Шереметевы - Мария Баганова

После этих событий фельдмаршал прожил недолго: он умер в феврале 1719 года в своем имении Кусково. Предчувствуя скорую кончину, Шереметев торопился завершить собственные имущественные дела и распределить имения между членами своего большого семейства. Четвертую часть имущества он выделил графине Евдокии Григорьевне, вдове сына Михаила, с ее детьми.

Остальное отошло второй супруге и ее детям.

Душеприказчиком, который должен выполнить его последнюю волю, фельдмаршал просил стать самого Петра I, апеллируя к тому, что у его предков душеприказчиками бывали цари Михаил Фёдорович и Алексей Михайлович Романовы.

Особо надо отметить данное Борисом Петровичем распоряжение об освобождении от крепостной зависимости некоторых дворовых людей: «Людям крепостным и полонным всем и крестьянским детям, которые взяты во двор, даю волю и по окладам их выдать годовое жалованье».

В завещании Шереметев просил похоронить его в Киево-Печерской лавре, но Пётр I, решив создать пантеон в Санкт-Петербурге, приказал похоронить Шереметева на Лазаревском кладбище Александро-Невского монастыря.

Младшая ветвь графов Шереметевых

Конечно, как и другие дворяне, Шереметевы имели свой герб, официально утвержденный Павлом  I. Существуют герб графов Шереметевых и герб дворян Шереметевых, они имеют одинаковое изображение на гербовых щитах и одинаковых щитодержателей. Различие между ними заключается в коронах: в графском гербе над щитом водружена графская корона, в дворянском – дворянская. Они внесены соответственно во 2-ю и в 3-ю части «Общего гербовника дворян Всероссийской империи».

Существуют две версии о происхождении и символике этого герба. Первая изложена в описании герба в «Общем гербовнике дворян Всероссийской империи». Согласно этой версии, наличие в гербе Шереметевых двух уширенных крестов под короной, кумирообразного дуба, скипетра и державы должно было символизировать генеалогическую легенду о происхождении предков Андрея Кобылы от Гланды Камбилы Дивовича, в свою очередь происходившего от короля пруссов Вейдевута: два креста под короной были гербом города Гданьска, находившегося на территории бывших владений пруссов.

Однако есть и другая версия, она принадлежит московскому историку Олегу Хоруженко, который связывает два креста с двумя победами Бориса Петровича Шереметева над крымскими татарами в 1689 и в 1695 годах.

Первая российская писательница

Так случилось, что из потомства храброго фельдмаршала наибольшую известность получили не его сыновья – сенаторы и генералы, а дочь, не занимавшая никаких должностей и первую часть жизни проведшая в ссылке, а вторую – в монастыре.

Звали ее Натальей. Она родилась уже во втором браке Бориса Петровича. Детство ее было счастливым, несмотря на то что отца она потеряла очень рано – в пятилетнем возрасте. Вряд ли она его запомнила, но уважение к нему сохранила: «Отец мой был первой фельдмаршал и что очень любим был народом и доднесь его помнят», – писала Наталья Борисовна уже в пожилом возрасте. И продолжала: «Я осталась малолетка после отца моего, не больше как пяти лет, однако я росла при вдовствующей матери моей во всяком довольстве, которая старалась о воспитании моем, чтоб ничего не упустить в науках, и все возможности употребляла, чтоб мне умножить достоинств. Я ей была очень дорога: льстилась мною веселится, представляла себе, когда приду в совершеннолетию, буду добрый товарищ во всяких случаях, и в печали и радости, и так меня содержала, как должно благородной девушке быть, пребезмерно меня любила, хотя я тому и недостойна была. Однако все мое благополучие кончилось: смерть меня с нею разлучила».

На момент смерти Анны Петровны Наташеньке было всего лишь 14 лет. Она переживала сильно: «Сколько я ни плакала, только еще все недоставало, кажется, против любви ее ко мне, однако ни слезами, ни рыданием не воротила: осталась я сиротою, с большим братом, который уже стал своему дому господин».

А между тем братец Пётр был старше Наташи всего лишь на год. Хотя формально именно он считался главой семьи, распоряжались всем какие-то родственники, по именам которых Наталья Борисовна не называет. Положение Наташи в доме сразу изменилось, хотя она и «льстилась впредь быть счастливой, однако очень часто источники из глаз лились».

Очень рано девушку стали вывозить в свет, но была она застенчивой и держала себя подчеркнуто скромно. Сама она это объясняла так:

«…тогдашнее время не такое было обхождение: в свете очень примечали поступки знатных или молодых девушек. Тогда нельзя было так мыкаться, как в нынешний век». Поэтому Наташа «свою молодость пленила разумом, удерживала на время свои желания в рассуждении том, что еще будет время к… удовольствию, заранее приучала себя к скуке». Так прошло два года: 1728–1730. То было очень сложное время в истории России. Трон занимал юный император Пётр II Алексеевич, внук Петра Великого. Он вступил на престол в одиннадцатилетнем возрасте, а умер, когда ему было четырнадцать.

В фаворитах у него ходили князья Долгоруковы.

Долгоруковы, или Долгорукие[19] – это старинный княжеский род. Их предки некогда правили в Чернигове, а потом занимали почетное положение при дворе. Теперь глава семейства – Алексей Григорьевич Долгоруков – был назначен одним из воспитателей юного императора. У него был сын – Иван. «Красивый молодой человек и живого характера. Ему часто случалось беседовать с молодым государем, который полюбил его и наконец так к нему привязался, что не мог ни минуты оставаться без его общества. Долгорукие не упустили воспользоваться этою привязанностью и стали во главе всех дел…» – замечал полковник Кристоф Герман Манштейн, оставивший нам полные остроумия записки о том времени. Способы сохранять влияние на императора-мальчика они использовали самые гнусные: подпаивали ребенка, приохочивали его к развлечениям, которые не пристали подростку. Они даже решили женить мальчика на одной из Долгоруких – сестре Ивана Екатерине, которая была старше Петра на три года. Для этого ее разлучили с уже имевшимся и любимым ею женихом – графом Миллезимо.

Лучший «друг» императора Иван Алексеевич Долгоруков был хорош собой, дерзок, весел… Плохие парни очень часто нравятся хорошим девушкам. И пятнадцатилетняя Наташа влюбилась. «Вся сфера небесная для меня переменилась», – так Наталья описывает свое чувство к жениху. Сама она красавицей считаться не могла, хотя обладала многими достоинствами: была умна, хоть и простодушна, прекрасно воспитана, образованна… Да и богатство и высокородие ее родителей значили много. «Женихами я была счастлива», – признавалась Наташа.

Союз ее с Иваном Долгоруким начинался как брак по сговору, а вылился в глубокое взаимное чувство. «Правда, что начало было очень велико: думала, я – первая счастливица в свете, потому что первая персона в нашем государстве был мой жених, при всех природных достоинствах имел знатные чины при дворе и в гвардии. Я признаюсь вам в том, что я почитала