Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ

— форель, томленную в вине сотерн. Марсель продолжала оглядывать зал в поисках знакомых, а Даг расспрашивал Билли-Перл о мустангах: чем их кормят, легко ли их дрессировать, как Велма договорилась с Бюро земельных ресурсов. Полин не сомневалась, что на большинство вопросов Даг и сам знал ответ, но Билли-Перл впервые после расставания с Командором оживилась. Разговорившись, она засыпала Дага подробностями; он, Полин и Джимми внимательно слушали, а Марсель ела, пила вино и с трудом скрывала раздражение. Когда Билли-Перл начала рассказывать о команде Велмы и упомянула Гаса, Полин покраснела, что не ускользнуло от внимания ее матери.

— Парень из конюшни? Серьезно? — насмешливо переспросила Марсель.

— Он классный, — заметила Билли-Перл, поддерживая подругу.

Марсель посмотрела на дочь, и Полин поняла, о чем она думает, как будто мать сказала это вслух: «Ты можешь рассчитывать на большее, чем мальчишка-конюх, дорогая».

Они выбирали десерт, когда к их столику подошел молодой человек в элегантном костюме с зачесанными назад волосами. На лацкане его пиджака красовалась золотая брошь в форме буквы «М». Он поздоровался, сказал, что администрация «Мэйпса» рада приветствовать их и надеется, что они приятно проводят вечер.

— Кендалл Спенсер, заместитель директора. Рад знакомству.

У Кендалла были светлые глаза и пронзительный взгляд. Марсель одарила его улыбкой. «Вот, пожалуйста, полюбуйся! — словно говорила она дочери. — Вот какой молодой человек тебе нужен! Не какой-то парень из конюшни».

Лето 1960 года. Рино. Невада

— Полли! Проснись! Тебе звонят из «Мэйпса».

Полин открыла глаза. Около ее кровати стоял Даг, в халате и с фонариком в руке. Она вспомнила, что в Рино и его окрестностях отключили электричество.

— Который час? — спросила она шепотом, бросив взгляд в сторону детской кроватки, где спала Лили.

— Около полуночи.

Полин протерла глаза и встала.

— Из «Мэйпса»? Среди ночи? Кто это может быть?

— Я только понял, что звонят из гостиницы. Хорошо, что Марсель не разбудили.

Полин пошла за Дагом в гостиную и взяла трубку. Кому она могла понадобиться в такое время? Должно быть, случилось что-то серьезное. Накануне в сьеррах начались лесные пожары, и некоторые районы Невады и Восточной Калифорнии остались без электричества. Обстановка в «Мэйпсе» была напряженной: шеф-повар боялся, что испортятся продукты, кондиционеры и лифты не работали… Пожары начались в Доннер-Ридж в Калифорнии, где прокладывали очередное шоссе. Возгорание возникло от заискрившего мотора на строительной площадке маленького горного городка. Это случилось примерно в шестидесяти километрах от Рино, но из-за сильного ветра огонь распространялся очень быстро, пожар набирал силу и вскоре вышел из-под контроля. Обнаружились и другие очаги, не такие крупные, но все же опасные. Пожарные работали круглосуточно, и все-таки огненная линия в виде полумесяца приближалась к Рино. Небо заволокло черным дымом, в воздухе пахло гарью. Марсель пришлось закрыть парикмахерскую, так как фены не работали. Впрочем, закрыто было большинство заведений в городе. Радио и газеты советовали отдавать предпочтение консервированным продуктам и выбрасывать все, что казалось несвежим.

Даг посветил на телефон фонариком, и Полин взяла трубку, ожидая услышать скрипучий голос Милдред Джонс, но вместо этого различила отдаленный звук гитары и гул оживленных разговоров.

— Алло! — в полном недоумении произнесла она.

— Это вы, Полин? — этот голос она узнала сразу.

— Да, миссис Миллер, это я.

