Японская анимация. От кабуки и камисибай до студии «Гибли», Миядзаки и Такахаты - Анна Голда

масок в ленте две — первая разбивается во время битвы Сан и Эбоси. Что интересно, новая маска от нее отличается и закрывает только половину лица. Поначалу Сан больше походила на разъяренного духа — двигалась «по-волчьи», маска прятала все ее лицо, а шея, спина и плечи были укрыты мехом. Отчасти этот эффект сохранился до конца ленты, но новый вариант маски намекает на проступающую человеческую сущность героини.

Двойственной природой в этом мультфильме обладают многие персонажи — в их числе правительница Железного города, волевая и сильная госпожа Эбоси. Миядзаки все дальше уходит от классического антагонизма, концепции «чистого зла»: хотя Эбоси, очевидно, наносит немало вреда одними своими действиями, другими она защищает вверивших себя ей людей и улучшает их жизнь. Она поддерживает других женщин, дает им существенную свободу и самоуправление, видит в них силу.

Миядзаки продолжает работать с образом наделенной властью, сильной, эмансипированной женщины. Режиссер рассматривает Эбоси как человека нового времени: она строит свой идеальный мир будущего, создает место, которое становится пристанищем для отвергнутых обществом людей, например «прокаженных». Включение больных лепрой (болезнью Хансена) в мультфильм неслучайно: Миядзаки много лет взаимодействует с японским лепрозорием «Тама Дзэнсёэн». Кроме того, в 2016 году в Токио проходила «Всемирная конференция о наследии человечества» по теме лепры, и Миядзаки выступал с речью на ее открытии, а в 2019 году читал лекцию в Национальном музее болезни Хансена, опять же в Токио. Такая поддержка важна для снижения социальной стигматизации больных.

Железный город сталкивает нас с реалиями японского Средневековья: это и дискриминируемые слои населения[56], и постоянный риск вооруженных конфликтов, и тяжкий труд по производству железа из железистого песка. В детстве Миядзаки восхищался профессией кузнеца — они с братом наблюдали их работу по дороге домой из школы. Спустя десятилетия он воплотил свой интерес к работе с металлом в мультфильме.

Город Эбоси, его рост и развитие, агрессивные способы укрощения природы во благо людей — все это современные методы, подход, связанный с техническим прогрессом. Миядзаки показывает этот процесс одновременно как слишком разрушительный и неизбежный — таково историческое развитие человеческой цивилизации, его нельзя остановить. Древние боги погибают, перерождаются в другие формы или укрываются дальше от мира людей. Происходит естественный отход от сакрализации природы, которая прежде была свойственна людям. Зрителей не просто убеждают «не рубить лес» — проблематика здесь куда глубже.

Говоря об экологической тематике работ Ghibli, Миядзаки подчеркивал: «Некоторые люди страдают неправильным представлением о том, что мы с Исао Такахатой — ярые защитники окружающей среды, которые снимут фильм о чем угодно, лишь бы в нем поднимались проблемы экологии. Это очень далеко от правды. Такой фильм походил бы на толстое сухое бревно, которое поставили вертикально, как будто это дерево. А нам нужно живое создание с сильными корнями, прочным стволом и ветвями, чтобы мы могли украсить его»[57]. И это важное замечание, применимое в целом к их с Такахатой методам — им нужен мультфильм, который будет живым, дышащим организмом, а не просто эксплуатацией той или иной тематики. Такахата и Миядзаки показывают драматизм ситуации, поднимают вопросы взаимоотношений человека и мира и передают всю сложность этой проблемы.

Визуальная сторона ленты во многом построена на контрастах. Здесь многочисленные медитативные, созерцательные сцены, проявления созидательной сущности ками вроде трансформации Лесного Бога, где его походка — яркое воплощение концепции дуальности: прорастающие от прикосновения копыт цветы, тут же увядающие и рассыпающиеся в прах. Сцены с Лесным Богом построены весьма любопытно: присутствуют и проявление из пустоты (темноты), и развивающийся интерес к изображению телесных метаморфоз (переход зооморфной формы в колоссальную и обратно), который продолжится в более поздних мультфильмах.

Сам по себе лес невероятно красив — светящиеся насекомые и множество загадочных кодама, косые солнечные лучи и сверкающая роса на мхе… Источником вдохновения для художников по фонам стал остров Яку, он же Якусима, почти целиком покрытый лесом и внесенный в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. В лесах острова особенно распространено дерево суги — криптомерия японская, где в сказках часто живут духи-кодама[58].

В мультфильме также много ярких и динамичных сцен — главным образом это эпизоды сражений, смерти, а также сцены с работой жителей Железного города. Как мы помним, для Миядзаки и как режиссера, и как художника-аниматора крайне важна передача «физики» тела и ощущений. Например, он уделяет немало внимания тому, как выглядит напряжение мышц в момент смещения центра тяжести — прыжка, падения, использования тяжелого оружия. В документальном фильме «Как создавалась “Принцесса Мононоке”» показано обучение молодых сотрудников студии: разбирая их ошибки на экзамене для перехода с позиции фазовщиков к роли аниматоров ключевых кадров, Миядзаки много рассуждает о том, как важно уметь чувствовать движение, чтобы его изобразить. Иногда для достижения нужного эффекта усилие стоит даже немного преувеличить, сделать нарочитым. Однако анимация не должна быть слишком буквальной — важны полутона в изображении эмоций, язык тела, мельчайшие изменения мимики. Движение порой способно рассказать о персонаже лучше слов, как это делает «волчья» манера бега Сан или пустой от усталости взгляд женщин Железного города — изнуряющий труд не оставляет сил на экспрессивные переживания.

Заключительный аспект «Принцессы Мононоке», который хотелось бы обсудить, — начало формирования гибридной технологии производства. Мультфильм завершил для студии эпоху работы с целлулоидной анимацией — хотя некоторые ее принципы сохранились в дальнейшем. Большая часть мультфильма снималась на целлулоидах с использованием классических технологий; было создано большое количество многослойных сцен (до семи слоев), использовался проезд и вращение фона, ракурсы под углом для динамичных эпизодов. Палитра для окрашивания целлулоидов насчитывала 580 цветов.

Вместе с тем именно в «Принцессе Мононоке» начинает активно внедряться компьютерная графика, причем разные технологии для различных сцен и целей. Многие детали этого процесса подробно описаны в официальном артбуке к мультфильму The Art of Princess Mononoke. Так, периодически использовалось совмещение созданных на бумаге фонов, целлулоидных объектов и небольшого количества 3D-моделей — например, для сцен с демоническими «червями» или сложных ракурсов. В ночных сценах с Лесным Богом применялась так называемая система частиц, которая позволила создать уникальную текстуру его полупрозрачного тела (тысячи крохотных элементов, которые движутся по заданному алгоритму; в данном случае — светящиеся пузырьки; часто системой частиц создают, например, снег). Для демонстрации быстрого разложения плоти кабана или ускоренного роста леса в финальных эпизодах задействовали морфинг — плавное перетекание одного кадра в другой. Наконец, хотя большая часть покадровой анимации персонажей была целлулоидной, для части сцен опробовали новый подход — сканирование и перенос контуров ключевых кадров в программу с последующей их доработкой и заливкой (раскраской) уже в цифровом формате.

В связи с