Меченый. Том 10. Мир никогда не будет прежним - Андрей Николаевич Савинков

в описанный момент времени находилась на 14 месте по величине среди корейских чеболей — была критически зависима от рефинансирования. И вот, не сумев найти свободные деньги, уже на следующий день руководство Hanbo объявило, что не может выполнять свои обязательства по выплате долгов.

Назначенный же на 4 февраля слёт «проклятьем заклеймённых» в Токио, который хотели провести даже без председателя ФРС, пришлось в моменте отложить из-за произошедшей 3 февраля крупнейшей в истории хакерской атаки на американские корпоративные сети, в частности на Биржу. Вирус, вошедший в историю как «Wannacry», миксером прошёлся по жёстким дискам пользователей, заразив и уничтожив информацию на суммарно 45 миллионах пользовательских компьютеров. На целую неделю деловая жизнь Северной Америки — основной удар пришёлся именно туда, хотя косвенно зацепило и другие континенты — оказалась парализована. Конечно, не полностью: в эти времена цифровизация ещё не достигла того уровня, когда без доступа к компьютеру жизнь просто невозможна, однако, например, работа Биржи, переведённая на «аналоговые средства связи», оказалась изрядно замедленна, что в ситуации разворачивающегося во всю кризиса было вероятно даже хуже чем теоретически возможная полная остановка.

Вирус привнес на и так страдающий от тряски рынок добрую порцию неопределённости, брокеры уже привыкшие торговать ценными бумагами «в два клика», оказались вынуждены возвращаться к «дедовским способам» передачи информации в бумажном виде, все это было очень медленно и очень сильно порождало желание скинуть подозрительные активы чуть раньше, что бы не «пропустить вспышку».

Даже прямой ущерб от «Wannacry» — червь распространялся через электронную почту, агрессивно копировал себя и рассылал по всем доступным адресам, одновременно уничтожая любую информацию, до которой мог дотянуться на жёстком диске пользователя — исчислялся миллиардами, а скорее десятками миллиардов долларов. Однако косвенное его влияние на последующие события вероятно было ещё более «дорогим». Впрочем оценить его в творящемся хаосе как-то объективно было просто невозможно.

— Что по Персам? Что им предложили американцы? — На очередном заседании Политбюро о своём визите в Тегеран отчитывался наш глава МИДа, на недавнем Пленуме ставший ко всему прочему и полноправным членом высшего политического органа страны.

— Как обычно, ничего конкретного. Предлагают снять морскую блокаду Ирана, убрать санкции, вернуть заблокированные на западных счетах средства. Создать фонд восстановления, помочь ликвидировать последствия войны.

Последние месяцы после Борнхольма американцы окончательно перестали стесняться и сосредоточились в своих ударах на чисто гражданской инфраструктуре. Электростанции, опреснительные установки, топливопереработка, мосты. Принуждали к миру в типично англо-саксонском ключе, как водится у них. Тем более что на промежуточных выборах в ноябре большинство ожидаемо взяли республиканцы, и понеслось…

— Но Хомейни же понимает, что его кинут, что с американцами договариваться нельзя, тем более что те не предлагают ничего существенного. Пускай выводят базы из Персидского залива, признают за Ираном право контролировать проход судов. Опять же идея «нейтрализации» залива с запретом внешним странам заводить внутрь военные корабли тоже не безынтересна.

— Хомейни понимает, — согласился Лавров, — однако дела в Иране на самом деле обстоят не так чтобы очень уж хорошо. Откровенно плохо обстоят на самом деле во всём, кроме консолидации народа вокруг власти. Если американцы раньше мечтали о какой-то там смене режима, то теперь от этих идей уже ничего и не осталось.

— Мы же им, понимаешь, больше десяти миллиардов суммарно передали, — возмутился такой оценке сидящий рядом Воротников. Виталий Иванович, переехав в Новосибирск, немного оторвался от большой политики и больше сосредоточился на внутренне-хозяйственных делах, так что теперь каждый ушедший на сторону рубль отзывался болью у него в сердце. А спонсировали мы персов действительно широко: большая часть из озвученной суммы, конечно, пришлась на оружие, часть на продовольствие, другую «гуманитарку», но и деньгами мы их тоже активно «подогревали». Что поделаешь со времен Наполеона ничего не поменялось и для войны все также нужны три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги. Плюс наши корабли продолжали проводить конвои с танкерами из порта Джаск. Это правда получалось делать не часто, потому как янки бомбили именно эту точку с особым упоением, но всё же.

— Потеряли они на блокаде гораздо больше, — констатировал очевидное глава МИДа. — Кроме того Лейк во время последнего раунда переговоров намекнул, что если так пойдет и дальше, Белый дом может начать рассматривать вариант нанесения ядерных ударов по территории Ирана.

Я мысленно пожелал янки чтобы они окончательно сорвались с нарезов и реально бахнули по персам ядрен-батоном, это стало бы прекрасным завершением этого «южного гамбита». Вопрос только в том, насколько серьезно сами иранцы относятся к таким угрозам.

— И что Хомейни?

— Кажется на фоне происходящего, он считает что американцы реально могут сорваться и думает о том, как бы соскочить.

— Не хотелось бы…

Девять месяцев блокады Орумуза нанесли жесточайший удар по мировой экономике, сожрав по разным прикидкам от 1 до 2% роста мирового ВВП в годовом исчислении. Учитывая, что значительная часть западных стран и так последние годы болталась на нулевом примерно уровне, это означало что третий и четвертый квартал 1994 года прошли у нас под знаком масштабной рецессии всех и вся. Фактически, кризис начался даже не с землетрясения в Японии а примерно на полгода раньше, просто был вялотекущим а теперь все пошло прямо вот концентрированно. Нефть по 70 долларов за баррель — больше она просто не могла подняться потому что за этой чертой начиналось обвальное падение спроса — вычерпанные до дна национальные запасы, постоянная война на Ближнем Востоке. И главное — полный тупик по дипломатическому треку в чисто ленинском стиле: верхи — сиречь США — не могут по-новому, низы — Иран — не хотят по старому. Тупик.

— А что насчёт трубопровода? — Это ещё один небезызвестный персонаж у нас неожиданно тут прописался. Черномырдин, бывший министром нефтяной и газовой промышленности, получил должность секретаря ЦК по топливно-энергетическому комплексу и теперь тоже присутствовал на расширенных заседаниях Политбюро. Зачем он был нужен? Ну как минимум потому что это забавно… Хотя, конечно, и в уме Виктору Степановичу отказывать тоже не стоит, за публичной маской такого себе клоуна-хохмаря скрывался вполне себе крепкий профессионал возможно не уровня главы правительства, но знакомое направление Черномырдин тащил вполне успешно.

— Персы принципиально не против, но понятно, что это уже будет «на следующий раз». Здесь и сейчас оно никак Тегерану не поможет.

Это была давняя идея построить нефтепровод из зоны Персидского залива на берег Средиземного моря. Собственно, когда-то такая инфраструктура даже существовала, но во