Стальной рыцарь 3 - Алексей Рудольфович Свадковский

через две отправляется караван с охраной в соседнюю провинцию — достаточно большой, чтобы иметь шансы уцелеть по дороге. Я могу с ним передать ваше послание. Местные купцы через своих партнеров перешлют его дальше месяца через два — три, если не потеряется по дороге оно доберется до посольства. Кроме того, я могу отправить гонца ко двору императора. Я уже полгода ему отчеты не отправлял — пора напомнить и о себе. Могу к своему посланию приложить и ваше письмо.

— И как быстро оно дойдет?

— Не знаю, — пожал плечами наместник. — Сначала гонец доберется до соседней провинции. Там он попытается узнать, где сейчас находится резиденция императора, потом отправится туда. Месяца три-четыре по времени, думаю, займет. Но это гораздо более безопасный шаг для вас, чем пытаться идти этим путем, — он ткнул пальцем по прямой линии от своей провинции к границе России. — Это плохие безлюдные места. Вы, люди, нуждаетесь в отдыхе, сне. Незаметно на ваших шагоходах такой путь не преодолеть. Ваши машины — это, по сути, ходячие горы золота, не говоря уже о вас самих. У нас есть умельцы, которые способны пустить на пилюли органы не только тварей, но и Одаренных. Вас только трое без конвоя — легкая, уязвимая цель, а еще огромный куш, ради которого могут рискнуть многие. А если вы даже дойдете до России, что дальше? Территории вдоль рек безлюдны не просто так — из-за чудовищ, живущих в них. Во многом поэтому сухопутная торговля между нашими странами и прекратилась — слишком опасно. Гораздо лучше написать письмо, дождаться помощи и, не рискуя жизнями, спокойно улететь домой. Сохранив не только себя, но и ценное военное имущество, как-то на котором вы сюда прилетели, так и то, что находится в ящиках, разбросанных вокруг вашего дирижабля.

— А вы не могли бы… — растерянно начал я.

— Взять его охрану на себя? — уточнил наместник. — Это возможно, но есть определенные сложности. У меня мало людей, и выделить пару сотен солдат для охраны вашего дирижабля — это серьезно ударит по обороноспособности моего города и всей провинции. Но я мог бы пойти вам навстречу, если бы и вы сделали подобный шаг навстречу мне. Пока вы будете ждать ответа на ваше послание, пока вас эвакуируют домой, вы могли бы мне помочь с наведением порядка в провинции. Разогнать несколько банд, от которых буквально нет продыху, помочь с уничтожением гнездовий чудовищ…

— Но…

Ввязываться в чужую войну мне не хотелось совсем. Но прежде чем я успел ответить, губернатор поставил на стол перед собой большую шкатулку из красного дерева, покрытую резьбой. Откинув крышку, он приподнял кусочек алого шелка, лежащий сверху, показывая ее содержимое: восемь небольших слитков золота, выложенных в ряд, каждый примерно с мою ладонь.

— Это подарок, чтобы вам было легче принять решение, — с улыбкой продолжил говорить наместник. — Разумеется, если вы согласитесь, вы и ваши люди будете получать питание. Я обеспечу вашу безопасность. А при возвращении домой я направлю вместе с вами благодарственное письмо за ту помощь, что вы нам окажете.

Взяв наугад один из слитков в шкатулке, я осторожно взвесил его в руке, незаметно пустив искорку силы. Золото высокой пробы — без всяких сомнений. Тут примерно килограмма полтора — примерно тысяча триста рублей. Солидно, даже очень. И если уже все равно ждать…

— А наша помощь как-то будет оплачиваться? — поинтересовался я. — Если мы, конечно, согласимся.

— Каждый раз отдельно, в зависимости от сложности задачи, которая вам предстоит. Питание ваши люди будут получать на уровне офицера нашей армии. Жить будете у меня во дворце — это самое безопасное место в городе. Рядом мы разместим ваших стальных гигантов.

— А что насчет трофеев? — уточнил я.

— Я согласен выкупить их у вас по самой справедливой цене, — предложил губернатор. — Разумеется, то, что вы сами будете готовы продать.

— Мне нужно подумать, — ответил я. — Это все же довольно сложное решение.

— Согласен, — кивнул наместник. — Утро вечера мудренее, как у вас говорят. Так что утром я хотел бы услышать ваше решение. А это, — он кивнул на ларец, — пускай пока побудет у меня.

* * *

Давид с Викой с аппетитом ели, усевшись возле небольшого круглого столика. Давид впился в жареную курицу с таким упоением, что я невольно сглотнул слюну и тоже подсел к ним поближе, подтянув к себе тарелку с куриными ножками.

— А неплохо тут офицеров кормят.

— Ну что, как разговор? — Вика, закончив с небольшой жареной рыбешкой, пододвинула к себе плошку с рисом и с интересом посмотрела на меня.

Видно, что мы все слегка оголодали. После сухих галет и пары банок тушенки это был прямо настоящий пир.

Не вдаваясь в подробности про шкатулку, я вкратце рассказал, что предложил нам губернатор, а также какие выходы и способы попасть домой у нас есть.

— М-да, не густо, — задумчиво протянул Давид, обтирая руки о полотенце и подтянув к себе поближе тарелку с кусочками дыни. — А я и не знал, что здесь все так плохо.

— Никто не знал, — ответил я, продолжая с аппетитом ужинать. — Я даже про восстание Красных кулаков, устроивших тут погромы иностранных миссий, впервые услышал от наместника. А я время от времени газеты все же читал в городской библиотеке, в основном, правда, ради кроссвордов, но не важно. У нас в них вообще мало что толковое пишут, кроме парадов и маскарадов, и где и кого какая-нибудь из великих княгинь изволила посетить.

— Да и наплевать, — махнула рукой Вика, по очереди пробуя разные закуски из маленьких мисочек.

— Самостоятельно мы отсюда не выйдем, — констатировал я, на мой взгляд, очевидное. — Едва мы ответим отказом, то сразу превратимся из гостей и потенциальных союзников в бесполезный мусор, который можно обратить во вполне себе реальные деньги. Нас — на пилюли, мехи — на перепродажу или переплавку. Про нас никто не знает, наших дипломатических миссий тут нет. А если узнают — что они смогут сделать, разве что дипломатическую ноту пришлют местному кочующему императору. Сам понимаешь, что это бред.

— А если сделать вид, что согласились, а потом рвануть в сторону границы? — предложил Давид.

— И как далеко мы уйдем? Мехи слишком заметны. Пустил конный отряд по следу — день-два подождать, когда мы с голодухи сами вылезем наружу, да и прикончить во сне. Да и жрать что мы будем после бегства? Вы