Военная организация поздней Римской империи во второй половине III – первой половине IV вв. - Евгений Александрович Мехамадиев

реформы, которую провел император Галлиен, собственно, надпись из Аугсбурга позволяет уточнить датировку, когда произошла эта реформа. Основываясь на титуле Марка Симплициния Гениалиса, который упоминается в надписи, М. Кристоль пришел к выводу, что этот персонаж представлял собой заместителя легата Реции, т. е. чиновника, принадлежавшего к сенаторскому сословию. С эпохи Марка Аврелия, т. е. со второй половины II в., должность наместника Реции всегда находилась в руках представителей сенаторского сословия, но Марк Симплициний Гениалис был выходцем из всаднического сословия, поскольку он обладал почетным титулом perfectissimus. М. Кристоль датирует назначение Марка Симплициния на должность наместника Реции периодом 259–260 гг., исследователь полагает, что данное назначение было обусловлено обстоятельствами военного характера — в то время Реция столкнулась с нашествием варваров и срочно нуждалась в присутствии дополнительных императорских войск. Соответственно, Галлиен отправил в Рецию временного наместника, специального эмиссара, который обладал всадническим званием. На наш взгляд, М. Кристоль правильно определил, что помимо выполнения функций гражданского управления, Марк Симплициний Гениалис получил власть и над военной администрацией, ему подчинялись все гарнизоны, располагавшиеся на территории Реции, а также те подразделения, вместе с которыми он прибыл в провинцию, М. Кристоль не исключает, что ранее Марк Симплициний сам был военным и занимал пост центуриона. Соответственно, по мнению М. Кристоля, Марк Сиплициний Гениалис демонстрирует один из первых примеров, когда выходец из всаднического сословия получил власть наместника одной из провинций, тем самым заменив на своем посту легата сенаторского происхождения, более того, новому наместнику в полном объеме были переданы и военные полномочия, которые ранее, по сложившейся к тому времени административной практике, выполняли только легаты с сенаторским званием. М. Кристоль приходит к вполне обоснованному выводу, что Галлиен провел свою знаменитую реформу, устранившую сенаторов от выполнения военной власти, как раз в 259–260 гг., в тяжелый и кризисный для империи период. См.: Christol M. M. Simplicinius Genialis: ses fonctions (vir perfectissimus, agens vice praesidis). // Cahiers du Centre Gustave Glotz. Vol. 8. 1997. P. 231, 233, 237–240.

213

В этом смысле мы полностью согласны с позицией П. Коса, который определил, что в цетральная администрация империи утратила контроль над Рецией не в 259/260 гг., когда в эту провинцию вторглись аламанны, но именно в 260 г., в связи с узурпацией Постума, который присоединил эту провинцию к своей империи. См.: Kos P. Sub principe Gallieno… amissa Raetia? Numismatische Quellen zum Datum 259/260 n/ Chr. im Raetien. // Germania. Bd. 73. Hft. 1. 1995. S. 140–142.

214

Г.-У. Нубер предположил, что после 259/260 гг. система обороны рейнского лимеса была разрушена и пришла в полный упадок — исследователь пришел к этому выводу на основе сведений археологии, нумизматики и эпиграфики, по мнению Г.-У. Нубера, результаты археологических раскопок в районе рейнского фронта показывают, что после 259/260 гг. в крепостях и землях германских провинций резко сокращается циркуляция монет, количество монетных находок (кладов) падает по сравнению с периодом до 259/260 гг., эпиграфические же материалы теряют свое значение как источник даже применительно к более раннему времени — уже с 255 г. они практически полностью исчезают, последние надписи, составленные на территории рейнского лимеса, датируются именно этим годом. Г.-У. Нубер полагает, что в течение 260-х гг. происходило дальнейшее и постепенное ослабление рейнской границы, поскольку император Галлиен активно использовал кадровый состав расположенных там гарнизонов для создания и пополнения своей мобильной армии. Г.-У. Нубер отмечает, что территориально рейнский фронт был разделен на две сферы влияния — южная часть верхней Германии и Реция первоначально находились в руках центральной администрации, т. е. под контролем Галлиена, позднее они перешли под власть узурпатора Постума, в то время как северные участки фронта, т. е. нижняя Германия и Белгика, принадлежали Галльской империи Постума. См.: Nuber H.-U. Der Verlust der obergermanisch-raetischen Limesgebiete und die Grenzsicherung bis zum Ende des 3. Jahrhunderts. // L'armée romaine et les barbares du IIIe au VIIe siècle. / Éd. par F. Vallet et M. Kazanski. Rouen, 1993. S. 101–102. Мы не можем согласиться со многими из перечисленных тезисов исследователя — прежде всего, применительно к вопросу о статусе Реции следует учитывать, что Г.-У. Нубер опубликовал свою статью в 1993 г., когда надпись из Аугсбурга еще не была введена в научный оборот, соответственно, Г-У. Нубер не мог использовать сведения этого документа. Надпись же четко показывает совершенно обратную хронологию событий — первоначально, летом 260 г., Реция вошла в состав Галльской империи Постума и находилась под контролем узурпатора, а позже, к 265 г., она перешла под власть центральной администрации, т. е. императора Галлиена. Оценивая же вопрос о структуре и развитии рейнского лимеса после 259/260 гг., следует сказать, что Постум, реально контролировавший этот регион вплоть до конца 260-х гг., принципиально не мог допустить ослабления обороны границы перед лицом постоянных варварских вторжений — цитированные выше сведения биографии Постума четко показывают, что он активно вербовал в свою армию наемные отряды зарейнских германцев и использовал их для защиты Рейна от нападений других германских племен, более того, под контролем галльского узурпатора находились и рейнские пограничные легионы. Вопреки Г.-У. Нуберу, мы полагаем, что в 260-х гг. Галлиен просто физически не мог извлекать из этих легионов кадры для пополнения своей мобильной армии, поскольку сами рейнские регионы находились под властью Постума, территориально входили в состав его империи.

215

Не так давно на основании новой надписи из нижней Германии В. Эк пришел к выводу, что в 265 г., когда император Галлиен возобновил свой натиск на Галльскую империю и Постум оказался в тяжелом положении, некоторые офицеры, подчинявшиеся галльскому узурпатору, поспешили вновь перейти на сторону Галлиена, поскольку ранее, до мятежа Постума, они сделали свою карьеру именно при Галлиене и были обязаны ему всеми своими достижениями. В той ситуации, когда участь галльского узурпатора казалась предрешенной, эти офицеры подняли мятеж уже против Постума, намереваясь присоединиться к войскам Галлиена, В. Эк не исключает, что у Галлиена как законного императора были сторонники и среди сенаторской аристократии, жившей на севере Галлии, они могли поддержать восстание против Постума. Тем не менее, как отмечает В. Эк, не все армейское командование Постума перешло на сторону Галлиена, часть офицеров осталась на стороне галльского узурпатора, соответственно, произошло и разделение войска — одна группа легионов, дислоцировавшихся на рейнском фронте, сохранила верность Постуму, другая, наоборот, выразила открытую поддержку Галлиену. Соответственно, гарнизоны, лояльные к Постуму, разгромили те войска, которые поддержали Галлиена и тем самым подавили внутренний мятеж в Галльской империи. Принимая выводы В.