Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Олимпиада менялась, становилась все более коммерческой, и организаторы сосредоточивались на объединении как можно большего числа мировых звезд спорта. Регби, гольф и серфинг в конечном итоге также были внесены в список летних Игр.

В отличие от Сампраса и теннисистов его поколения, Федерер, родившийся в 1981 году, никогда не видел Олимпиад без своего вида спорта.

– В моем детстве теннис уже был в Олимпиаде, – сказал Федерер. – Для меня участие всегда было целью. Это событие восхищало меня.

Тем более что Роджер любил Австралию и Сидней, который он посетил вместе с семьей в 1995 году, незадолго до поступления в Швейцарский национальный учебный центр в Экюблане. Его отец Роберт даже рассматривал возможность устроиться на работу в Австралии, но затем передумал.

Австралийская культура соответствовала экстравертированной личности Федерера, а его любовь к пляжу, солнцу и открытому пространству сохранилась еще с детских визитов в Южную Африку.

Но это не означало, что он приехал в Сидней просто так, без стремления к победе.

– Я бы очень хотел вернуться домой с медалью, желательно с золотой, – сказал он перед отъездом в Австралию – громкие слова от девятнадцатилетнего парня, который занимал 43-е место в рейтинге и еще не выигрывал титул ATP Tour.

Считается, что Федерер и Вавринец встретились на Олимпийских играх, но они уже знали друг друга после турниров в Биле-Бьенне, куда Вавринец приезжала в лагерь сама или со своими тренерами.

– Я была довольно спокойной и дисциплинированной, а Роджер, наоборот, был источником шума, – рассказала она швейцарской газете Le Matin в одном из своих редких интервью. – Он орал песни Backstreet Boys.

Но она находила его забавным, несмотря на контраст в характерах.

– Он был забавным, полным жизни, и заставлял меня смеяться, – вспоминает она. – Тренерам иногда приходилось выгонять его с корта, чтобы немного успокоить.

На том этапе они были противоположностями: Вавринец никогда не была эмоциональной и смешливой. Но у них обоих были великие мечты и эмигрантские корни. Мать Федерера была родом из Южной Африки, родители Вавринец – из Чехословакии.

Будучи единственным ребенком в семье, Мирка родилась в День дурака в 1978 году в Бойнице, небольшом городке на территории нынешней независимой Словакии, наиболее известном своим историческим замком. Для города с населением всего пять тысяч человек у него была просто нереальная теннисная слава. Здесь родился Милослав Мечирж, один из лучших теннисистов 1980-х, который дошел до финала Открытого чемпионата США и Открытого чемпионата Австралии, а в 1988 году в Сеуле выиграл Олимпийскую золотую медаль в одиночном разряде. Прозванный Большим Котом за его грацию, он был очаровательным игроком с плавной работой ног и сверхъестественной способностью читать ход игры, избегая при этом напрасных усилий. Когда однажды спросили, за сколько он пробегает 100 метров, Мечирж пошутил, что не знает, потому что никогда не бегал. Карина Габшудова, которая в 1997 году заняла 10-е место в женском рейтинге, также родилась в Бойнице.

Однако Вавринец недолго пожила в известном городе. Ее родители эмигрировали в Швейцарию, когда ей было два года, и поселились в Кройцлингене, небольшом городке на берегу Боденского озера, где ее отец продолжал работать ювелиром, основав компанию под названием Mir’Or. Она всерьез увлеклась теннисом, и в конце 1980-х ее отец обратился за советом к суперзвезде чешского происхождения Мартине Навратиловой и ее отчиму, Мирославу Навратилову. Навратилова также была экспатрианткой из Чехословакии, бежавшей от коммунистического режима в США.

Часто сообщалось, что девятилетняя Вавринец вместе с отцом без приглашения явились на мероприятие WTA в немецком Фильдерштадте в 1987 году, и им удалось добиться аудиенции у Навратиловой после того, как отец Вавринец, ее фанат, пробрался мимо охранника и подарил Навратиловой пару серег ручной работы на ее день рождения.

Затем Навратилова сказала Вавринец, что у Мирки хорошее спортивное телосложение и она может стать прекрасной теннисисткой. Она свела их с Иржи Гранатом, чешским тренером из Швейцарии, с которым она играла как юниор.

Якобы так все и началось.

Но эта замечательная история, возможно, слишком невероятна. Вавринец, которая не давала официальных интервью более десяти лет, не подтвердила сказанное, но Навратилова призналась, что отец Вавринец ранее консультировался с ее отчимом в Чехословакии, чтобы получить экспертное мнение о потенциале его дочери.

– Мой папа провел с ней сессию и сказал, что да, у нее есть потенциал, – сказала Навратилова. – Я просто знаю, что мой отец дал зеленый свет и сказал, что у нее все будет хорошо. Вот что я знаю и в чем уверена. Потом я познакомилась с их семьей, когда они приехали на турнир. Мои родители были там, тогда они могли путешествовать, поэтому мы все пообедали или поужинали, и это было примерно через год.

Родители Навратиловой развелись, когда ей было четыре года, и ее биологический отец, который позже умер в результате самоубийства, не сыграл в ее жизни такой большой роли, как ее отчим. Он познакомился с матерью Навратиловой благодаря теннису, и он стал первым тренером юной Мартины. Отчим умер в 2001 году.

– Я не считаю его чужим, – сказала Навратилова. – Я думаю, что отец Мирки знал, что мой отец скажет то, что увидит. Я делаю так же, хотя у меня нет его ДНК. Я получила этот урок от него. Он бы не соврал. Он бы сказал им, что они зря теряют время. Мой отец – стрелок, и у него есть талант. Если у ребенка что-то есть, вы это сразу поймете. Вы просто не будете знать, как далеко это зайдет.

Навратилова утверждает, что многое можно сказать, просто взглянув на походку ребенка. Вавринец, в ранние годы занимавшаяся танцами, с естественной, ритмичной грацией, быстро превратилась в грозного юниора, выиграв титул чемпиона Швейцарии среди девочек в возрасте пятнадцати лет.

Планка в Швейцарии стала на удивление высокой. Хингис, которая в детстве эмигрировала из Словакии, была на два года моложе. Вавринец уже была № 1 в мире и выиграла несколько крупных титулов в одиночном разряде. Она была ровесницей Шнайдера, будущим игроком из топ-10, чей брат был одним из первых юниоров – соперников Федерера.

Но Мирка упрямо следовала к цели, и, в конце концов, она получила и швейцарский паспорт, и материальную поддержку от Вальтера Руфа, швейцарского бизнесмена, вложившегося в ее карьеру. Талантливые юниоры и их семьи часто ищут средства для оплаты тренировок и поездок.

Вавринец выросла хорошей профессиональной теннисисткой, но ее карьерный рост был ограничен.

– У нее нет тех качеств, чтобы стать лучшей из лучших, но в топ-50 попасть она может, – сказал Эрик ван Харпен, тренировавший чемпионов Большого шлема Арантсу Санчес Викарио и Кончиту Мартинес.

– Она была хорошим игроком, спортивной, мощной теннисисткой,