Не надо боли - Лина Коваль

Теперь мы лицом к лицу.

Обнаженные.

Наедине.

Обхватив мою голову ладонью, он медленно ведет по еще влажным волосам, горящей щеке, шее. Замирает и обрисовывает пальцами плечо.

— Ты… получила удовольствие? — спрашивает, чуть его сдавливая.

В комнате нет света, но окна настолько высокие и большие, что уличных фонарей вполне достаточно: я вижу искорки в темно-серых глазах и белоснежные зубы за натянутой полуулыбкой.

— Что?.. — непонимающе спрашиваю.

— Ты слышала, Эмилия.

Прикрыв веки, глубоко-глубоко вдыхаю.

До секса я доросла, а вот до разговора о нем? Не думаю, что на такое способна. По крайней мере, не до честного разговора.

— Да, — все же отвечаю быстро. — Получила.

Крепкая ладонь ложится на мою талию. Втягиваю живот и выгибаюсь тонкой струной — это что-то на уровне женских инстинктов. Не знаю, откуда во мне рождается…

— М-м-м…

Ренат внимательно за мной наблюдает и поглаживает выпирающую точку — место, где талия плавно переходит в бедро.

Судя по тому, как тяжело вздымается широкая грудная клетка, Аскерову все нравится. Но он продолжает:

— Насколько сильным было твое удовольствие? Скажем… по десятибалльной шкале.

— Десять, — поспешно шепчу.

Он тихо смеется и, переместив ладонь мне на лицо, склоняется, чтобы завладеть ртом. Горячий язык снова действует уверенно и с жестким напором, выбивая из головы все возможные мысли.

— Скажи правду. — Ренат отстраняется, соединяет наши лбы и возвращает ладонь на талию. — Мое эго не нуждается в подпитке, а искусство получения оргазма не приходит к женщине само по себе. Если ты почувствовала что-то… на троечку — уже хорошо.

— Пять, — слизав его вкус со своих губ, решаюсь дать честный ответ.

— Пять? Уверена?

— Да… Мне было… п-приятно, но в последний момент показалось… — замолкаю.

— Что тебе показалось? — Аскеров водит большим пальцем по разгоряченной коже живота. — Говори…

— Показалось, будто взрыв произошел в соседнем доме, — подбираю точную метафору.

Она вызывает у Рената улыбку, но мне даже нравится. Так он выглядит моложе и будто бы чуточку счастливее.

— Смотри, — рывком дергает меня на себя, — секс бывает разным. Ты можешь… так скажем, одолжить мне его, а можешь быть равноценным участником. Ждать, пока тебя трахнут, или трахаться…

Его небритое лицо тонет в моей шее. От этого тактильного ощущения тело прошибают мириады мелких мурашек.

— Меня устроят оба этих варианта, Эмилия, дело за тобой.

— Хочу быть равноценным у-участником…

— Тогда… будем вместе искать твой взрыв…

Прикрыв от удовольствия глаза, под напором уверенных пальцев развожу ноги и вздрагиваю от их легкого прикосновения. Меня швыряет по постели, но Ренат фиксирует мое тело несколько своеобразно: обхватив шею, мягко вдавливает ее в матрас и по очереди ласкает ртом чувствительные груди.

— М-м, — вздрагиваю, ощущая легкие, невесомые волны, накатывающие приливами.

— Быстрее, медленнее… сильнее, нежнее? — хрипло интересуется Аскеров, покусывая острые, как камушки, соски.

— Быстрее. Пожалуйста, — отпускаю в потолок. — И… нежнее, — прошу, прикусывая нижнюю губу.

Мужские пальцы ускоряются, размазывая обильную влагу, и становятся будто бы невесомее. Как кисточка, рисующая воронку. По комнате разносятся характерные, порочные звуки. Чавкающие до неприличия.

Это длится недолго.

Обнаженный, нависающий надо мной Ренат, мускусный запах его кожи и правильная стимуляция клитора — все эти возбуждающие факторы сталкиваются в моей голове и рождают новый взрыв. Более мощный и ослепительный, чем тот, что я по неопытности пропустила на кухне.

