Борьба между Франциском I и Карлом V (1519-1547) - Анри Лемонье

решительный, скептичный и беззастенчивый, он, служа капризу своего повелителя, взялся устанавливать в Англии абсолютную власть и ослаблять позиции дворянства и духовенства, сводя всю их власть на нет по сравнению к королевской.

Бракоразводные планы Генриха VIII

С 1529 г. Генрих VIII, который больше не мог сомневаться ни во враждебности Карла V, ни в злонамеренности Климента VII, словно от отчаяния сблизился с Франциском I. Он хотел, чтобы в поддержку развода высказался Факультет богословия Парижского университета. Поддержанная Гийомом Дю Белле, эта странная просьба вызвала очень резкие возражения на Факультете, которым руководили Ноэль Беда и испанец Гарай. Лишь за счет эффекта внезапности и после очень бурных заседаний Дю Белле 2 июля 1530 г. добился решения, о каком просил Генрих VIII, при очень незначительным большинстве голосов[45]. Король Англии изгнал королеву Екатерину со двора и в 1531–1532 гг. энергично повел кампанию против традиционного верховенства пап над английским духовенством. Так назревал разрыв Генриха VIII с церковью. Климент VII, находившийся в очень затруднительном положении — между королем Франции и императором, два года медлил, а потом в июле 1532 г. вызвал Генриха VIII на октябрь в Рим на суд под страхом заочного осуждения. «Не могу поверить, — писал Карл, — что французский король может быть настолько слеп, чтобы потакать сладострастию оного государя, короля Англии». Франциск I испытывал сильные колебания: он опасался, что схизма в Англии может рикошетом ударить по Франции в момент, когда у него были основания страшиться протестантизма; он не желал быстрого разрешения проблемы с разводом, потому что благодаря ей имел власть над Генрихом VIII; наконец, он пока не хотел порывать ни с императором, ни с папой.

Встреча в Булони (1532 г.)

Дипломаты между тем договорились о встрече между Генрихом VIII и Франциском I. Предлогом, очень удобным и часто используемым, стала турецкая угроза: «И поводом может послужить встреча ради обороны стран и сеньорий оных королей против общего противника нашей святой веры, турка... Тем не менее они могут также обсудить, как оные государи короли смогут извести и обмануть своих врагов и тех, кто желает присвоить себе власть над всем христианским миром, расстроив их замыслы».

Подробности встречи согласовали заранее Кромвель и Гийом Дю Белле. Франциск I и Генрих VIII увиделись в октябре 1532 г. и встречались несколько дней в окрестностях Булони, а потом Кале в атмосфере обычных торжеств, которые, как утверждалось, при меньшей пышности, но при большей сердечности напоминали приснопамятные церемонии в лагере Золотой парчи. Какие решения там были приняты, толком неизвестно. Шла речь о разводе, в отношении которого Франциск I повторил обещание оказать помощь; шла речь и о том, что французский король попросит о встрече с Климентом VII, сославшись на то, что это будет в интересах как Генриха VIII, так и папы. Но не исключено, что в этих обстоятельствах Франциск морочил союзнику голову, ведь он давно искал возможности увидеться с Климентом, у которого просил для своего второго сына Генриха Орлеанского руку его племянницы Екатерины Медичи. Напоказ ограничились подписанием договора о борьбе с Сулейманом, что не могло обмануть столь прозорливого политика, как император.

Разрыв Генриха VIII

со Святым престолом

Впрочем, из-за безоглядной политики, какую вскоре повели Генрих VIII и его министр, почти ни одно из потенциальных решений встречи в Булони уже не могло осуществиться. В январе 1533 г.

Генрих VIII тайно заключил брак с Анной Болейн, уже беременной, а в мае предал его гласности. Позже, когда Климент VII временно отлучил его от церкви и велел объявить, что брак с Екатериной Арагонской действителен, английский король в ответ порвал со Святым престолом и в конце 1534 г. осуществил англиканскую схизму. В этой ситуации тесному союзу между монархами Франции и Англии сохраниться было трудно; уже сильно подорванный в 1533 г., с 1534 г. он перешел в нейтралитет, довольно холодный с обеих сторон.

III. Италия и франко-папский союз

Могущество императора в Италии

После Болонского договора[46] Италия на некоторое время перевела дух, но император оставался все таким же всемогущим. Ему были преданы Климент VII, встревоженный прогрессом Реформации и озабоченный сохранением владычества своей семьи над Флоренцией, Франческо Сфорца, которому «милосердие» Карла вернуло Милан, герцог Феррарский, нуждавшийся в нем для борьбы с папой, маркиз Мантуанский, которого он возвел в герцогское достоинство, герцог Савойский, которому он даровал Асти и даже какое-то время подумывал пожаловать королевский титул. Император понимал совершенно особую важность союза с Савойей: «Прежде всего это врата в Италию с двух-трех из самых опасных сторон». Поэтому герцог Савойский, о котором до 1529 г. говорилось довольно мало, с этого года стал упоминаться в переписке императора почти на каждой странице. В стороне оставалась одна Венеция.

Франциск I сохранил протекторат только над маленьким графством Мирандола, где он держал гарнизон. Вопреки всему он не отказывался от своих планов в отношении Италии — то ли хотел восстановить там свою власть, то ли искал точку опоры, чтобы возобновить борьбу с Карлом. «Любые скандалы в Италии, какие можно будет там разжечь и поддерживать, будут к выгоде короля», — писал Монморанси. А ведь император заявлял, что Италия — средоточие и основа его власти. Антагонизм между этими монархами оставался непримиримым.

Сближение между Франциском I

и Климентом VII

Таким образом, Италия, наряду с Германией, вновь стала полем дипломатической битвы между королем Франции и императором. Франциск I, несмотря на трудности, какие создавал ему союз с Генрихом VIII, сумел вернуть себе расположение папы. Ведь Климента VII снедали страх перед императором и страстное желание ввести свою племянницу Екатерину[47] во французское королевское семейство, чтобы обеспечить величие роду Медичи. Екатерине едва исполнилось шесть лет, когда на ее руку уже объявилось множество претендентов — маркиз Мантуанский, король Шотландии, герцог Миланский. В 1524 г. сам король Франции выдвинул в качестве такого претендента своего третьего сына; после 1529 г. он вернулся к этому плану, относясь к нему уже серьезней, — на сей раз речь шла о втором сыне Генрихе. Император поддерживал кандидатуру Франческо Сфорца, и это делало для французского короля еще более желанным брак сына с Екатериной, чтобы не допустить укрепления позиций Сфорца в Миланской области, от притязаний на которую Франциск не собирался отказываться. После долгих и трудных переговоров, результатов которых римляне ждали с тревогой (еще в последний момент ставили пятнадцать против ста, что папа не покинет город), было принято решение о встрече Климента VII с Франциском I. Она должна была состояться в Ницце, но герцог Савойский, явно по просьбе Карла, не дал на это согласия, сославшись на эпидемию, свирепствующую в герцогстве, и местом встречи назначили Марсель; король прибыл туда 8 октября 1533 г., папа — 11 октября.

Встреча в Марселе (1533 г.)

Монморанси подготовил два