Стальной прибой - Джек из тени

на залитой кровью брусчатке, словно зритель в первом ряду партера. Рядом со мной, хрустя каменными осколками под сапогами, выросла Урсула. Орчанка сплюнула на мостовую, перехватив топор поудобнее. Следом за ней, сбросив оцепенение, подтянулись три десятка моих «волков», ощетинившись стволами. Среди них жались двое магов-барьерщиков, которых я прихватил с баррикады — парни были бледные как мел, но плетения держали наготове.

— Ну что, Железный, — усмехнулась Урсула, с мрачным предвкушением глядя в спины удаляющихся лисиц. — Сейчас мы посмотрим, как выглядит настоящая мясорубка. Ставлю десять золотых, что они вскроют этот черный купол быстрее, чем твоя пушка перегреется.

— Я не азартный, — хмыкнул ей ответ, не отрывая взгляда от фигуры Лиоры, которая медленно, не обнажая клинков, шла прямо на ощетинившуюся копьями стену темных эльфов. — Но, судя по всему, нам тут останется только подметать. Парни! — крикнул я, не оборачиваясь. — Оружие к бою. Бьем только по тем, кто попытается вырваться из котла или ударить с фланга. Самим в свалку не лезть! Порубят в капусту и не заметят.

Щелкнули затворы. Площадь замерла в той самой звенящей, тягучей тишине, которая всегда предшествует катастрофе. А затем Лиора сделала последний шаг, и ад наконец-то сорвался с цепей.

* * *

Темные, вопреки всякой логике штурмового боя, не спешили форсировать события. Вся эта их бронированная махина, потеряв передовые порядки под шквальным огнем картечи, внезапно встала как вкопанная. И не просто встала — они наглухо закрылись. Тот самый черный купол с багровыми прожилками, об который только что бездарно срикошетили чугунные болванки, раздался вширь, накрывая уцелевшую элиту Мортаны плотным, непроницаемым колпаком.

Михаил убрал револьвер, стирая свободной рукой едкий пот со лба. Что-то тут было не так. «Розы» не уходят в глухую оборону посреди простреливаемой площади, если у них нет запасного плана.

Разгадка прилетела с неожиданной стороны.

Атами, одна из восьмихвостых теток, от одного взгляда которой у бывалых вояк холодело между лопаток — вдруг раздраженно цокнула языком. Она плавно, без лишней суеты подняла руку и сделала короткий, рубящий жест в сторону темных подворотен, прилегающих к арке.

Сквозь ряды застывших под куполом эльфов, прямо сквозь каменную крошку и висящий в воздухе дым от пожаров, прокатилась широкая, едва заметная глазу бледная волна. Ущерба она не нанесла никакого. Зато эффект от нее заставил Михаила выругаться сквозь зубы. Волна сдернула скрыт.

Там, где еще секунду назад были лишь густые тени от полуразрушенных зданий, внезапно прорисовались два компактных отряда. Десятка по полтора в каждом. Они двигались не просто тихо, они буквально крались вдоль стен, обходя основную мясорубку по широкой дуге. Медленно телепались прямиком к основанию Триумфальной арки. И если бы не Лиора, эти хитрожопые диверсанты уже через пару минут смогли добраться до лестницы и чуть позже воткнули бы свой ключ куда надо.

Лисица даже не стала ничего кричать. Короткий, едва заметный кивок головы. Две команды бойцов в черной коже, замершие за ее спиной, буквально растворились в воздухе. Не разбежались, а именно исчезли, смазавшись в пространстве, явно посланные по душу этих умников.

Урсула, тяжело опираясь на древко своего здоровенного топора, с шумом выдохнула и криво усмехнулась.

— Однако, — хмыкнула орчанка, смахнув с щеки чью-то налипшую кровь. — Теперь я понимаю, почему с Антивой все соседи предпочитали дружить взасос, а не воевать. Те придурки из Воронов, что приперлись в наше поместье за Лирой, явно были какой-то отбраковкой. Зато сейчас… видит Великий Волк, вот эти девки могут за одну ночь вырезать всю правящую династию в каком-нибудь небольшом королевстве, и даже собаки не залают.

— Могут, — не отрывая взгляда от черного купола, согласился Михаил. — Но чего тогда они не правят половиной континента, спрашивается?

— И чего? — Урсула с любопытством скосила на него глаза.

— Все просто, математика, мать ее. Их банально мало. Элита — это круто для точечных ударов. Но чтобы держать империю, нужны сотни тысяч исполнительных солдат с копьями, которые будут стоять в гарнизонах и месить грязь сапогами. Которых в Антиве нет и не было.

В груди внезапно кольнуло. Ощущение было странным, тянущим, словно кто-то провел куском льда по ребрам изнутри. Новая связь работала исправно — Михаил кожей почувствовал, как Лира, присоединившаяся к основной троице старших кицуне, нервничает. Напряжение супруги передавалось ему резкими, пульсирующими толчками.

Но вот Лиора повернулась к дочери. Что-то тихо сказала, коснувшись ее плеча, и тепло, как-то совсем по-домашнему улыбнулась. Лед в груди Михаила тут же растаял. Лира коротко кивнула, её спина выпрямилась, а хвосты перестали нервно дергаться.

— Почему-то мне кажется, что сегодняшнее шоу видело крайне ограниченное количество зрителей, — задумчиво протянул Михаил, глядя на готовящихся к созданию плетений кицуне. — И, судя по всему, все эти зрители давно мертвы.

Он не стал испытывать судьбу. Специфическая магия, которую скрывают веками, обычно имеет неприятное свойство: свидетелей, не входящих в семью, потом тихо закапывают в лесу.

Герцог поднял руку, подзывая Гюнтера.

— Слушай сюда, — быстро проговорил Михаил, когда сержант подбежал. — Берешь всю пехоту Лангра, вообще всех местных, кто тут еще остался, и отводишь их на следующий рубеж. Вон туда, за площадь, где сгоревший трактир. И быстро!

— Да как они оттуда нас прикроют-то… — начал было Гюнтер, но осекся под тяжелым взглядом командира.

— Мне в Лангре еще нужна живая пехота, даже после того как мы свалим отсюда. Сейчас каждый десяток на счету. Выполнять!

Сказать, что приказ был воспринят сотнями лангрской армии с энтузиазмом, это не сказать ничего. Потрепанная местная пехота, которой перспектива бодаться с темными под черным куполом вообще не улыбалась, буквально с воодушевлением сорвалась с места. Загремели щиты, застучали сапоги, и уже через минуту на перекрестке остались только свои. Только «волки», расчеты у пулеметов и пушек, и орки Урсулы.

Лиора, боковым зрением зафиксировав отход солдат, благодарно кивнула Михаилу. И полностью сосредоточилась на противнике.

Три жуткие, многохвостые мадамы разошлись в стороны. Они двигались синхронно, как в танце, создав на залитой кровью брусчатке идеальный равносторонний треугольник. Лира оказалась заперта точно в его центре. Остальные лисицы-бойцы мгновенно оттянулись на фланги, уходя с линии огня. Михаил, оценив диспозицию, хмыкнул. Девки рассыпались не для охвата — они банально уходили из зоны поражения. Сектор обстрела у боевой магии кицуне с таким количеством хвостов явно предполагал нечто катастрофическое.

Воздух на площади резко потяжелел. Волосы на руках встали дыбом от статического электричества. Хвосты у