Гнига зауми и за-зауми - Александр Давидович Бренер

«Да чего там, понежься ещё, не пропусти главный, самый счастливый образ, окунись в самую сладкую дрёму, увидь то наиблаженнейшее, что я тебе сейчас покажу…» И вы с некоторым испугом, но и с величайшей охотой соглашаетесь. И действительно: очи смыкаются, тело принимает позу зародыша, но ваша вульва или ваш причиндал вдруг невиданно распускается и набухает, а из недр вертограда является тот или та, кого вы ждали всю свою искалеченную трудами жизнь, и не обманет ваши ожидания… Но это только утренняя прелюдия: гений лени будет беспокоить вас на протяжении всего дня – да ещё и в самые что ни на есть деловые, трудовые, рабочие, даже творческие моменты. Он не хочет вашей работы, этот гений, не желает вашего производства, вашего плода, вашего произведения, вашего процесса активного преобразования природных ресурсов в какой-то продукт… А чего он хочет? А вот: слияния с природой, блаженства ощущений… Гений лени – глубоко антисоциальная тварь, он ненавидит и постоянно атакует процессы и результаты производства, которое, согласно Марксу, обязательно носит общественный характер… Гений лени – закоренелый противник экономики, обмена и производства, даже когда «производство» – это сидение перед телевизором или копание в Интернете.

Маурицио Лаццарато поставил дюшановскую бездеятельность в контекст капиталистического производственничества. Леность Дюшана – «минимальное действие» – это жест ускользания из товарного космоса. Этот жест позволил Марселю освободиться от разных зол: выйти из чудовищной рутины наёмного труда, уклониться от компетенции современного художника, встроенного в рыночные отношения, порвать с пошлыми мифами креативности, насаждаемыми системой. Логика капитала заставляет художника одновременно производить материальные ценности, играть в мага, и работать для выживания. Всё это – антихудожественно, насильственно и бесславно, и потому Дюшан предпочитает лениться. Он хотел даже открыть школу лени и отель для практикующих лентяев. Лень – это ведь не просто пассивность, а умная стратегия противоборства. Её надо коллективно разрабатывать – нельзя одним махом стать гениальным ленивцем!

Лень Малевича имеет иной источник. Она происходит из великой народной традиции уклонения от обязанностей. В народном континууме, как это показали Владимир Пропп, Михаил Бахтин, Марсель Мосс, Клод Леви-Стросс, Пьер Кластр и Фредди Перлман, всегда присутствует существо, герой, характер, разрывающий с ритуалом, законом, порядком, нормой. И самый радикальный разрыв происходит не буйно, не насильственно, не бурно, не неистово, не яростно. Ничего подобного! Самый главный разрыв происходит через лень, ничегонеделанье. Вот ведь как интересно. Лень, а вовсе не бунт, не трансгрессия, есть освобождение от пут.

Тут, конечно, не обойтись без чтения Джорджо Агамбена.

Не обойтись без концепта потенциальности.

Не обойтись без напоминания не только об Иване на печи, но и о писце Бартлби. И даже о господине Тесте.

Но потенциальность глубоко заложена и в «Чёрном квадрате», и в «Фонтане». Потенциальность – она тоже объединяет Малевича и Дюшана.

И ещё их роднит понимание искусства как великой дорожной аварии. Да: бум! Дзынь! А-а-а! Катастрофа, фиаско, а потом – вулканический пепел Геркуланума! Жили-были, ехали – и нарвались! То ли взрыв, то ли всхлип… И лежат неподвижно обломки…

С искусством, которое на протяжении столетий указывало человечеству путь к спасению наравне с философией и религией, случилась грандиозная дорожная авария. Искусство превратилось в какой-то унылый офисный марафон, пфуш, ботч, халтуру.

И вот есть идея, противоядие: лень.

Нужно думать, много думать, что же это такое – лень Малевича и лень Дюшана.

