Россия и мировые проекты развития. Хроники Большой игры - Владимир Аркадьевич Литвиненко

Помимо громких заявлений в прессе и публичных выступлениях политиков 25 августа 1939 г., то есть в день намеченного вторжения, был заключен англо-польский договор о взаимопомощи, включая секретный протокол[196]. Гитлер вынужден был срочно отыграть ситуацию назад. С большим трудом пришедшую в движение военную машину Германии удалось остановить.

28 августа, накануне войны, английский посол Гендерсон вручил Гитлеру меморандум правительства Его Величества. В нем говорилось: «Правительство Великобритании горячо желает полного и прочного соглашения с Германией. Англия готова приступить к обсуждению условий этого соглашения, лишь бы мирно был разрешен германо-польский спор. Жизненные интересы Польши должны быть ограждены соглашением, обеспеченным международными гарантиями. Такое мирное решение спора открывает путь ко всеобщему миру. Если же оно не будет достигнуто, возникнет война между Германией и Англией, которая охватит весь мир. Это значит, разразится катастрофа, небывалая в истории»[197]. 29 августа Гитлер передал письменный ответ на английский меморандум. Германское правительство соглашалось на прямые переговоры с Польшей. Требования прежние: Данциг, «польский коридор», Верхняя Силезия. В тот же день было получено сообщение из Польши: мобилизация.

А чего им было опасаться? Храбрости полякам не занимать. Сражаться они умели. Имея не самую слабую армию в Европе, гарантии Англии и Франции, подкрепленные договором, незащищенный (то есть совсем незащищенный) немецкий тыл на Западе, можно было спокойно смотреть в будущее. Вот только будущего у той Польши больше не было. Не предусмотрена была эта Польша ни одним из конкурирующих глобальных проектов: ни Западным, ни Советским, ни фашистским.

«Конкуренция глобальных проектов является важнейшим фактором, определяющим развитие всемирно-исторического процесса. Данная конкуренция осуществляется в трех основных сферах: экономической, идеологической и/или религиозной и демографической»[198]. Совместное противодействие фашистскому проекту вовсе не отменяло всей остроты противостояния Советского и Западного проектов. Именно это противостояние было главным. И именно на фоне этого противостояния развертывались и происходили основные события второй половины XX в.

Значит, война была не просто нужна, а необходима? Разве британская элита не понимала, что играет с огнем, что рискует очень многим? Не понимала, что фашистский проект может развернуться по-настоящему? Понимала, безусловно. Но какая же игра без риска? Война — это игровое пространство, в рамках которого старые правила уже не работают. Вернее, не работают уже никакие правила, кроме тех, что прописаны в боевых уставах. Да и то не очень. Для того чтобы изменить правила игры, нужно обрушить тот порядок вещей, который возник в результате действия этих правил. Война для этих целей — наилучший способ. А новые правила всегда можно продиктовать позднее. Если победишь. Так на то и Игра! Большая Игра.

Глава 4 «Странная война» на Западе 1939–1940 гг.: военная катастрофа или ход в Большой Игре

Бог решил разобраться в делах народов и вызвал глав воюющих стран:

— Почему вы воюете? — спросил он Гитлера.

— Нам нужно жизненное пространство.

— А вы?

— На нас напали, — ответил Сталин.

— А вы? — обратился Бог к Черчиллю.

— А кто вам сказал, сэр, что мы воюем? — удивился Черчилль.

Анекдот[199]

4.1. Успеть до войны

События Второй мировой войны до сих пор являются объектом пристального внимания историков. В последнее время эта тема по вполне понятным причинам приобрела и политическое значение. Слишком много мифов и легенд наслоилось на реальные события, меняя их порой до неузнаваемости. Слишком много споров и дискуссий вокруг этих событий развернулось сегодня как на страницах научных изданий, так и в средствах массовой информации.

Значительное внимание в этих спорах уделяется предыстории войны, ее началу и той роли, которую сыграли в этих событиях основные участники. Многие ученые, политики и общественные деятели задаются вопросом: можно ли было предотвратить развязывание глобального конфликта, охватившего пространство от Северного Ледовитого до Тихого океана, от севера Франции до Японских островов и коснувшегося части Африканского континента?

Одни считают, что конфликт был неизбежен, и с этим в определенной степени можно согласиться. Другие утверждают, что войну можно было предотвратить, если бы… И вот здесь появляется множество вопросов, версий и всевозможных спекуляций с сослагательным наклонением. Очень часто эти споры не имеют к истории ни малейшего отношения. Однако вопросы действительно есть. Притом серьезные. Так ли было неизбежно нападение Германии на Польшу? Если да, то почему бездействовали союзники? Что произошло на европейском театре военных действий (ТВД) в период с 3 сентября 1939 по 10 мая 1940 г.? Почему «Странная война» стала возможной вообще? Всему виной нерешительность союзного командования и страх перед грозным противником? Маловероятно. Не так уж и много усилий требовалось союзникам, чтобы решить эту проблему осенью 1939 г. раз и навсегда.

Да и после начала немецкого наступления странностей хватало. Несмотря на то что в мае 1940 г. обстановка на западном театре военных действий в корне отличалась от той, что имела место в сентябре 1939 г., нерешаемых проблем перед союзными войсками не было. Но проблемы не столько решались плохо, сколько не решались вовсе.

Такого ошеломительного успеха, выпавшего на долю германского вермахта в западной кампании, не ожидали сами немцы[200]. В германских штабах, разумеется, разрабатывались различные планы молниеносных войн, но закончить все за сорок четыре дня… Это было слишком неожиданно. С точки зрения нормальной логики и здравого смысла это объяснить практически невозможно. В этом случае пришлось бы признать, что ни в английских, ни во французских штабах всех уровней, включая Генштаб, не было ни одного грамотного офицера. Но это заведомо неверно.

Значит, была и другая логика развития событий, в рамках которой многое становится понятным. Это логика Большой Игры. Чем же была в действительности «Странная война» и вся кампания на Западе: военной катастрофой, постигшей Европу, или ходом в Большой Игре, в которой у противника, одержавшего, казалось бы, столь внушительную победу, не было и тени шанса на настоящий выигрыш? Попробуем в этом разобраться, так как адекватный ответ на данный вопрос представляется принципиально важным для понимания того, что происходит в России и в мире сегодня.

4.2. Что такое Большая Игра?

Термин «Большая Игра» в истории, да и не только в ней, давно приобрел собственное значение. О Большой Игре говорили многие, начиная с Р. Киплинга[201], хотя автором термина является представитель британского разведывательного сообщества Артур Конолли, опубликовавший в 1830 г. книгу «Путешествие в Северную Индию сухопутным путем из Британии через Россию, Персию и Афганистан»[202]. Поводом для