Лезвие и цветок - Тим Волков

бодрее, чем неделю назад. Они встретились у калитки, обменялись несколькими словами. Петров не слышал разговора, но видел, как Рыбаков кивнул, затем взял из рук гостя небольшой свёрток — завёрнутый в тёмную ткань, размером примерно с книгу. Незнакомец что-то сказал, Рыбаков ответил, и Петров заметил, как старик сунул руку в карман, вытащил бумажник, отсчитал несколько купюр и протянул гостю. Тот спрятал деньги, коротко кивнул, и пошёл обратно к машине.

Ни слова, ни жеста, ни лишнего взгляда. Всё было тихо, деловито, как при обычной сделке. И в этой обыденности было что-то пугающее.

Петров сидел неподвижно, глядя, как незнакомец садится в машину и тронулся с места. Синий «Паккард» покатил обратно по лесной дороге. Иван Павлович выждал несколько секунд, затем плавно тронулся с места, стараясь держать дистанцию, чтобы его не заметили. Кустарник кончился, и теперь дорога была прямой, ровной — хорошо просматривалась. Петров видел машину впереди, на почтительном расстоянии. Она не спешила, держалась скорости, будто водитель никуда не торопился.

— Кто ты? — прошептал Петров, вглядываясь в пыльные стёкла синего «Паккарда». — И что ты привёз Рыбакову?

Глава 10

Иван Павлович сидел за рулём автомобиля, стараясь дышать ровно и не нервничать, чтобы не привлекать к себе внимания. Синий «Паккард» шёл впереди, чуть покачиваясь на ухабах лесной дороги, и Петров держался на почтительном расстоянии, прячась за поворотами и притормаживая, когда машина выходила на прямые участки. Он не знал, кто этот человек, но интуиция подсказывала: терять его ни в коем случае нельзя.

Дорога вывела к шоссе, ведущему в Москву. Синий «Паккард» шёл ровно, без спешки, и Петров, следуя за ним на расстоянии, старался запомнить каждую деталь — номер машины, состояние кузова, особенности ходовых огней. Всё могло пригодиться.

А вот и Москва, уже в вечерних сумерках. Уже зажглись первые фонари, и город, уставший за день, погружался в синеву начинающейся ночи. Синий «Паккард» свернул на Большую Ордынку, затем нырнул в один из переулков, теряясь между старыми купеческими особняками и доходными домами. Петров сбавил скорость, стараясь не потерять машину из виду.

Переулок был узким, тёмным. «Паккард» остановился у старого здания — двухэтажного, с облупившейся штукатуркой и заколоченными окнами. Когда-то здесь была аптека: об этом напоминала полустёртая вывеска над входом, на которой всё ещё можно было разобрать буквы «…тека» и изображение ступки с пестиком. Теперь здание казалось заброшенным.

Незнакомец вышел из машины, огляделся по сторонам и быстро шагнул к двери. Ключ легко повернулся в замке, и он скрылся внутри.

Иван Павлович припарковал машину чуть поодаль, за углом, так чтобы его не было видно из окон старой аптеки. Заглушил мотор, выключил фары и замер, глядя на входную дверь.

Прошло пять минут, десять, двадцать. Свет в окнах не зажигался. Незнакомец словно растворился внутри. Иван Павлович начал нервничать — не ушёл ли он через другой выход? Не упустил ли он его? Но заставил себя ждать. В этой старой аптеке может быть ключ к разгадке.

Наконец дверь открылась. Незнакомец вышел, неся в руках другой свёрток — поменьше, чем тот, что он передавал Рыбакову. Он сел в машину, завёл мотор и, не оглядываясь, выехал из переулка.

Иван Павлович подождал, пока хвостовые огни исчезнут за поворотом, и только тогда вышел из машины. Он подошёл к двери аптеки, прислушался. Внутри было тихо. Он подёргал ручку — закрыто. Ключ, видимо, был только у незнакомца.

Петров отошёл на пару шагов, посмотрел на окна. Ни одного целого стекла. Залезть внутрь? Нет, слишком опасно. Нужно вернуться сюда с Валдисом.

Иван Павлович вернулся в машину, завёл мотор и поехал домой. В голове уже выстраивалась картина, которую надо было проверить. И первым делом — завтра же найти Валдиса и узнать, что ему известно об этой аптеке.

* * *

На следующее утро Иван Павлович первым делом отправился в управление. Валдис вернулся с командировки и был на месте — сидел за столом, заваленным бумагами, и пил остывший чай из гранёного стакана. Увидев Петрова, он отложил папку и поднял брови.

— Иван Палыч? Ты рано. Если ты узнать про Щербатого, то ничем обрадовать не могу — молчит, как рыба. Или… что-то случилось? — догадался Валдис, глядя на хмурого друга.

— Случилось, — сказал Петров, садясь напротив. — Вчера я был у Рыбакова. Это инженер один, пожилой такой мужчина, за которого просил сам Семашко. Этот Рыбаков ни у кого, кроме меня не согласен был лечится, вот и пришлось… В общем, лечение ему назначил, лекарства выписал. А вчера приехал проведать. Так тот старик отказался от лечения.

— Отказался? — Валдис нахмурился. — Он же вроде был согласен?

— Был. А теперь говорит, что нашёл «другой, более эффективный способ». И ведёт себя странно — холодно, отстранённо, будто я ему враг.

— Так, я пока не совсем понимаю к чему ты и причем тут этот Рыбаков.

— Думаю, это связано с тем, что я видел. Когда я уезжал от него, к его дому подъехала машина. Тёмно-синий «Паккард». Из него вышел мужчина, передал Рыбакову какой-то свёрток, тот заплатил, и незнакомец уехал. Я проследил за ним до Москвы. Он остановился в Замоскворечье, у старого здания — бывшая аптека, судя по вывеске.

Валдис слушал внимательно, не перебивая.

— Номер машины запомнил?

— Записал, — Петров протянул ему листок.

Валдис взял бумагу, взглянул на номер.

— Сейчас передам своим, они быстро поднимут картотеку.

Валдис сделал звонок, в кабинет вошел помощник.

— Леша, узнай владельца, — сказал Валдис, протягивая тому бумажку.

Помощник ушел.

— Иван Павлович, и ты думаешь что этот эпизод связан с нашим делом? Я понимаю, что все подозрительно, но тут… Ну подумаешь какой-то старик отказался от лечения. Может, другого аптекаря нашел? Бывает такое. К тому же сам говоришь — инженер. Значит деньги водятся.

— Интуиция подсказывает, что не все так просто. Этот Рыбаков категоричен был по поводу медицины. Говорит, ничто не лечит. Он и меня то еле допустил. А тут так просто и легко согласился на другие методы лечения.

— И что, думаешь он кровь пьет? — в лоб спросил Валдис.

— Думаю, состав лекарства он вряд ли знает. Но скорее всего нашлись люди, и высокие, которые смогли его убедить, что есть волшебное лекарство…

— Понимаю, — кивнул Валдис. — Убедить его лечиться смог только Семашко. Значит и другой человек был такого же уровня.

Оба