У Дага округлились глаза, когда он услышал, с кем Полин разговаривает.

— Я устраиваю небольшую вечеринку в тесном кругу. Вы тоже входите в этот круг, так что загляните к нам!

Миссис Миллер была немного навеселе и в превосходном настроении.

— Вы хотите, чтобы я приехала прямо сейчас? — переспросила Полин.

— Ну конечно! — хихикнула миссис Миллер.

Они на девятом, в костюмерной; она и узкий круг друзей, Полин их всех прекрасно знает — Уайти, Агнес, Мэй, Рэйф и Пола. Ах да, еще Эвелин, ее дублерша. И молодой музыкант, он играет в баре. Просто очаровашка! Он гитарист. А какой у него голос! Всем очень весело. И все ее ждут!

После этих слов послышались гудки.

Полин посмотрела на отчима.

— И что мне делать, как думаешь? — спросила она растерянно.

Даг повернулся и взял со столика у двери ключи от машины. Затем весело посмотрел на Полин и сказал, что для начала ей стоит поработать над выражением лица: нельзя выглядеть такой испуганной! Она разве забыла, кто ее пригласил? Он протянул девушке ключи от «доджа».

— Беги одеваться! И возьми мамину машину, она не так тарахтит, как «бьюик». Повеселись, Полин! Ты это заслужила!

Даг передал Полин фонарик и отправился спать, а она, стараясь не шуметь, достала из шкафа белую юбку и зеленую блузку без рукавов, оделась, схватила балетки и вышла из дома.

Снаружи даже посреди ночи воздух был невыносимо горячим. Запах пожара стал еще сильнее. Фонари не горели, а автомобильного движения почти не было. Фары «доджа» освещали тихие сонные улицы. В центре города движение регулировали полицейские, вооруженные фонариками. Полин очень хотелось крикнуть им: «Ребята! А я еду на вечеринку к Мэрилин Монро в „Мэйпс“!» — но она сдержалась, хоть и с трудом.

Странно было видеть эти кварталы такими темными и безлюдными. Без ярких неоновых вывесок и оживленной толпы у входа в казино Рино напоминал город-призрак, один из тех, которые Полин, Даг и Джимми видели во время своих субботних вылазок.

Перед «Мэйпсом» стоял огромный грузовик с включенным двигателем. Полин проследила взглядом за кабелем, который тянулся по фасаду отеля до седьмого этажа, где ярко горели окна люкса.

— Привет, француженка!

Это был Обри, ночной швейцар. Они редко виделись, так как работали в разное время, но у него всегда находилось доброе слово для Полин, и та ему симпатизировала.

Она спросила, что за провод тянется от грузовика по фасаду. У Обри вырвался язвительный смешок: это инсталляция господина Артура Миллера. Весь Рино погружен во тьму, но у драматурга есть личный генератор, который позволяет ему работать ночью у себя в номере.

— А бедняга Эд застрял в лифте; неизвестно, когда выберется. Кажется, Джон Хьюстон умудрился передать ему виски через небольшое отверстие, так что сейчас Эд, скорее всего, уже в стельку пьян.

Эд был дежурным лифтером в гостинице.

— Ты сегодня работаешь в ночную смену, француженка?

— Миссис Джонс вызвала меня проверить один номер, — соврала Полин.

— С миссис Джонс шутки плохи, — кивнул Обри. — Тебе придется подниматься пешком. Попроси фонарик на ресепшен. Боюсь, это не станет приятной прогулкой. Темно, жарко, кондиционеры не работают. Держись! Удачи!

Полин медленно поднималась по лестнице; изредка она встречала клиентов, которые тоже освещали себе путь фонариками. Чем выше она поднималась, тем жарче становилось. Наконец она добралась до девятого этажа. По звукам гитары и голосов девушка определила, где находится костюмерная; она занимала несколько объединенных номеров.

Из приоткрытой двери