Двор призрачных сердец - Элис Нокс

Эти были живыми.

Стволы деревьев — огромных, древних, что помнили времена до Пакта — были выдолблены изнутри, превращены в жилища. Окна светились тёплым золотым светом. Двери были вырезаны в коре, украшены рунами, что тускло мерцали. Крыши из переплетённых ветвей, покрытых листвой, создавали навесы.

Между домами-деревьями вились тропинки из светящегося камня. Фонари на столбах —магические, парящие в воздухе сферы света — освещали улицы, хотя солнце ещё не село.

И фейри.

Их было много.

Высокие, изящные создания в одеждах, что переливались цветами, для которых не было названий. Кожа всех оттенков — от бледной, почти прозрачной, до тёмной, как полированное эбеновое дерево. Волосы — серебряные, золотые, медные, чёрные с синим отливом. Глаза, что светились изнутри — фиолетовые, изумрудные, янтарные.

Они двигались с грацией, что казалась неестественной. Разговаривали, смеялись, торговали на маленьком рынке в центре.

Нормальная жизнь. Обычный день в деревне Подгорья.

Пока не вошли мы.

Первым меня почувствовал старик у входа. Высокий фейри с длинной седой бородой, заплетённой в косы, украшенные костяными бусинами. Он чинил деревянный забор, но замер, как только я ступил на светящуюся тропинку.

Голова медленно повернулась. Глаза — молочно-белые, слепые — уставились прямо на меня.

Но я знала, что он видел. Не глазами, чем-то другим.

— Свет, — прошептал он хрипло. — Король Света пришёл.

Слова прозвучали не громко, но их услышали все.

Разговоры мгновенно оборвались. Смех замер. Движение прекратилось.

Сотни глаз обратились на меня.

И я почувствовала это. Вес их взглядов. Физически. Давящий на плечи, на грудь, на каждую клетку тела.

Магия под кожей шевельнулась и почуяла напряжение. Я дышала ровно, заставляя её остаться на месте.

Не показывай страх. Держи спину прямо. Ты Король.

Я сделала шаг вперёд. Ещё один.

Фейри расступались медленно, неохотно, создавая проход. Но не отводили взглядов. Изучали, оценивали, шептались друг с другом на языке, который я не понимала — мелодичном, текучем, похожем на журчание ручья.

Рядом со мной Лис шёл тихо, опустив взгляд, держась чуть позади — идеальная картина послушной спутницы. Но я чувствовал напряжение в каждой линии его нового тела.

Мы дошли до центральной площади, где стоял рынок. Прилавки из живого дерева, что росло прямо из земли. На них — товары. Оружие, ткани, еда, артефакты, что светились магией.

И в центре — фейри, что явно была здесь главная.

Женщина. Высокая, под два метра ростом. Кожа цвета тёмного мёда. Волосы — белые с серебристым отливом — заплетены в сложную конструкцию на голове, украшены живыми цветами. Глаза — золотые, с вертикальными зрачками, как у кошки.

Она стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с выражением, которое было чем-то средним между любопытством и подозрением.

— Алистор, — произнесла она голосом, что звучал как мурлыканье большой кошки. — Новый Король Света. Давно не видела тебя. Последний раз... сколько? Семьдесят лет назад? Когда ты был просто Лисом?

Я остановилась. Сердце колотилось бешено, но я заставил лицо остаться спокойным.

Говори уверенно. Веди себя, как Король.

— Элиша, — произнёс я, и имя пришло откуда-то из глубины памяти этого тела. Не моей памяти. Его. — Рад видеть, что время обошлось с тобой милостиво.

Голос звучал ровно. Хорошо. Продолжай.

Элиша усмехнулась, обнажив острые белые зубы.

— Льстец, как всегда, — она обошла меня медленно, изучая с той откровенностью, что была бы неприличной в человеческом мире. — Но что-то не так. Ты пахнешь... иначе.

Желудок свело.

Она чувствует. Проклятье, она чувствует.

— Иначе? — я поднял бровь, изображая удивление. — Может, новый парфюм? Или ты просто забыла, как я пахну за семьдесят лет?

Смех. Лёгкий, насмешливый. Играй, как он играл бы.

Элиша остановилась передо мной. Золотой взгляд смотрел прямо в душу.

— Парфюм, — повторила она медленно. — Возможно. Или...

Тишина. Долгая, тяжёлая.

— ...ты прячешь что-то, Алистор. Секрет. Я чувствую его запах под твоей магией.

Рука инстинктивно потянулась к поясу, где должен был быть клинок. Но там было пусто.

Элиша заметила движение. Улыбка стала шире.

— Без оружия? — она наклонила голову. — Король Света, пришедший в нейтральную деревню без клинка. Это... необычно. Или глупо.

— Не нужно оружие, когда есть магия, — ответил я, надеясь, что голос прозвучал уверенно.

— Магия, — эхом повторила она. — Да, твоя магия...

Она вдохнула глубоко, и в этом вдохе было что-то оценивающее, почти осязающее, будто она пробовала силу на вкус.

— Она бурлит под кожей. Дикая. Неукрощённая. Словно ты только вчера стал её носителем, а не пять лет назад. — Интонация сменилась на насмешливую, почти удивлённую. — Неужели Король Света так и не научился укращать силу своего Двора? Для фейри пять лет — мгновение, но и его должно хватить, чтобы перестать метаться, как новорождённый с факелом в руках.

Она склонила голову набок, изучая меня с любопытством хищника, что нашёл интересную добычу.

Рядом шевельнулся Лис. Едва заметно. Но этого хватило.

— Мой Король устал с дороги, — голос мой, но интонация робкая, покорная. Лис шагнул вперёд, опустив взгляд перед Элишей. — Мы шли долго. Он... не в лучшей форме. Прошу...

Элиша перевела взгляд на него.

— Человек, — констатировала она. — Спутница Короля. Как... необычно. — Молчание повисло. — И почему я чувствую запах его магии на тебе, девочка?

Лис не дрогнул.

— Потому что я его, миледи.

Слова прозвучали тихо и просто. Но в них была такая нежность, такая абсолютная преданность, что воздух между нами, казалось, сгустился.

Он не опустил взгляд. Не отвёл глаза. Смотрел прямо, и на губах играла мягкая, почти мечтательная улыбка — та, что появляется, когда произносишь имя любимого.

— Его фаворитка. Его утешение. Его... — голос дрогнул, стал мягче, интимнее, — ...сокровище. Так он называет меня, когда мы одни.

Он провёл рукой по груди — медленно, почти неосознанно, будто проверяя, на месте ли сердце. Или ища что-то под кожей.

— Когда ты принадлежишь Королю Света, когда он держит тебя в своих объятиях ночь за ночью, когда его руки касаются твоей кожи, его губы шепчут твоё имя в темноте... — он замолчал на мгновение, и улыбка стала глубже, согрета воспоминаниями, — ...магия не просто касается. Она проникает. Въедается. Становится частью тебя, такой же неотъемлемой, как дыхание.

Его пальцы сжались в кулак, прямо над сердцем.

— И я не хочу, чтобы это когда-либо изменилось.