После нас - Катерина Затула

— Хорошо. Куплю новый.

На его лице не дрогнул ни один мускул и он равнодушно пожал плечами.

— Покупай. Только далеко ты всё равно не уедешь.

У меня внутри всё оборвалось. Что? Я резко шагнула к нему, вытягивая руку.

— Отдай телефон, Азаматов!

Он успел убрать руку за спину.

— Нет.

Я снова потянулась к телефону. На этот раз он перехватил меня быстрее. Одной рукой поймал оба моих запястья. Я по инерции сделала ещё шаг и буквально врезалась в него.

— Пусти!

Я дёрнулась. Он только крепче сжал мои руки.

— Успокойся!

— Да пошёл ты!

Я попыталась вырваться. Безрезультатно. Мы стояли почти вплотную. Его дыхание касалось моего лица. Знакомый запах парфюма ударил слишком сильно. Перед глазами на одно короткое мгновение вспыхнуло совсем другое. Моя спальня, он надо мной и его пальцы сжимают мои запястья над подушкой.… Только тогда мне это нравилось. Я с такой силой зажмурилась, будто могла стереть собственную память.

— Отпусти меня, Никита.

Я повторила и попыталась вырваться ещё раз. Безрезультатно. Его пальцы продолжали сжимать мои запястья. Пульс бился так сильно, что он наверняка чувствовал его. И меня затошнило от одной мысли, что собственное тело сейчас меня предает. Я подняла голову, чтобы сказать что-то резкое, и замерла. Он смотрел на меня. Я видела, как под его скулами ходят желваки. Как напряжены мышцы на шее. Как он дышит — тяжело, слишком глубоко, будто сдерживается изо всех сил. Воздух между нами стал плотным. Тягучим. Я чувствовала жар его тела через тонкую ткань топа. Мы не двигались. Но что-то между нами двигалось. Что-то, что не имело ни названия, ни правил. Что-то, что оказалось сильнее ненависти. Его кадык дёрнулся, взгляд скользнул по моему лицу, задержался на моих губах. Совсем ненадолго. Потому что в следующую секунду он будто разозлился ещё сильнее. Его лицо исказилось. Он резко оттолкнул мои руки. Я невольно сделала шаг назад. Он тоже. Его взгляд снова стал ледяным.

— Аверина… Держись от меня подальше.

Я коротко усмехнулась.

— Не переживай. Это желание у нас взаимное.

17.

Никита

Чёртова Аверина по-прежнему действовала на меня так же, как и раньше. Ничего не изменилось. И это, блядь, было самой паршивой новостью за сегодняшний день. За собственную реакцию хотелось выбить себе зубы.

Я резко отпустил её запястья и отступил. Заставил себя увеличить расстояние между нами, потому что ещё немного — и я бы её трахнул. Несмотря ни на что. Прямо здесь. Прижал бы к стене. Задрал этот дурацкий топ. Впился зубами в шею, пока она не закричит. Вошёл бы в неё так, будто этих двух лет никогда не было.

Я сам себя за это ненавидел. Злость захлестнула с головой. На неё. На себя. На то, что рядом с ней у меня по-прежнему отключался мозг, а весь контроль летел к чёртовой матери. На то, что я, взрослый мужик, снова был готов сначала её трахнуть, а уже потом думать.

Я медленно вдохнул. Потом ещё раз. Я поймал себя на том, что снова её рассматриваю. Идиот. Светлые волосы, собранные наспех. Серо-голубые глаза, которые сейчас смотрели на меня с ненавистью. Тонкая шея. Голые ключицы. Босые ноги. Будто этих лет и не было вовсе.

Катя растёрла запястья и посмотрела на меня.

— Азаматов, тебе пора.

Я не двинулся.

— Ты оглох?

Она кивнула в сторону двери.

— Уходи, Никита. Ты и так задержался. С дочерью ты познакомился. А нам с тобой больше не о чем разговаривать.

Я с ухмылкой кивнул ей и перевёл взгляд на Алису. Она сидела на ковре рядом с огромной пандой и сосредоточенно пыталась поставить ей на голову кубик. Кубик падал. Алиса поднимала его и снова ставила. Серьёзная. Упрямая. Моя. Несколько секунд я просто смотрел на неё. Потом подошёл и опустился перед ней на корточки.

— Пока, Алиса.

Она подняла на меня большие карие глаза. Изучала несколько мгновений, а затем очень серьёзно помахала ладошкой. В горле что-то сжалось. Я медленно поднялся и направился к двери.

— И ещё, Катя.

Она ничего не ответила. Я взялся за ручку, но не открыл дверь.

— Не покупай билеты.

За спиной повисла тишина. Я обернулся.

— Не трать время на сборы. Завтра ты никуда не полетишь.

Она побледнела и сделала несколько шагов вперед.

— Что ты сделал?

— Пока ничего. Но это зависит только от тебя.

Она шагнула ко мне ещё ближе. На мгновение в её глазах мелькнула тревога, но почти сразу её сменила злость.

— Ты сейчас мне угрожаешь, Азаматов?

— Нет. Предлагаю тебе не совершать очередную ошибку.

Я спокойно выдержал её взгляд.

— Катя, давай я тебе немного объясню. Я строил компании с нуля. Покупал людей, которые клялись, что никогда не будут со мной работать. Выигрывал суды, которые считали безнадёжными. Ты правда думаешь, что я не найду способ быть рядом с собственной дочерью?

Она ничего не ответила. Только продолжала смотреть на меня. Спокойствие на её лице дрогнуло. Именно этого я и добивался.

— Сегодня я пришёл с тобой разговаривать. Ты не очень открыта к диалогу. Но пойми, завтра я могу прийти уже не один. С юристами, документами и вполне конкретными требованиями. Поверь, второй вариант тебе не понравится.

— Ты не имеешь права удерживать нас здесь. Ты вообще не в себе?!

— Возможно. — Я едва заметно усмехнулся. — Но ты ведь достаточно хорошо меня знаешь, чтобы не проверять, насколько далеко я готов зайти.

Она смотрела на меня, тяжело дыша.

— Азаматов, какая же ты сволочь.

— Есть такое.

Я открыл дверь и посмотрел ей в глаза.

— Тебе надо было раньше подумать, от кого ты решила родить ребёнка и от кого ты решила его скрыть.

Её лицо изменилось, но я не дал ей ответить.

— Мне не нужна война с тобой, Катя. Но если ты снова попытаешься исчезнуть вместе с моей дочерью, я её начну.

Я еще раз посмотрел ей в глаза.

— И не проверяй, сколько времени понадобится моим юристам, чтобы вопрос стоял уже не о твоём выезде из страны…

Она побледнела и инстинктивно перевела взгляд на Алису.

— …а о том, с кем моей дочери будет лучше жить.

Перед тем как выйти за дверь, я бросил ей телефон, она машинально поймала его.

— До встречи, Аверина.

Я