Тевтонский орден в Палестине - Макс Элер

Иерусалимского королевства, которой графиня владела как наследница графов Эдессы. Орден заплатил семь тысяч марок серебра и две тысячи солидов, а также взял на себя уплату всех долгов графа. На территории области находилось более 30 казале, ее центром была крепость под названием Кастеллум Регис, точное местонахождение которой неизвестно. В любом случае, ее место вскоре занял Монфор.

Поскольку тевтонцы придавали этой покупке большое значение, они поспешили поставить ее под защиту Святого престола (что и случилось 27 октября 1220 года). Одна из главных проблем заключалась в том, что часть территорий находилась в руках сарацин, продвигавшихся все дальше на запад. Кроме того, родственники продавца предъявляли свои наследственные права. Потребовались новые денежные затраты и немало дипломатического мастерства, чтобы установить над этими землями окончательный контроль. Успехом этого предприятия орден обязан в первую очередь искусству фон Зальцы и расположению императора Фридриха II.

Центром области стал расположенный на возвышенности замок Монфор (Штаркенберг). Его перестройка началась в 1229 году; дата ее завершения неизвестна. Чтобы добыть необходимые деньги, папа Григорий IX по просьбе фон Зальцы призвал в июле 1230 года весь христианский мир вносить пожертвования. Итогом стало возведение мощного укрепленного комплекса, после завершения строительства которого оказались налицо все предпосылки для формирования самостоятельного государственного образования. Крепость не только защищала окружавшие ее поместья, но и являлась недвусмысленным символом достигнутого орденом положения, его стремления к власти.

О судьбе Монфора известно немного. В 1266 году к его стенам подошли сарацины, но вынуждены были уйти прочь, ничего не добившись. В ноябре 1271 года дело дошло до правильной осады. Сарацины, используя мины, сосредоточили свои силы на более слабой южной стороне крепости. В конечном счете, защитники Монфора сдали его в обмен на возможность свободно уйти, после чего крепость была разрушена.

Менее удачной стала попытка создать комплекс орденских земель в районе Торона (сегодняшний Тибнин). Тевтонцы уже на раннем этапе начали покупать здесь поместья. Вскоре после преобразования госпиталя в орден представилась благоприятная возможность обменять у Хумфрида Младшего несколько поместий и определенную сумму денег на район Торона с крепостью Каструм Новум. Торон еще до этого был хорошо укреплен и служил сначала в качестве опорного пункта при осаде Тира, а затем для защиты названного города. Местоположение Каструм Новум неизвестно. Большой пользы из этого приобретения, однако, извлечь не удалось, поскольку вплоть до крестового похода Фридриха II район постоянно опустошали арабы, временами полностью контролировавшие его. Только по договору 1229 года, в соответствии с которым императору достались земли восточнее Тира, орден смог реализовать здесь свои права. Однако теперь их стали оспаривать родственники Хумфрида, которым император вынужден был пообещать Торон и Каструм Новум. Хотя тевтонцы и получили в качестве возмещения деньги и ряд поместий, это не компенсировало потерю важной в военном отношении крепости. Попытка создать здесь государственное образование, таким образом, провалилась.

Исключительно ценное приобретение тевтонцы сделали позднее в горной местности юго-восточнее Бейрута. Юлиан Сидонский, будучи уже не в состоянии защитить свои владения от неверных, продал ордену в 1257 году за 23 550 солидов земли в верховьях двух рек — Нар-Дамура и Нар-эль-Алеха. В купчей грамоте были перечислены 42 населенных пункта, однако новые владения тевтонцев включали в себя еще и ряд казале, пустынных территорий и мельниц. Одновременно Юлиан передал ордену крепость Кав-де-Тирон в районе Сидона. Наконец, он вскоре подарил тевтонцам (вероятно, в обмен на определенные обязательства) более 40 казале в районе Шуфа и южнее. Эти владения орден в дальнейшем расширил за счет дополнительных покупок.

По сравнению с двумя «старыми» орденами, тевтонцам оказалось сложнее эксплуатировать свои поместья. Тамплиеры и иоанниты приобрели земли в те времена, когда местное население было фактически бесправным; после падения Иерусалима прежние владельцы земель считались лишенными права собственности вне зависимости от того, какую веру они исповедовали (это хорошо объясняет, почему сирийские христиане видели в крестоносцах не освободителей, а разбойников). Все права перешли к завоевателям, местные жители попали в зависимость, от которой искали спасения в бегстве. В результате лишь часть земель обрабатывалась, многие поместья оказались заброшены. Единственным выходом оказалось привлечение колонистов, однако последних невозможно было поставить в столь тяжелые условия, как местных жителей. Землевладельцы оказались вынуждены заключать договоры, по которым крестьянам гарантировались значительные права.

Несмотря на большое разнообразие этих договоров, постепенно начали складываться некие общераспространенные практики. Они находили свое отражение если не в документах, то в обычаях, действовавших на принадлежавших ордену территориях. Тевтонцы не пришли на готовое; им приходилось постепенно, шаг за шагом, выстраивать экономику своих владений. И все же впоследствии этот опыт сослужил им хорошую службу. Благодаря тяжелым условиям вырабатывались исключительная гибкость, деловая хватка, тщательность в управлении хозяйством.

Лишь изредка тевтонцы могли полностью распоряжаться купленными землями. В большинстве случаев они были связаны определенными законами и правилами, возникшими еще при предыдущих собственниках. Абсолютное право собственности — к примеру, на полученный в подарок от Иоганна фон Ибелина в 1261 году холм Ахмуд в районе Бейрута — было скорее исключением. В указанном случае орден получил «все права и власть над мужчинами, женщинами и детьми, обработанными и необработанными землями, равнинами, холмами, долинами, лесами, реками, водоемами, пастбищами, деревьями, виноградниками, садами, печами, мельницами, рыбной ловлей, законами, податями на дорогах и вне дорог и всеми остальными вещами и может свободно пользоваться всеми доходами и рентами, оставляя и используя их. Ему же принадлежит право возводить крепости, и ни даритель, ни его наследники, ни кто-либо еще не вправе возражать против этого или препятствовать иным способом».

Даже в вопросах приобретения новых имений развитие правовых норм ставило все новые преграды. Так, 9 октября 1258 года магистры трех рыцарских орденов заключили договор, который должен был положить конец их соперничеству, принимавшему порой характер открытой борьбы. Было установлено, что если один из трех орденов собирается приобрести в Святой земле или на Кипре недвижимость стоимостью менее тысячи со-лидов, и в том же месте есть владения другого ордена, последний следует уведомить о запланированной покупке. Вторая сторона в этом случае не должна была предпринимать никаких враждебных действий — к примеру, предлагать продавцу более высокую цену. Однако если цена превышала тысячу солидов, покупка осуществлялась заинтересованными сторонами совместно. Если недвижимость граничила с владениями одного из орденов, последнему предоставлялось преимущественное право приобретения.

Разумеется, тевтонцы владели очень разной недвижимостью и по-разному ее использовали. В городах это были дома, площади, торговые лавки, подвалы, мельницы, пекарни и бани. Они либо непосредственно использовались орденом, либо сдавались внаем. Главным источником дохода являлась недвижимость в сельской местности — виноградники, сады и