Шереметевы - Мария Баганова

надо отметить, что к моменту начала войны Пётр еще не осуществил реформу армии. Армия была организована по архаичному принципу, и основу ее составляла поместная конница – конное дворянское ополчение. Боеспособность ее была невысокой.

Война началась походом главных сил русской армии к Нарве.

Русские осадили город, но потом узнали о приближении большого шведского войска. Пленный шведский майор, лифляндец Паткуль, якобы рассказал, что с Карлом ХII подошла армия численностью от 30 до 32 тысяч человек. До нас дошел текст солдатской песни, повествующей об этих событиях, правда в весьма приукрашенном виде.

Во славном городе в Орешке,По нынешнему званию Шлюшенбурха[15],Пролегла тута широкая дорожка.По той по широкой дорожкеИдет тут царев большой боярин,Князь Борис сын Петрович Шереметев,Со темя он со пехотными полками,Со конницею и со драгунами,Со удалыми донскими казаками.Вошли они во Красную Мызу,Промежу темя высокими горами,Промежу темя широкими доламиА все полки становилися.А втапоры Борис сын ПетровичВ объезд он донских казаков посылает,Донских, гребецких да яицкиех.Как скрали они шведския караулы,Майора себе во полон полонили,Привезли его в лагери царския.Злата труба в поле протрубила,Прогласил государь, слово молвил,Государь московской, первой император:«А и гой еси, Борис сын Петрович!Изволь ты майора допросити тихонько, помалешуньку:А сколько-де силы в ОрешкеУ вашего короля шведского?»Говорит тут майор не с упадкою,А стал он силу рассказавать:«С генералом в поле нашим – сорок тысячей,С королем в поле – сметы нет».А втапоры царев большой боярин,Князь Борис сын Петрович Шереметев,А сам он царю репортует:«Что много-де силы в поле той шведской,—С генералом стоит силы сорок тысячей,С королем в поле силы смету нет».Злата труба в поле в лагере протрубила,Прогласил первой император:«А и гой еси, Борис Петрович!Не устрашися маэора допросити,Не корми майора целы сутки,Еще вы его повторите —Другие вы сутки не кормите,И сладко он расскажет,Сколько у них силы шведския».А втапоры Борис Петрович ШереметевНа то-то больно догадлив:А двое-де сутки майора не кормили,Во третьи винца ему подносили.А втапоры майор рассказал,Правду истинну рассказал всем:«С королем нашим и генералом силы семь тысячей,А более того нету».И тут государь звеселился,Велел ему майора голову отляпать.

На самом деле автор баллады выдал желаемое за действительное. В действительности указанная майором цифра показалась вполне достоверной, и ей поверили. «Доблестная» поместная конница, не вступая в бой, позорно бежала. Борис Петрович безуспешно пытался остановить бегущих и вместе с другими офицерами был сброшен в воду. Многие утонули, многие попали к неприятелю в плен, но Шереметева вынес его верный конь.

Царь оказался в сложном положении: он вынужден был мириться с боярами, а значит – выбрать командующего из среды старинной аристократии. Борис Петрович Шереметев был самой подходящей кандидатурой, и Пётр произвел его в генерал-аншефы.

В военно-походном журнале Шереметева говорится: «В прошлом 1701-м году, июня в 3-м числе, по имянному великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича, всеа Великая и Малыя и Белыя Росии самодержца, указу, на его великого государя службе в Великом Новегороде и во Пскове велено быть генералу-фелтъмаршалу, военному Малтискому свидетелствованному и славнаго чина святаго Апостола Андрея кавалеру Борису Петровичю Шереметеву с ратными людми, с кавалериею и пехотою для охранения тех городов и иных тамошних мест от неприятельского Швецкого короля войск к тем вышеписанным городам и уездом наступления, и над оными его неприятелскими войски, обретающимися в Ливонии и Лифляндах также и к городам для поиску, которые городы от предков его за мирными договоры, от Росийского государства отлучены неправедно многих вековечных наследних земель».

В этой записи фигурирует новое воинское звание – генерал-фельдмаршал. Принято считать, что это звание Шереметев получил лишь в декабре 1701 года, когда во главе Большого полка (то есть армии) в сражении у Эрестфера (Эраствере, Эстония) нанес шведам поражение. За эту победу он получил также орден Святого Андрея Первозванного.

Надо уточнить две вещи. Первое: запись сделала в следующем, 1702 году, а значит, Борис Петрович мог именовать себя уже по новому званию. И второе – Табели о рангах, а следовательно и самого звания фельдмаршала, в те годы еще не было: ее утвердят лишь в 1722 году. Но самодержец – на то и самодержец, чтобы награждать подданных чинами и званиями по своему усмотрению.

В июле 1702 года Шереметев нанес еще одно поражение шведам – при Гуммельсгофе на реке Эмбах. А в августе того же года он занял крепость Мариенбург – Маринбурх, как называл он город в своих заметках. Поначалу фельдмаршал планировал взять крепость «без штурму», но когда жители отказались сдать город, то «велел бомбы бросать и пушечную стрелбу чинить». Мариенбург пал, и остатки его гарнизона «вшед в полату, где был порох, подорвали, и не токмо что сами пропали, но и многих побили, где и провианту изгибло болши того якобы полторы тысечи пудов и прочие магазины». Разозленный Шереметев «тот город приказал разорить, и болварки[16] и башни подорвали». «…Не осталось целого ничего, все разорено и сожжено, и взяли твои ратные государевы люди в полон мужеска и женска пола и робят несколько тысяч», – докладывал он государю.

Среди жителей городка был «духовного чина апт Эренст Глик»; он тоже был взят в плен, а вместе с ним «солдацких матерей и жен 48». Среди тех солдатских жен была миловидная молодая женщина по имени Марта Крузе, в девичестве Скавронская. Не то чтобы она была писаной красавицей, но мужчинам нравилась безусловно.

Вот как описывает те события Никита Петрович (Франц) Вильбоа, российский адмирал французского происхождения: «В числе трофеев этой победы Шереметев взял oт Глюка прекрасную его питомицу, которая поступила в число домашней прислуги старого фельдмаршала… Шесть или семь месяцев Катерина Скавронская находилась в доме Шереметева, здесь, как и у пастора Глюка, она сумела хорошо поставить себя, охотно или, по крайней мере, без особенного отвращения исполняла возложенные на нее обязанности. …По прошествии семи месяцев Шереметев отозван был в Польшу; на место его явился в Ливонию Меншиков. Увидев Катерину, любимец Петра взял ее от Шереметева и оставил при себе».

Впрочем, другие источники говорят, что этот переход прошел не слишком гладко: Шереметев и Меншиков поссорились не на шутку. Однако очень скоро Александру Даниловичу тоже пришлось расстаться со своей добычей: пленница приглянулась государю – впоследствии она стала императрицей под именем Екатерины I.

Шереметев возглавил осадную армию при взятии Нотебурга, затем принудил к капитуляции Ниеншанц и завершил покорение Ингерманландии.

Однако в начале 1705 года Пётр произвел в армии изменения: вся конница была доверена Шереметеву, а пехота – другому фельдмаршалу, Огильви. Борис Петрович был расстроен, так как пехота составляла большую часть армии. Вскоре «легкий корпус» под началом Шереметева потерпел поражение в Курляндии в битве