Двор призрачных сердец - Элис Нокс

Он подступил вплотную. Задрал голову, чтобы посмотреть мне в глаза.

— А в нашей ситуации раскрытие — гарантированная смерть. Для нас обоих.

Холод пробежал по позвоночнику.

— Поэтому я научу тебя. — Решимость в словах не допускала возражений. — Как ходить, как говорить, как смотреть. Как быть королём Света хотя бы внешне.

— За сколько времени? — скептически спросила я.

— За то, что у нас есть. — Он пожал плечами. — Час, может два, прежде чем нам придётся идти. Не идеально, но лучше, чем ничего.

Он отступил на шаг, собираясь начать демонстрацию, но я подняла руку — большую, с длинными пальцами, что всё ещё казались чужими.

— Подожди. — Жар начал подниматься по шее, заливая лицо. — Прежде чем начнём... мне нужно...

Слова застряли в горле, отказывались выходить наружу.

Лис наклонил голову, изучая меня с любопытством.

— Тебе нужно...? — Он протянул слово, явно наслаждаясь моим дискомфортом.

Я скрипнула зубами, заставила себя выплюнуть:

— В кусты. Мне нужно... воспользоваться кустами.

Секунда тишины.

— О. — Протяжно, с той интонацией, что говорила — сейчас будет весело. — Конечно. Как я мог забыть о естественных потребностях.

Он скрестил руки на груди, откинулся на стену.

— Ну что ж, красавица, добро пожаловать в захватывающий мир мужской анатомии. — Пауза для эффекта. — Надеюсь, ты не из тех скромниц, что теряют сознание при мысли взять в руки мужское достоинство? Даже если оно теперь твоё?

Лицо полыхнуло огнём.

— Заткнись!

— Просто уточняю. — Он поднял руки в примирительном жесте, но ухмылка никуда не делась. — Потому что если понадобится помощь — я прекрасный учитель. У меня триста лет практического опыта работы с этим... инструментом.

Я развернулась, зашагала к двери, пытаясь игнорировать то, как он хохотал за спиной — моим смехом, высоким и звонким, но наполненным его мерзким весельем.

— Куда идёшь? — донёсся голос.

— Подальше от тебя!

— За хижиной есть неплохие кусты! — крикнул он мне вслед. — Густые, высокие! Никто не увидит твой позор!

Я выскочила наружу, хлопнув дверью так, что та чуть не слетела с петель.

***

Кусты действительно были густыми.

Я стояла перед ними и пыталась заставить себя двигаться дальше. Руки дрожали, когда опустились к поясу брюк.

Чужих брюк, на чужом теле, с чужой... анатомией, которой мне предстояло воспользоваться.

Боги.

Это было неправильно на стольких уровнях, что разум отказывался это обрабатывать.

Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох. Выдох.

Это просто тело. Временно. Всего лишь биология. Ничего личного.

Мантра не помогала.

Пальцы нашли пуговицы на поясе, расстегнули их. Звук показался оглушительным в утренней тишине леса.

Я стянула брюки ниже бёдер, не глядя вниз, отказываясь смотреть, потому что если увижу — окончательно потеряю остатки самообладания.

Просто сделай это быстро, не думай.

Но как, чёрт возьми, это вообще работает?!

Ненависть обожгла острее стыда. Ненависть к фейри, к их роду, что веками охотился на людей как на скот. К иронии судьбы, что заставила меня носить их кожу, дышать их магией.

Предательство собственного тела было почти физически ощутимым.

— Проблемы, красавица?

Голос прозвучал так близко, что я подпрыгнула, едва не свалившись в кусты.

Обернулась через плечо.

Лис стоял в нескольких шагах, прислонившись к дереву, руки скрещены на груди. В глазах плясали искры озорства.

—ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ?! — вопль вырвался сам собой.

— Наслаждаюсь представлением. — Он пожал плечами. — Ты уже десять минут торчишь тут, как статуя. Решил проверить — не потеряла ли сознание от невиданной красоты.

Щёки вспыхнули.

— Я... — голос сорвался. — ...пытаюсь разобраться с твоим проклятым телом!

— О, я вижу. — Усмешка стала ещё шире. — Впечатлена масштабом? Не стесняйся признаться. Тысячи лет эволюции и хорошей генетики делают нас поистине выдающимися в определённых местах.

Белая, выжигающая ярость прорвалась сквозь смущение.

— Жаль, — процедила я сквозь стиснутые зубы, — что эволюция щедра только избирательно. Видимо, когда природа вкладывала всё в одно место, на мозги ресурсов не хватило.

Пауза, наполненная ядом.

— Хотя это многое объясняет о тебе и о вашей расе в целом.

Он прижал ладони к груди.

— Ранен насмерть, — протянул он театрально. — Убит остроумием девятнадцатилетней девчонки. Какой позор для трёхсотлетнего фейри.

Он выпрямился, насмешка вернулась на лицо.

— Хотя должен признать — у тебя неплохо получается. Для новичка в словесных дуэлях.

Взгляд скользнул вниз, к моим рукам.

— А вот в других дуэлях, судя по позе, успехи так себе. И как, красавица? Разобралась с базовой механикой? Или нужна помощь специалиста?

Желание убить его голыми руками стало физически ощутимым.

— Могу помочь, — он оттолкнулся от дерева, шагнул вперёд.

— НЕ СМЕЙ ПОДХОДИТЬ БЛИЖЕ!

Он замер, поднял руки в примирительном жесте, но издёвка никуда не делась.

— Ладно, ладно. Спокойно. — Пауза. — Просто дам пару советов. Во-первых — расслабься. Ты так напряжена, что ничего не выйдет. Во-вторых — не надо так сильно хвататься. Это не рукоять меча. Обращайся... нежнее, хотелось бы при возвращении получить тело неповреждённым. В-третьих, — продолжал он, явно наслаждаясь моими мучениями, — цель вниз и чуть вперёд. Не бойся промахнуться, с практикой придёт и меткость.

— Я! Тебя! НЕНАВИЖУ!

— Знаю. — Он развернулся, направился обратно к хижине, бросив через плечо: — Но это не отменяет того факта, что без моих инструкций ты бы тут до вечера простояла.

Он обернулся на пороге, и улыбка стала совершенно мерзкой.

— Удачи, красавица. И не забудь потрясти в конце. Это важно.

Дверь за ним закрылась.

Я осталась одна. С кустами. С чужой анатомией. И с абсолютной, всепоглощающей яростью, что давала силы довести это унизительное дело до конца.

***

Когда я вернулась в хижину несколько минут спустя — красная, взъерошенная, готовая убить — Лис сидел на старом тюфяке и ухмылялся.

— Ну что, справилась?

Я не ответила. Просто прошла мимо к разбитому окну, где на подоконнике стояла старая миска с дождевой водой. Окунула руки и начала тереть ладони так яростно, будто пыталась стереть кожу вместе с воспоминанием о последних десяти минутах.

— О, да ладно тебе, — продолжал он весело. — Всего лишь немного простой анатомии. Ничего такого, чего ты раньше не...

Он осёкся.

Секунда звенящей тишины, а потом — тихий, протяжный смешок.