25 ленивых экспериментальных практик

(после Казимира Малевича, Германа Мелвилла, Марселя Дюшана, Ивана-дурака, Поля Валери, Велимира Хлебникова, Альфреда Жарри, Игоря Терентьева, Ильи Зданевича и некоторых других)

На поле лени растёт только репейник.

Немецкая пословица

Нижеследующий ленивый конспект, состоящий из 25 практик, даёт возможность представить взаимодополняющие векторы ленивого действия, направленного против современных диспозитивов общественного консенсуса и индивидуального послушания.

1. Лень как полное неучастие и игнорирование всех существующих общественных ритуалов (трудовых, культурных, культовых, социополитических, туристических, учебных, армейских, здравоохранительных и праздничных). Выйти из системы обмена. На Кавказ воображения!

2. Лень как остановка воли. Воля – западная химера. Ничего не хотеть. Ни к чему не стремиться. Никому ничего не навязывать. Вместо принципа «навязывать» – принцип «развязывать».

3. Лень как ликвидация производства желаний и ожиданий. Вместо желаний, ожиданий и стяжаний – не(у)держание и обожание.

4. Лень как снятие принятых сексуальных практик и мнимых потребностей либидо. Лениться плодиться и размножаться. Лениться совершать коитус. Вместо всего этого – рекорды нежности.

5. Лень как неразличение всех доминирующих различий (между народами, полами, индивидами, человеком и животным, природой и культурой, субъектом и объектом). Вместо навязанных различий – сплошное неприличие.

6. Лень как смешение языков – человеческих и звериных, природных и культурных. Вавилонская башня ленивых языков. Вместо языкового начётничества – ленивое всёчество.

7. Лень как ликвидация календаря и забвение возраста. Лень часов и минут. Лень стареть. Оставление без внимания различий молодости и старости. Вместо возраста и календарного срока – мирсконца. Как сказал поэт: «И жемчуга ловцы мы в мире взора».

8. Лень как пренебрежение концептами рождения и смерти. Отказ от рождения и смерти как важнейших жизненных координат. Жизнь без начала и конца.

9. Лень как лень потреблять (прежде всего то, что предлагает общество потребления – пищу, напитки, товары, информацию). Вместо принципа «я буду потреблять» ленивый принцип «я – непотребная блядь».

10. Лень смеяться. Смехачи, ленящиеся смеяться, – подлинные смехачи.

11. Лень плакать. Вместо плакать – что-нибудь другое, например, акать. Или вообще ничего.

12. Лень проявлять какие-либо эмоции и аффекты. Эмоции и аффекты давно уже на службе общества спектакля. Эмоции выдаются порциями и стали негоциями, а аффекты попросту сравнялись с конфетами. Поэтому вместо аффектов ленивец выдаёт производственный брак – дефекты. А вместо эмоций – вообще ничего, 0.

13. Лень лениться. Игнорирование лени как концепта. Превращение лени в постоянную метаморфозу, нечто бесформенное.

14. Лень воображать (продуцировать образы). Воображение без образов. Воображение-лень.

15. Лень приобретать и иметь опыт. Когда-то был опыт – а сейчас один робот. Вместо опыта мавра – копыта кентавра. Улёт от корыта опыта на орбиту безработного хобота.

16. Лениться воспринимать реальность. Перемещение реальности в область перманентного превращения. Метаморфоза реального.

17. Лень иметь дом или быть бездомным. Это – Альфа и Омега ленивого безначалоконца.

18. Лень иметь привычки. Вместо разных привычек – «Сарынь на кичку!», да и это не нужно.

19. Лень очищать от скорлупы яички (можно и так съесть).

20. Лень различать желток и белок.

21. Лень снять второй носок.

22. Лень различать ночь и день.

23. Лень отбрасывать тень.

24. Лень превращаться в пень.

25. Просто лень.

К вопросу о связи лени К.С. Малевича с непротивлением Л.Н. Толстого

Существует