Германские мифы. От Водана и цвергов до Дикой охоты и веры в вихтелей - Владимир Васильевич Карпов

имевшие подобного рода пояс, также оборачивались волками. В другом протоколе, составленном примерно в то же время в городе Бланкенхайм, находим запись, что у нечистого был пояс, снаружи зеленого цвета, которым он обматывал голову человека, и тот превращался в волка, а временами — в собаку.

Целительная практика с использованием заговоров сама по себе не расценивалась как преступление. Криминальный характер такая деятельность приобретала, только если с помощью заклинаний умышленно причинялся вред здоровью или имуществу других людей. Тогда это означало, что ведьма промышляла в интересах дьявола, нарушая божественный порядок человеческого бытия: она насылала тяжелые болезни, приводившие к смертельному исходу; вызывала град и вихри, уничтожавшие посевы; призывала мелких злых духов и приказывала им всячески вредить человеку. Впрочем, для обвинительного приговора достаточно было простого признания в способностях повелевать какими-то существами, поскольку такие действия смертный мог осуществлять только с дьявольской поддержкой. Например, в протоколе от 1588 года есть указание, что некая Катарина Петерс использовала следующее заклинание, чтобы изгонять «земляных человечков»:

Слушайте вы, подземные, слушайте вы, наземные, и вы, серые, зеленые, черные, белые, пестрые, будь то мужской дух или женский дух, цверг или цвергиня, не смейте пускать человеку или скотине кровь их или калечить плоть их, [это] запрещают вам Господь Иисус, Бог Отец, Сын и любезные Святые духи!

Производившие дознание с подозрением относились не только к заклинаниям, но и к таким ритуалам, которые впоследствии считались уже невинными занятиями для веселого времяпрепровождения: гаданиям, предсказаниям, хиромантии — одним словом, к «магии».

Глава 9. Миф и магия

Магия между мифом и суеверием

В древних мифах не проводится граница между колдовством и чародейством. Это потом, уже в позднем Средневековье, складывается устойчивое мнение, что только маги могут предсказывать будущее и подчинять себе демонов, в то время как ведьмы лишены такого дара. В скандинавской мифологии колдунья не только могла творить чудеса, используя заклинания, но и нередко выступала в роли мистической провидицы, подобно вёльве. Правда, древние германцы их все-таки различали по генеалогическому признаку: в «Песни о Хюндле» вёльвы, пророчицы и чародеи названы потомками великанов, а всех ведьм на свете породил Локи, когда съел сердце злой женщины. Привычный нам образ мага возникает, по всей видимости, под влиянием не скандинавских, а библейских и античных мифов. Самый известный сюжет — о трех волхвах, которые пришли в Вифлеем из Персии, чтобы поклониться новорожденному младенцу Христу, и принесли с собой в качестве символических даров ладан, золото и смирну. Их имена — Мельхиор, Каспар и Валтасар (Бальтазар) — даже у современных знахарей считаются волшебными, они защищают жилища от посягательств грабителей и нечистой силы, поэтому их инициалы наносят на амулеты или пишут над входной дверью.

В «Деяниях апостолов» упоминается другой маг по имени Симон-волхв. О нем пишут следующее: «Находился же в городе некоторый муж, именем Симон, который перед тем волхвовал и изумлял народ Самарийский, выдавая себя за кого-то великого. Ему внимали все, от малого до большого, говоря: сей есть великая сила Божия. А внимали ему потому, что он немалое время изумлял их волхвованиями». Однажды Симон стал свидетелем того, как снизошел Дух Святой, когда апостолы Петр и Иоанн возложили руки на принявших крещение самарян. И захотел он совершать подобные чудеса, принес апостолам деньги, чтобы те поделились даром, но они отказались, сказав: «Серебро твое да будет в погибель с тобою, потому что ты помыслил дар Божий получить за деньги. Нет тебе в сем части и жребия, ибо сердце твое неправо пред Богом». По другим источникам известно, что Симон все же овладел многими секретами древнейших магов и удивлял окружавших всевозможными трюками[108]:

Симон уверял, что он может делаться невидимым в случае опасности и снова являться в видимом образе; может прорываться через горы и скалы, бросаться с высоты, поддерживаемый на воздухе небесными силами, чудесно освобождаться из уз, из заключенной темницы; может бездушные истуканы превращать в живых людей, вызывать чародейством из земли цветущие деревья и кустарники; далее проходить через огонь, совершенно изменять физиономию, удваивать ее, даже превращаться в овцу, в козла, с козлиной бородой и мордой, на отроке заставить расти бороду, летать по воздуху, делать золото и пр.

Совершал же он чудеса нечистою силою: подчинив своей воле демонов, он приказывал им незаметно выполнять различные фокусы, чтобы люди верили в его волшебные силы и возносили как нового Мессию. Финал у подобных историй бывает трагическим, магов разоблачают, лишают дара, а подчас и жизни. И Симон, покинутый служившими ему демонами, не мог более чародействовать, «так что даже сам разбитый и искалеченный должен был кончить дни свои, как ни старался натиранием масла вылечить свою болезнь».

Добавим одно важное уточнение: чтобы быть ведьмой, необходимо обладать врожденной способностью к колдовству и пройти своеобразный обряд инициации, а вот магами не рождаются, ими становятся, причем путем самостоятельного обучения.

Доктор Фауст.

Wellcome Collection

Позднеантичные представления о магах нашли дальнейшее развитие в немецких народных книгах. Самая известная связана с историей жизни доктора Фауста, реального исторического персонажа, чья биография в более позднее время обрастает массой фантастических деталей. Он также заключает пакт с дьяволом, заставляя служить себе, но делает это не из-за комплекса помазанника-самозванца: будучи страстным ученым, он желает познать все тайны природы и ищет способы для достижения этой цели. Он увлекается магией, путешествует, изучает халдейские, персидские, арабские и греческие книги по волшебству, практикуется: «Окрылился он как орел, захотел постигнуть все глубины неба и земли. Ибо любопытство, свобода и легкомыслие победили и раззадорили его так, что стал он однажды испытывать некоторые волшебные слова, фигуры, письмена и заклятия, чтобы вызвать тем самым черта»[109], [110]. Фауст добивается от злого духа по имени Мефистофель согласия быть ему «подвластным и послушным» следующие двадцать четыре года, в течение которых он смог бы «исследовать первопричины всех вещей»; взамен же — по истечении указанного срока — он обязуется предать воле дьявола свою плоть, кровь, душу и имущество. И цель, как полагает наш великий ученый, оправдывает средства:

Но тот, кто магом совершенным стал,

Имеет власть во всем подлунном мире.

Могущественный маг подобен Богу.

Итак, свой разум, Фауст, изощряй,

Стремясь божественной достигнуть власти[111].

Наибольшую популярность народные книги о магах достигли в XVI веке, тогда же сформировался и тот самый портрет типичного чародея, который не изменился вплоть до наших дней: