Туман - Александр Науменко

немногих машин, которым ещё удавалось пробираться сквозь эту человеческую реку. Иногда сквозь шум прорывались звуки выстрелов. То ли отчаявшаяся полиция пыталась навести порядок, то ли мародёры делили добычу. Он не знал.

Джек и Моника смотрели на всё это с ужасом. Для них, выросших в комфорте и безопасности, этот апокалипсис наяву был шоком.

Девушка продолжала смотреть в окно, и её губы беззвучно шевелились. Возможно, она молилась. Джек сидел напряжённо, его кулаки были сжаты так, что побелели костяшки пальцев. Он чувствовал себя ответственным за Монику, но что он мог сделать против этого всепоглощающего кошмара? Его деньги, его статус, его связи. Всё это оказалось бесполезным перед лицом безмолвного, наступающего тумана.

— Мы должны выбраться, — пробормотал он, скорее для себя, чем для других. — Мы обязательно выберемся. Отец что-нибудь придумает. У него есть яхта… в Сиэтле. Небольшая, но океанского класса. Он купил её пару лет назад. Она стоит в Bell Harbor Marina, это почти в центре города. Мы могли бы… мы могли бы уйти на ней. В Канаду, на Аляску… да хоть куда! Лишь бы подальше отсюда.

Глаза парня загорелись надеждой. Конкретный план, пусть и рискованный, был лучше, чем полная неопределённость.

— Что же будет дальше? — прошептала Моника.

— Думаю, эта дрянь будет пожирать всё больше и больше, пока не сожрёт весь мир, — ровным голосом ответил Джед, все-таки не удержав язык за зубами.

— Но может, можно что-то сделать? — с надеждой спросила девушка.

— Уже ничего, — отрезал Стоун. — Мне тут один пьяный вояка в одном из баров сболтнул по секрету, что они пытались ударить по нему. Чем-то очень мощным, с воздуха. Их главное оружие. Никакого эффекта. Оно просто проглотило взрыв. Туман пожрал мою кукурузу, мою ферму, лучших учёных страны, а теперь продолжает разрастаться. Нет. Сделать уже ничего нельзя. Можно только бежать.

— Но куда бежать? — тихим голосом спросила Моника. — Если оно покроет всю землю… тогда не останется места, где можно было бы укрыться. Мы все…

Она не договорила, но смысл был ясен.

— Не говори так, Мони. Мы найдём выход. Мы всегда находили. Помнишь, как мы заблудились в национальном парке «Глейшер»? Думали, всё, конец. А потом вышли на дорогу.

— Это было другое, Джек, — тихо возразила она. — Это… это не горы. Это что-то ужасное.

Стоун слушал их перепалку с мрачным удовлетворением. Пусть говорят. Пусть выплескивают страх. Молчание хуже. Он сам слишком долго молчал, заливая горечь виски.

— Яхта, это неплохая идея, парень, — сказал он, прерывая их разговор. — Bell Harbor Marina, говоришь? Это хорошо. Конкретная точка. Но добраться до Сиэтла, это ещё полдела. Нужно ещё выйти в море. И вопрос, куда плыть? Если эта зараза распространяется так быстро, то скоро все континенты могут оказаться под ней. Воздухом тоже не вариант, я думаю. Все аэропорты будут забиты.

Фермер протянул руку и включил радио. Салон заполнил спокойный, интеллигентный голос диктора.

«…говорит Северо-Западное Общественное Радио, в эфире Дэвид Чамблер со специальным выпуском новостей. Режим чрезвычайного положения, ранее введённый в штате Монтана, теперь распространён на штаты Айдахо и Вашингтон в связи с неконтролируемым ростом аномалии. Белый дом сообщает, что сегодня состоялся экстренный телефонный разговор между Президентом Соединённых Штатов, Президентом Российской Федерации и Председателем Китайской Народной Республики. Обсуждалась беспрецедентная угроза, исходящая от „туманной аномалии“. В совместном заявлении, что само по себе является историческим событием, лидеры России и Китая выразили глубокую озабоченность и предложили гуманитарную помощь. Более того, они заявили о готовности временно принять на своих территориях граждан США в случае дальнейшей эскалации кризиса и невозможности обеспечить их безопасность на американском континенте…»

Диктор сделал паузу, словно давая слушателям осознать масштаб происходящего. Затем продолжил. Его голос стал ещё более формальным:

— Правительство призывает граждан сохранять спокойствие, следовать указаниям местных властей и по возможности эвакуироваться в более безопасные районы, если таковые будут определены. Созданы горячие линии, но из-за перегрузки сетей связь крайне нестабильна. Повторяем, сохраняйте спокойствие и помогайте друг другу. В ближайшие часы ожидается обращение Президента к нации. Оставайтесь на волне Северо-Западного Общественного Радио, вашего источника проверенной информации в это непростое время.

Джед вырубил радио. Спокойствие. Какое, к чёрту, спокойствие, когда мир вокруг тебя исчезает в фиолетово-зелёной дымке, а сотни тысяч людей бегут в панике?

В салоне повисла тяжёлая тишина. Все трое молчали, переваривая услышанное. Мысли о будущем, воспоминания о прошлом, всё смешалось в один горький клубок. Джед, Джек, Моника. Фермер, сын богача и официантка, теперь были просто беженцами, чью судьбу обсуждали лидеры враждующих держав.

— Вы думаете… действительно всё так плохо? — наконец спросил Джек, крепче обнимая свою девушку.

Стоун посмотрел на дорогу, убегавшую вперёд, теряясь в дождливой дымке у горизонта.

— Я думаю, всё гораздо хуже, чем мы все предполагаем.

Он бросил взгляд на своих спутников. Джек выглядел подавленным, но в его глазах уже не было той паники, что раньше. Появилась какая-то злая решимость. Цель, яхта в Сиэтле, придала ему сил. Моника, казалось, немного успокоилась, прижавшись к жениху. Она всё ещё напугана, но присутствие Джека и Джеда, их пусть и мрачная, но уверенность, передавались и ей.

— Значит, Сиэтл, — сказал Джек, скорее утверждая, чем спрашивая. — Bell Harbor Marina. Сколько до туда ещё ехать, Джед?

— Если повезёт с дорогами и не будет сюрпризов, то часов шесть-семь, может, больше, — ответил Джед. — Но не рассчитывайте на лёгкую прогулку. Чем ближе к крупным городам, тем больше будет хаоса. И нам нужно топливо. И припасы.

Он посмотрел на указатель уровня бензина. Стрелка приближалась к красной зоне.

— Следующий съезд на какой-то городишко, — сказал он, вглядываясь в карту, лежавшую на приборной панели. — Касл-Рок. Попробуем заправиться там. И нужно найти что-нибудь поесть. Горячее. И, может, пару вещей для вашей дамы.

Моника благодарно посмотрела на него. Впервые на её лице появилось что-то похожее на слабую улыбку.

— Спасибо, Джед.

Он лишь хмыкнул в ответ, но в груди что-то неуловимо потеплело. Может, он и старый греховодник, но ответственность за этих двоих, свалившаяся на него так неожиданно, придавала ему сил. Сил жить. Сил бороться. Хотя бы попытаться.

Дождь постепенно стихал,