Лезвие и цветок - Тим Волков

— Где? — спросил Валдис, поворачиваясь к нему.

— Не знаю, — честно ответил Иван Павлович, понимая — опять промашка, которая может стоить кому-то жизни.

* * *

За аптекой решили установить слежку. Если она и в самом деле использовалась как точка для товара, то можно выйти и на людей, которые там появятся. Но это время, которого у Ивана Павловича и валдиса не было.

— Ведь в любой момент они могут…

— Я понимаю, — перебил доктора валдис. — Все понимаю. Но какие могут быть другие предложения? Будем спешить — можем дров наломать. Заметят слежку за собой и на дно уйдут. А тогда попробуй найти их.

— А что, если… — иван Павлович задумался. — Попробуем не только эту ниточку.

— Что ты имеешь ввиду?

— Слежка своим чередом, но ведь есть тот, кто уже с ними контактировал.

— Не совсем тебя понимаю…

— Рыбаков. Ведь он как-то вышел на них? Не допросить ли нам инженера?

— Иван Павлович, ты все больше превращаешься в нашего сотрудника, — хмыкнул Валдис. — Жёсткий становишься. Во-первых, то, что Рыбаков принимает именно это лекарство, сделанное из человеческой крови, еще не доказать нужно. Может, он обычное лекарство пьёт? Валерианку какую-нибудь. Сейчас знаешь сколько жуликов? Подсунут пустырник, а сами скажут — чудо-лекарство. Да еще и цену такую назовут — невольно подумаешь что ведь лечебная, потому что не может обычный пустырник столько стоить. У нас нет доказательств. И во-вторых, если это и в самом деле так, мы можем спугнуть рыбу больше. Этот Рыбаков после допроса может рассказать своим поставщикам что у него интересовалась их лекарствами, а те… Да ты и сам догадываешься. Что сделают те — спрячутся.

— Верно, — нехотя ответил Иван Павлович. — Тогда что делать?

— Слежка за аптекой ну хотя бы пару дней. Думаю, они появятся. Если уж не получится, то тогда… к Рыбакову пойдем. А какой еще у нас есть вариант? Никакого.

Иван Павлович молчал, переваривая услышанное. Валдис был прав — спешка могла всё испортить. Но сидеть и ждать, пока убийцы и торговцы кровью продолжат своё дело, было выше его сил.

— Два дня, — сказал он наконец. — Два дня мы ждём. Если за это время никто не появится — я иду к Рыбакову. С тобой или без тебя.

Валдис усмехнулся, покачал головой.

— Упёртый ты, Иван Палыч. Как наш старый конь в упряжке. Ладно, договорились. Два дня. Но если кто-то появится — мы берём его тихо, без шума. И только потом идём к Рыбакову.

Они разошлись. Петров вернулся домой уже под утро. Анна Львовна спала, Лилия тихо посапывала в колыбели. Он разделся, лёг на диван, но сон не шёл. Мысли метались, не давая покоя. Зайцев, аптека, Рыбаков, таинственный свёрток — всё это сплеталось в один тугой узел, который он никак не мог развязать.

«Кто ты, Лев Борисович? — думал он, глядя в потолок. — Просто торговец сомнительными лекарствами? Или часть чего-то большего? И где твоя лаборатория? Где ты готовишь свои 'чудо-препараты»?

Он закрыл глаза и попытался представить себе этого человека. Бывший аптекарь, уволенный из Первой Градской. Тот, кто воровал морфий и продавал его на чёрном рынке. Тот, кто, возможно, связан с Щербатым и его кровавым промыслом.

Утром он проснулся разбитым. Анна Львовна уже ушла на работу. Он выпил чаю, съел кашу, но аппетита не было. Всё утро он сидел у окна, глядя на улицу, и ждал. Ждал звонка от Валдиса. Ждал новостей.

Звонок раздался ближе к обеду. Петров схватил трубку.

— Есть подвижки, — сказал Валдис. — Зайцев появился у аптеки сегодня утром. Мы не стали его брать — следили. Он зашёл, что-то взял, вышел и уехал.

— Куда?

— В сторону центра. Мы проследили до Пречистенки. Там он зашёл в один дом. Район старый, купеческий. Мы записали адрес.

— И что теперь?

— Думаю, надо брать. Как только он вернётся за товаром, тогда и возьмем.

— Отлично!

— Будем надеяться, что Зайцев этот заговорит, — хмуро ответил Валдис.

— Заговорит. Еще как заговорит!

Он положил трубку, посмотрел на часы. Отличные новости! Но радость длилась не долго. Через полчаса раздался еще один звонок.

— Иван Павлович, снова я, — сказал Валдис. — Все отменяется.

— Это еще почему?

— Новые обстоятельства.

— Какие еще новые обстоятельства? Валдис, ты же понимаешь, ч то это наш единственный шанс и мы не может…

— Иван Павлович, тут проблема у нас нарисовалась, — и словно вколачивая гвозди Валдис выдал: — Новый труп. Мальчик. Разные глаза. Обескровлен.

Глава 11

Подвал городского морга. Пахнет… не передать как. Света мало — единственная керосиновая лампа под потолком разбрасывала жёлтые, дрожащие тени по облупившимся стенам. В центре помещения стоял стальной стол, накрытый белой простынёй, под которой угадывались очертания человеческого тела.

Иван Павлович ругался. Ругался вполголоса, но употреблял такие выражения, что Валдис, слыхавший разного, то и время кидал на своего друг удивленные взгляды. Ругаться было от чего. Новая жертва. А убийца не найден.

Иван Павлович шагнул вперёд, к столу. Рядом Валдис — бесшумно, как всегда.

— Тело нашли сегодня утром, — тихо сказал Валдис. — Мальчишка, лет пятнадцати. Беспризорник. Без документов. Без имени. Опять обескровлен.

Доктор подошёл к столу, взял край простыни, задержал дыхание и откинул её. На него смотрело бледное, почти белое лицо. Глаза закрыты, рот приоткрыт. Кожа — восковая.

Валдис подошёл ближе, остановился рядом.

— Тот же почерк, — сказал он. — Укол в локтевую вену. Следы верёвок на запястьях. Кровь откачана полностью.

— Щербатый сидит, — медленно произнёс Иван Павлович. — Он в камере. Он не мог этого сделать.

— Понятно, что не он, — улыбнулся Валдис. Но глянув на спутника, понял, что тот таким образом пытается разогнаться, начать хоть как-то начать накидывать версии и найти хоть какую-то ниточку, чтобы зацепиться за нее.

— Не он… — выдохнул Иван Павлович. — Кто-то другой… Опять мы на шаг позади!

— Иван Павлович, ты бы глянул как доктор, — предложил Валдис. — Может быть, хоть что-то найдется?

Иван Павлович наклонился над телом, осмотрел руки мальчика. Тонкие, с синеватыми венами. На запястьях — следы от верёвок. Такие же, как у того,