За 1000 лет до Тани Гроттер - Дмитрий Александрович Емец

– Может, ещё немножко? Ну хоть шагом? – попросила Тень.

Герундий несильно махнул хвостом, посшибав ребят на землю. Оказалось, что костяной шар прекрасно достаёт и до спины. В отличие от лошадиного хвоста, у него не было слепых зон.

– Ответ отрицательный! – сказал Кузя. – Нам придётся идти пешочком!

Они взгромоздили на себя щиты и потопали по лугу. Поодаль шлёпал Герундий, делая зигзаги, чтобы не пропустить ни одного колючего куста. К колючкам у него наблюдалась явная слабость.

– Хтоньская хтонь! Я всё поняла! – сказала Тень. – Напрасно мы погнали Герундия галопом! Эти жабьи прыжки ему на пользу не пошли! Лошадлы могут очень быстро передвигаться, но потом им надо много есть. И после скачки они чуток тормознутые. Короче, хочешь уйти далеко – топай медленно.

Сказано – сделано. Теперь им поневоле приходилось идти не торопясь. Кузя начал приручать Герундия. Делал он это так. Присматривал репейник с максимальным количеством колючек и мысленно сообщал лошадле, где куст находится. Поначалу Герундий выбору Кузи не доверял, но вскоре уже охотно следовал его указаниям: кусты всякий раз оказывались вкусными. Постепенно Кузя изменил правила игры. Он срубал репейник ножом и подманивал Герундия, чтобы накормить из рук. Часа через три Герундий подходил уже ради репья, который Кузя прятал в кулаке, затем вообще просто так, а под конец смилостивился настолько, что позволил нагрузить на себя тяжёлые вещи.

Рюрик и Тень шли бок о бок и безостановочно переругивались. Это была та ещё парочка. Казалось, Тень и в рискованный поход увязалась только затем, чтобы щекотать Рюрику нервишки.

– Я тебя просто обожаю! – насмешливо говорила она Рюрику.

– А я обожаю тебя ещё больше! – парировал Рюрик.

– А я обожаю тебя чуть больше, чем ещё больше!

– А почему бы тебе не обожать меня молча? – предложил Рюрик.

– Потому что тогда ты не узнаешь, как сильно ты меня достал! – объяснила Тень.

Мозг будущего великого вождя не справился с такой сложной задачей, и он лишь вздохнул, показывая, что сдаётся.

Ближе к закату юные варяги вышли на дорогу. Дорога была песчаная, с бороздами от телег. Шла она с запада на восток. Или с востока на запад.

– И куда нам теперь? – спросила Тень.

Кузя предложил дойти до какого-нибудь перекрёстка, где будет поворот на север. Лучше идти по кривой дороге, чем лезть по бурелому. Тень и Рюрик, облепленные с головы до ног репьями (далеко не всё съедал Герундий), охотно с ним согласились.

– А где будем искать перекрёсток? На западе или на востоке?

– Посмотрим, куда повернёт лошадла!

Герундий потоптался и повернул налево.

– Ага! Лошадла ищет перекрёсток на западе! Значит, там его дом! А дома нас ждёт тот тип, который назойливо мажет мимо забора и испытывает нездоровый интерес к моему щиту! Значит, нам надо идти на восток! – заявил Рюрик, делая поистине королевский вывод.

– О да! Ты больше не Рюрик Мощный! Отныне ты Рюрик Мудрый! Нет, Рюрик Гениальный! Рюрик Сверх… Сверхнезнаюкакой! – похвалила Тень.

Рюрик Сверхнезнаюкакой покосился на Тень с явным беспокойством.

– Я устал ругаться. Беру паузу до вечера! Но учти, что я не сдался и тебя мысленно презираю! – сказал Рюрик.

– Я презираю тебя ещё больше! – мигом отозвалась Тень.

Она хотела ещё что-то добавить, но осеклась, заметив щит, прибитый к столбу. На щите был портрет, выполненный государственным живописцем. Отряды таких живописцев рассылались по всей Империи и писали подобные портреты сотнями. Обычно примерно через год их смывало дождём, но опять приезжал живописец на уставшем ослике, навьюченном красками, и всё обновлял.

Широкоплечий воинственный мужчина восседал на боевом рогоносе с вызолоченным рогом, а рядом с ним стояла девушка с арфой. У девушки были огромные, как у куклы, глаза, брови вразлёт и капризно поджатые губы. Кузя оглянулся на портрет.

– Это кто? – спросил он как можно небрежнее.

– Император Базилик, ясная хтонь! Кто ж ещё? – угадала Тень. – Что, понравилась его дочка?

– Мне? – возмутился Кузя. – Ничего подобного!

– Вот и хорошо, что нет! Таким портретам верить нельзя! На государственном портрете любая лягушка будет выглядеть царевной, – сказала Тень.

– Во-во! – кивнул Рюрик. – Мне, например, наплевать, какова эта царевна! Что действительно круто, так это боевой рогонос. С виду кожу не пробьёшь вообще ничем… Стрелы, копья – это ему как солома! Веки, кажется, и то бронированные. Ну, может, из катапульты его подранить можно.

– Император тоже ничего! – Кузя кивком указал на плечистого воина.

– Базилик-то? Ну, он не трус, это да. Повоевать любит. Но страной правит из рук вон плохо. Только раздаривает знати земли, устраивает пиры и постоянно женится. Его первая жена была певица. Он её задушил.

– Что? – удивился Кузя. – Задушил?

– Творчески задушил. Она бросила петь. А вторую жену убил. Морально. Не позволил ей променять южную провинцию на ожерелье с алмазами. Какой смысл быть женой императора, если тебе ничего нельзя? Ну а третью жену он просто растоптал.

– Нравственно? – спросил Кузя.

– Нет. Слоном. Она полюбила другого… А цезаревна – дочь самой первой жены, которая была певицей. Весёленькое дельце! Император – и женился на певичке! А потом, когда её укусила змея, говорят, едва не умер от тоски.

– Мать царевны укусила змея? Откуда ты всё это знаешь? – не поверил Кузя.

– Слушала деревенские сплетни, пока лошадлу воровала. Лежала у частокола, а там у них торговая площадь, – объяснила Тень.

Рюрик укоризненно покачал головой.

– Я считаю, что Базилик так себе император, если позволяет трепаться о себе на площади. О приличном императоре надо шептаться ночью, да ещё и выглядывая при этом в окно. Когда я найду великий меч, женюсь на царевне и стану вождём, меня все будут бояться!

– Я уже боюсь! Шагай давай, Рюрик Кошмарный и Устрашающий! А то затрясусь так сильно, что ты упадёшь! – сказала Тень, толкая его в спину.

Глава 10

Хрюйс и луковица ататы

Не сокроешь ни тёмного дела, сотворённого в ночи, ни луковицы ататы от бегущего хрюйса.

Сигизмунд Рубака

Ночевали путники в заброшенном сарае, одиноко торчащем в поле. Ворота давно завалились, а сквозь дыры в крыше виднелось небо. В углу, где крыша хоть как-то прикрывала от дождя, валялась охапка соломы, но, когда Кузя попытался в неё зарыться, оттуда выскользнула яркая змейка.

– Ядовитая? – спросила Тень.

– Была. Но это уже неважно. Лошадла её сожрал.

Рюрик забрался в спальник Красной Бороды, важно произнёс: «Я всё держу под контролем!» – и мгновенно вырубился. Тень для проверки