Советский атомный проект. 1930-1950-е годы - Геннадий Александрович Куренков

В ноябре 1955 года испытана термоядерная авиабомба РДС-27. 22 ноября на полигоне в Семипалатинске была сброшена с бомбардировщика Ту-16 первая двухстадийная термоядерная бомба РДС-37.

В связи с организационными изменениями в атомной промышленности происходят изменения и в контрразведывательном обеспечении атомного проекта. Так, 15 марта 1953 года функции Отдела «К» МГБ СССР (контрразведывательное обеспечение атомной промышленности) переданы в 1-й Отдел 5-го Управления МВД СССР. Осенью снова меняется структура контрразведывательного обеспечения атомного проекта. Приказом МВД СССР от 17 сентября 1953 года № 00802 образован 10-й специальный отдел МВД СССР, задачей которого являлось контрразведывательное обеспечение атомной промышленности. 18 марта 1954 года функции контрразведки в атомной промышленности 10-го Специального управления МВД СССР вновь переданы в систему госбезопасности – в 1-й Специальный отдел КГБ при СМ СССР (в 1959 г. 1-й Спецотдел КГБ ликвидирован). Данные структуры продолжали проводить контрразведывательные мероприятия, вплоть до строительства ложных заводов и комбинатов по реальным макетам атомных предприятий, которые должны были отвлекать внимание от действительных атомных комбинатов по производству плутония. Так, комбинат в районе г. Усть-Каменогорска в действительности был предприятием по переработке бериллиевых руд, «диффузионный комбинат» в 140 км от Куйбышева – заводом точных приборов, «завод по сборке атомных бомб» в Приморском крае – химическим заводом по производству урановых концентратов[130]. Таким образом, второстепенные производства выдавались за главные, основные.

Большое внимание уделялось защите и передаче информации. Большинство почтовой информации передавалось специальной почтой через фельдъегерскую службу. Вместо конкретного адреса указывался номер почтового ящика, на который отсылалась корреспонденция. К моменту создания предприятий атомной промышленности это была распространенная практика для военно-промышленных предприятий. В личной почтовой и телеграфной переписке первоначально указывались близлежащие к месту строительства населенные пункты. Однако после 1948 года, чтобы исключить эту конкретную географическую «привязку», вводилось использование наименования ближайшего областного центра с определенным номером почтового отделения. Для уральских городов это были Свердловск или Челябинск, для сибирских – Красноярск или Томск. Названия улиц и номера домов закрытых поселений соответствовали аналогичным улицам и домам областных центров. В отличие от Манхэттенского проекта, в котором ограничивалось пользование телефонами, в советском проекте они рассматривались как важное средство оперативной связи. Телефонное сообщение устанавливалось по линии правительственной «ВЧ-связи». Первый телефон «кремлевской» связи появился у И. В. Курчатова в 1944 году. Также запрещалось вести открытым текстом радиотелефонные переговоры по вопросам «специальных работ». На местах создавались отделы спецсвязи, которые передавали и принимали закрытую информацию в виде криптограмм. Специалисты такого отдела имели право пройти к руководству предприятия в любое время, независимо от его занятости. Если сообщение приходило во время крупного совещания, директор прерывал разговор, чтобы ознакомиться с информацией[131]. В представленной работе уже говорилось о постановлении Совета Министров СССР от 25 сентября 1948 года № 3572-1432сс/оп «О дополнительных мерах по сохранению секретных сведений, относящихся к “специальным работам”»[132], по которому «в целях установления более жесткого порядка в деле сохранения секретности сведений, относящихся к “специальным работам”», запрещалось руководителям подведомственных учреждений, организаций и предприятий, ведущих «специальные работы», и работникам, допущенным к переписке по вопросам «специальных работ», вести радиотелеграфную переписку несекретного содержания открытым текстом или радиотелефонные переговоры по вопросам «специальных работ», начиная с 1 октября 1948 года. Такие меры были необходимы, так как существовали «потенциальные противники», например в лице США. Как вспоминал бывший заместитель директора ЦРУ Рей Клайн: «В феврале 1941 года был создан разведотдел для сбора данных из открытого источника, полезность которого трудно переоценить. Отдел начал поставлять информацию правительственным лицам, ответственным за иностранную политику, и значимость этой информации оказалась столь весомой, что отдел не был расформирован и по окончании войны… Однако небезынтересно отметить, еще в 1941 году такой источник открытой информации, как радио, уже был признан правительством в качестве ценного поставщика разведывательной информации наряду с сообщениями дипломатов и военных, наряду со службой дешифровки. Правительственные лица довольно быстро поняли, до какой степени важна для них служба радиоперехвата»[133].

После создания атомного оружия особое значение приобретают и вопросы защиты от него. Так, в марте 1948 года Л. П. Берия направляет на имя И. В. Сталина письмо о способах защиты фронта и тыла в случае атомной войны. С согласия И. В. Сталина Министерству вооруженных сил было поручено выработать конкретные меры по созданию противоатомной защиты войск и населения страны. При Генштабе Министерства вооруженных сил создается специальное подразделение – 6-е Управление Генштаба вооруженных сил (сформировано на базе Специального отдела), которое отвечало за специальные требования к использованию войск и защите населения от атомного оружия и подготовку специалистов к противоатомной обороне. Также создается и сеть специальных учреждений. В январе 1951 года приступил к работе Центральный научно-исследовательский институт Министерства обороны, который подчинялся 6-му управлению Генштаба. Институтом проводились научные исследования по результатам ядерных испытаний, разрабатывались средства защиты и специальная аппаратура, также готовились инструктивные материалы. В конце сентября 1953 года выходит постановление Совета Министров СССР о дополнительных мерах по организации противоатомной защиты, во исполнение которого Министерством среднего машиностроения и Министерством обороны принимаются совместные мероприятия. О своевременности защиты сведений по атомному проекту как одном из принципов в системе защиты информации говорят дальнейшие события. Так, в ноябре 1952 года США опробовали двухстадийную схему термоядерного заряда, при котором использовалось рентгеновское излучение ядерного взрыва для запуска реакции синтеза (принцип радиоактивной имплозии), а весной 1954 года провели испытание транспортабельных двухстадийных водородных боезарядов. Их мощность оказалась в 500 раз больше, чем мощность первых плутониевых бомб. Советский Союз в сентябре 1954 года провидит учения со сбросом РДС-2 на Тоцком полигоне. В сентябре 1956 года в СССР осуществлен полет авиации на дальность между Советским Союзом и Соединёнными Штатами и обратно, с дозаправкой в воздухе. Так нашей страной решалась задача возможного возмездного ядерного удара по США. Словом, страны готовились к ядерной войне.

Между тем новое руководство Советского Союза стало по-новому решать задачи атомного проекта. Как уже отмечалось ранее, процесс был взят под партийный контроль. В августе 1953 года упраздняется институт уполномоченных Совета Министров СССР, как выполнившей свои функции. Право контроля за хозяйственной деятельностью перешло вновь образованному Политуправлению Министерства среднего машиностроения. Принципиальные вопросы Министерства среднего машиностроения стали сначала обсуждаться на заседаниях Президиума ЦК КПСС, и только затем принятые решения оформлялись в виде постановлений Совета Министров[134]. В 1954 году на Отдел оборонной промышленности ЦК и Сектор среднего машиностроения возложили наблюдение за состоянием дел в научно-производственной части ядерно-оружейного комплекса. В конце 1950-х годов часть функций Министерства среднего