— А-ах, — сладко выгибаюсь, выкручиваюсь, скулю.

Жар нестерпимый.

— Умница-девочка, — тихо хвалит Ренат и, продолжая размазывать липкую влагу по дрожащим бедрам, поднимается на колени.

Завороженно слежу, как твердый член с крупной гладкой головкой скрывается под тонким слоем презерватива. Испытываю острую потребность ощутить его упругость с помощью прикосновения, но попросить не решаюсь.

Стесняюсь.

— Расслабься, Эмилия, — Ренат, приподняв мои широко разведенные ноги, устраивается между них.

— Это сложно… Ай… — наконец-то чувствую его внутри и обвиваю мужские бедра.

— Ничего сложного. Просто не думай ни о чем. Ты красавица, глаз не отвести.

Вздрагиваю, когда, полностью освободив мое тело, член опять таранит чувствительные стенки. Делает это снова.

Дыхание трансформируется в один непрекращающийся стон. Движения Рената сначала медленные, затем ускоряющиеся, быстрые, точные, бьющие по нервным окончаниям.

Его руки, губы, колкая щетина — на моей коже, везде.

И взгляд.

Взгляд я тоже чувствую.

Это возбуждает даже больше, чем поцелуи.

Чуть позже мы меняем позу. Теперь Ренат берет меня, как делал это в первый раз, поставив на колени, сзади, крепко держа за талию.

— Прогнись и раздвинь ноги, Эмилия, — приказывает он тихо и запускает пальцы в мои волосы, массирует затылок.

Я подчиняюсь и тону в новых для себя ощущениях. Удивительно, но мне не стыдно. Даже когда его ладонь обжигает ягодицу, я вздрагиваю, но от нового микровзрыва удовольствия, а не от стыда.

Ренат кончает долго, тяжело дыша и практически с беззвучным стоном, а после, склонившись, ведет языком вдоль моего позвоночника — от поясницы до самой шеи, будто я не девочка, а сладкий вкусный леденец.

— Все в порядке?.. — спрашивает, вытягиваясь рядом и накрывая мою спину рукой.

— Да, — смущенно упираюсь лицом в подушку.

— Тогда поспи…

Спать мне не хочется, поэтому спрашиваю:

— Ренат.

— Мм?

— Можно вопрос?

После легкой заминки слышу:

— Хм… говори.

— Просто всегда было интересно… Почему… вернее, зачем мужчина меняет позу во время секса?

Не знаю уж, чего он ждал, но сказанное Ренат встречает с явным облегчением. Еще крепче сжимая мои ребра, расслабленно отвечает:

— По разным причинам, Эмилия, но чаще всего таким образом продлевают или, наоборот, пытаются ускорить окончание полового акта.

— А ты? Ну… со мной?..

— Продлеваю, — усмехается. — Мне просто нравится смотреть на тебя… с разных ракурсов.

— Ясно, — счастливо улыбаюсь. Пожалуй, впервые осознавая свою женскую силу над ним…

* * *

Проснувшись утром, понимаю, что в квартире я осталась одна. Скорее всего, Ренат уехал на службу, в Управлении всегда была жесткая дисциплина.

Принимаю душ и, выбрав в шкафу на этот раз белоснежную майку, надеваю ее на себя. Волосы заплетаю в косу.

Мышцы все еще потягивает. Где-то это ощущается болезненно, но в основном вполне приятно.

— Негусто, — рассматриваю в холодильнике содержимое, а точнее, его полное отсутствие.

Найдя в сумке телефон и подумав, решаю не звонить Ренату сейчас, а сразу заказать доставку на дом. Для этого выглядываю в подъезд, чтобы посмотреть номер квартиры.

— Просто агент ноль-ноль-семь, — посмеиваюсь, забивая адрес в нужное приложение.

Через полчаса, высунув нос на лестничную площадку, получаю пакет с продуктами и подложку с горячим кофе.

— Привет, — здороваюсь с Искоркой, забираясь на подоконник с ногами.

Последние две недели нас сдружили. Искра часто приходит ко мне в гости, или мы гуляем в парке. Вот и вчера. Чтобы посмотреть