Шереметевы - Мария Баганова

Прием был поистине радушным: папа даже выделил специального человека, который организовал русскому послу, выражаясь современным языком, экскурсионную программу. Борису Петровичу и его спутникам показали Госпиталь Святого духа, «в котором больных всякими болезнями немоществующих принимают, и лечат и кормят со всяким прилежанием, и всякому особливые учинены постели мягкие и всякая нужда больным, и за всяким ходит особливой человек: а бывает их в том Гошпитале по пяти, и по десяти, и по пятнадцати тысяч».

Показывали им и «палаты превеликие», в которых «собрано бедных сирот, которые не имеют отцов и матерей и домов, женска полу девок больших и малых больше двух тысяч, которых кормят и одевают тут же из Гошпиталя: и всякой особая постеля с белыми простынями, и всякая им потреба без нужды, и все работают, иные прядут, иные ткут сукна, а маленькие вяжут чулки; и тут все то продают на тот же Гошпиталь, а которые девки невесты похотят за муж, и таким на приданое дают по сту скудов, а скуд считается близко рубля».

Потом русские посланники посещали различные церкви и «ездили в монастырь Святые Франциски Римские, где живут всех знатных особ дочери девицы» и хранятся различные реликвии и мощи святых.

Приезжал к Шереметеву «Папежской Дворецкой с тремя Папежскими каретами, и Боярин с братьями ездил в церковь Святых Апостол Петра и Павла, где их мощи почивают: и тут над мощми их слушал обедню, по совершении же той обедни казали Боярину Копие, которым на Кресте прободен бысть Господь и Бог наш; до том казали Образ Спасителев, которой сам Господь Бог вообразил на полотне или плате, которой плат поднесла ему утертися святая мученица Вероника под час вольного Его страдания и несения Креста на Голгофу; напоследи же казали великую часть древа Животворящего Креста, и вся сия у них зело в великом благоговении и почитании.

В той же церкви мощи Святых вселенских великих учителей Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Григория Двоеслова, глава Луки Евангелиста, и многих святых Пап мощи, Льва, Агафона, Агапида, Мартина и иных. Сия церковь вельми украшена марморами разноцветными и резьбами предивными, а мощи Святых Апостол Петра и Павла опущены в землю низко, и над мощьми учинен для служения престол, а над престолом снаружи из церкви учинено негасимых лампад со сто и больше».

Все время пребывания русских послов в Риме они обменивались подарками с папой и кардиналами. Шереметев отправил папе «одеяло пластинчатое соболье, покрыто материею золотою, ценою девять сот рублев, два изорбата серебряной да золотой, цена сто дватцать рублев, и пять сороков горностаев».

Богатые подарки получили и кардиналы – соболя, горностаи, золото.

Папа же прислал Шереметеву: «Образ Спасов и Святых Апостол Петра, Иакова и Иоанна золотые, учинены на марморе восточном, столпы серебряные и по сторонам два Ангела серебряных, вверьху Отечество и два Ангела серебряных, внизу герб Папежской, еще посох, трость нарядная, по ней узоры самородные, вверьху и внизу оправлено золотом с каменьи дорогими, да две скрыни, в коих положено шитых золотом Римских рукавиц изрядно устроенных, и мыл всяких, премножество всяких разных сахаров и конфектов и питей а также „Крест золотой, в котором положена часть Древа Животворящего Креста Господня“».

Присылали русскому послу и угощение – «рыб многих и сахаров и вин разных множество блюдах на семидесяти, за что Боярин дарил тех, которые принесли, начальнейшему пару соболей в пятнатцать рублев, а прочим тритцать червонных».

Все эти обмены подарками сопровождались льстивыми речами, в которых обе стороны нахваливали друг друга и заверяли в вечной дружбе.

Из Рима русское посольство выехало в начале апреля на семи колясках и двух возах «под рухлядь».

Было бы слишком затруднительно описывать все города, которые Шереметев с братьями посетил за время своего пути, – Пиперно, Террацину, Фунди Неаполитанский, Сант-Агату, Капуа… Особенно яркие впечатления оставил Неаполь: «Тот город Неаполь стоит над морем, строение в нем палатное хорошее, а паче церкви преизрядные украшением всяким, предорогими живописьми, а больше марморами, и он весьма многолюдной город; …От оного города с десять миль стоит гора превеликая, называемая Везувия, которая непрестанно горит, и в день огонь видно, а паче дым превеликим столпом идет; а в ночи то лучше видно; вверьху оной горы весьма превеликий огонь исходит с великим шумом, так что в больший страх приводит человека».

Автор «Хождения» описывает города и городки Писциоту, Амантею, Тропею, большой и красивый город Амальфи, где «лежат в церкве мощи Святого Апостола Андрея Первозванного, привезены из Царяграда некоторым Кардиналом тому лет с четыреста, лежат те мощи под престолом, а из гроба того исходит миро каплями; поверьх гроба якобы окошком, а паче де много исходит в день памяти его. Каноники тоя церкви дали Боярину малой сосуд, наполненный тем святым миром», и совсем крошечный и скудный городок Поликастро: «у того Порту одна палата пустая и скаредная, не только постелей или кроватей, но и досок нет, и не продают тут никакого харчу». «В те дни не токмо рыбы купить не достали, но ниже хлеба не нашли», – жаловался то ли боярин, то ли сопровождавший его священник.

В середине апреля посольство морем отправилось до острова Сицилии. По пути нужно было остерегаться турецких фелюг – пиратов.

По пути на Сицилию путешественники миновали вулкан Стромболи, расположенный на крошечном острове в Тирренском море. Вулкан Стромболи извергается на протяжении последних 20 тысяч лет. Лава из него истекает редко, зато с интервалом от нескольких минут до часа на его вершине можно наблюдать небольшие взрывы.

С огромным удивлением то ли Шереметев, то ли его спутник записал, что в милях 50 от Тропе в море «стоит гора, которая зовется Стромболий: круг ее 15 миль, а на верьху той горы непрестанно горит мили на две кругом, и говорят, что тут жилище диаволов, и так они в том уверены, что и нам так сказывали, и многие де были такие причины, что многие фелюки с людьми диаволами утаскиваемы бывали к той горе, и потопляемы в море, а ныне кто едет мимо той горы, ставит круг фелюк многие кресты, и тем де спасаются: а пешие де люди к той горе выходя из фелюк знаменавшеся крестным знамением ходят, только де за превеликим от огня шумом близко притти невозможно».

Наконец посольство прибыло в Мессину, где караульные солдаты отобрали у них «все ружье… и в город пустили без ружья».

Шереметевы пересекли Сицилию и добрались до Сиракуз. Там боярин снова был вынужден задержаться – опять же из-за турецких пиратов. Наконец пришло сообщение, что поблизости стоит «Мальтийский караван» – семь военных галер.