнул по скользким, покрытым ржавчиной железным скобам вниз, в темноту. Лира, всё еще слабая после мощного ментального взрыва на площади Иерарха, спускалась следом, осторожно опираясь на плечо ведьмака. Тяжелый оксенфуртский гримуар надежно покоился в сумке за спиной Грифона. Райс спрыгнул последним, аккуратно задвинув за собой люк и отрезав их от ночных звуков полыхающего облавой города.

Внизу их встретила звенящая, эхо кричащую пустота. Подземные каналы Новиграда, построенные эльфами Aen Seidhe задолго до прихода людей, поражали своими масштабами. Огромные сводчатые тоннели из гладкого серого камня уходили в бесконечную темноту. Посередине широкого желоба мерно неслась мутная, черная вода, отражая тусклый свет зажженного Райсом алхимического факела.

— Нам туда, — Лира указала бледным пальцем в глубь самого широкого тоннеля, где каменный свод уходил резко вниз. — Карта наставника говорит, что под Храмом Вечного Огня сточные воды разделяются на три потока. «Врата Покоя» скрыты за центральной подпорной стеной.

Они двинулись вперед, по щиколотку увязая в холодной подземной жиже. Эксель шел первым, его янтарные глаза хищно сузились, сканируя стены. Серебряный волк на его шее внезапно ожил — медальон начал мелко, предупреждающе вибрировать, выстукивая быстрый, тревожный ритм. Но это была не магия Истока. Это было близкое присутствие чудовищ.

Из темноты впереди, заглушая мерный шум сточной воды, донеслось жуткое, чавкающее щелканье и утробное урчание.

— Утопцы, — Райс мгновенно ушел в низкую боевую стойку, и его единственный изогнутый нож с тихим шелестом выскочил из рукава. — И судя по звуку, их тут целое гнездо. Похоже, портовые стоки — их любимое пастбище. Прикрой девку, Грифон! Змея идет собирать жатву.

Из черной воды один за другим начали подниматься склизкие, сине-зеленые силуэты подземных тварей. Их огромные, лишенные век глаза фосфоресцировали в тусклом свете факела, а длинные когтистые лапы хищно тянулись к нарушителям их покоя.

Утопцы ринулись вперед одновременно, с хриплым, булькающим ревом выпрыгивая из маслянистой черной воды. Их когтистые лапы хищно рассекали сырой подземный воздух, целясь ведьмакам в горло.

Райс среагировал мгновенно. Змея низко присел, пропуская первую тварь над собой, и точным, текучим движением изогнутого ножа вскрыл ей брюхо снизу вверх. Склизкое тело утопца с плеском повалилось в воду, окрашивая поток темной, зловонной кровью. Исцеленная магия кисть южанина работала безупречно — нож в его левой руке вращался с такой скоростью, что казался сплошным стальным росчерком в тумане коллекторов.

Но тварей было слишком много. Из темноты тоннеля Cloaca Maxima одна за другой выползали новые сине-зеленые туши, окружая ведьмаков плотным кольцом и оттесняя бледную Лиру к каменной подпорной стене.

— Держись за мной, Лира! — рявкнул Эксель.

Ведьмак Школы Грифона не стал бросаться в ближний бой с мечом наперевес. Он жестко зафиксировал сапоги в скользком иле, левая рука плавно вышла вперед, а пальцы сжались в сложную, геометрически выверенную фигуру Знака. Грифоны всегда воевали тактически, заставляя магию делать половину работы.

Знак Ирден.

Эксель с силой опустил ладонь в воду. По грязному эльфийскому камню во все стороны с сухим треском разбежались неоново-фиолетовые рунические линии, очерчивая широкий магический круг вокруг ведьмаков и Лиры. Воздух внутри барьера мгновенно стал тяжелым, вязким, словно остывающий деготь.

Эффект превзошел все ожидания. Три утопца, попытавшиеся прыгнуть на Экселя с фланга, стоило им пересечь фиолетовую границу Ирдена, неестественно замерли в воздухе. Их стремительные, яростные движения превратились в ленивые,