Между Навью и Явью - Евгения Владимировна Потапова

— Я хотел бы у вас продуктов каких-нибудь купить, — сказал Захар.

— Любовь, ты проходи в дом, а я пока с гостем побалакаю, — сказал Михаил.

— Хорошо, — пожала она плечами.

В сенях ее встретила Маша.

— А ты чего без Верочки? - спросила она, заглядывая за спину Любы.

— С бабушкой оставила.

— Кстати, как она? Вчера она не очень выглядела.

— Все болеет, — вздохнула Люба.

— Ну, здоровья ей крепкого. На наших пришла взглянуть? - поинтересовалась Маша.

— Угу, проведать и убедиться, что всё у вас хорошо.

— Иди в комнату, там они обитают.

Люба прошла в спальню. На кровати лежала Света и рассматривала мальчишку.

— Светлана, а вы на улицу выходите? — спросила ее Люба.

— Так нам и дома хорошо, а вчера и нельзя было.

— Ну хоть форточку открывайте, чтобы комнату проветривать, а то у вас тут воздух спертый.

— Кто его спер? — рассмеялась Светлана.

— Вы и сперли, дышите интенсивно. Хоть немного гуляйте с младенцем. Это для здоровья полезно.

Малыш недовольно ворчал и всё пытался схватиться за свое лицо.

— А что у нас такое красивое расцвело на мордочке? — спросила Люба, рассматривая яркие пятна диатеза на щечках. — Откуда такое роскошество? Света, что едим?

— Как все, — пожала она плечами.

— Рассказывай, начинай с утра.

— Утречком сала копченого с черным хлебушком навернула, в обед борщ, между завтраком и обедом апельсины, а ужина еще не было.

— Изумительно, убирай из рациона сало копченое и апельсины. Вот за апельсины тебе нужно по ушам настучать, - строго сказала Люба.

— Там же витамины, — насупилась Светлана.

— Продают специальные витамины в аптеке для беременных и кормящих, вот их пить нужно, а цитрусовые — сильный аллерген. Лучше бы чай с шиповником попила, — сердилась Люба.

— А клюкву можно?

— Можно, но немного и в себя, а не в ребенка.

— Я поняла.

Люба написала список, что есть кормящим мамам категорически воспрещается. На всякий случай осмотрела Свету, а то мало ли, но там проблем не наблюдалось.

— А к тебе бесы не приходили? — спросила Светлана.

— Приходили, — кивнула Люба.

— Ой, и к нам заглядывали. Я такого страху натерпелась. По окнам стучали, требовали, чтобы я их впустила, то мамкой, то папкой, а то и тобой прикидывались. Хорошо меня родители заперли и собак во двор выпустили, а то бы беда была. А ты как справилась?

— А я их рожи страшные видела, меня их морок не взял.

— Ой, значит, тебе еще страшней было. Какие они?

— На свинюшек небритых похожи, - улыбнулась Люба.

— Смешно, — рассмеялась Светлана, — хотя я думаю, что тебе тогда не до смеха было. А свинки и так не бреются.

— Нет, конечно, мне было не весело.

— А ты внука Макаровны видела? Он тоже страшный. Мамка сказала, что он тоже помогал обряд проводить.

— Видела. Он к отцу твоему сейчас пришел за продуктами.

— Да? — Светлана вскочила с кровати и выглянула в коридор. — Нет его. Он страшный?

— Да нет, обыкновенный дядька предпенсионного возраста.

— Мамка говорит, что он тоже ведьмак.

— Ничего не могу тебе сказать. Что с мужем решили? — спросила Люба.

— Батя его на станцию вчера утром отвез, теперь со мной не разговаривает. Подуется немного, потом отойдет.

- Ты ребятенка чередой умывай от диатеза и постарайся больше ничего такого не есть. Пошла я.

— Посиди еще, — попросила Света, — поболтай со мной, а то мне скучно.

— Бежать надо, у меня там бабушка болеет и Верочка с ней.

— Домовушка присмотрит.

— За дочкой присмотрит, а вот за бабушкой — нет. Ты, как гулять соберешься, так заходи за мной, — сказала Люба, поднимаясь с места.

— Тебя поняла, — улыбнулась Света. — Ты когда мне швы снимать будешь?

— Через пару дней.

— Значит, скоро увидимся.

— Конечно, - кивнула Люба.

— Передавай бабушке мои пожелания здоровья, - сказала Светлана.

— Хорошо.

Люба вышла из спальни и прошла на кухню, высказала Маше насчет апельсинов и диатеза.

— Я моргнуть не успела, а она вчера смолотила килограмм, и сегодня полкило. Сказала, что ей страшно было от бесов, вот она и лопала от страха. Младшим ничего не оставила, — оправдывалась хозяйка дома.

— Значит, надо было убрать куда-нибудь, - покачала головой Люба.

— Да мы же не знали, что так будет.

— И сало копченое ей пока рановато.

— А тебе можно? - спросила Маша.

— Мне можно, я уже Верочку не кормлю, — ответила Люба.

— Мы давеча свинку закололи, сала накоптили. Сейчас я вам с бабушкой дам кусочек.

— Может, вам молоко коровье нужно? — спросила Люба.

— У нас своя коровка есть. При таком количестве ртов нужно иметь свое хозяйство. Молоко козье не выпили? - поинтересовалась Мария.

— Да почти допили.

— Давай я тебе еще баночку дам.

Опять Маша надавала гостинцев Любе.

— Мне как-то неудобно у вас ничего брать. Сколько я вам должна? — смутилась Любаша.

— Это за твою работу. Зарплату тебе пока не платят, а к нам ходишь и за Светой следишь, и за ребенком.

— Благодарю.

— Это тебе от нас большая благодарность.

— Ладно, побежала я, а то там бабушка с Верочкой одни.

— Беги, и ты бы поменьше общалась с внуком Макаровны, — сказала Маша.

— Так он помощи попросил, как ему откажешь? - удивилась Люба.

— Ну да, не откажешь, не звери мы. Но лишний раз старайся с ним не разговаривать.

— Хорошо, — кивнула Люба.

Она попрощалась с хозяйкой и вышла на улицу. Около дома притоптывал Захар.

— А вы чего тут? — спросила Люба. — Я уж думала, что вы ушли.

— Так дорогу обратно я не помню, — улыбнулся он.

— Надо было по следам пройти. Купили, что хотели?

— Да, немного продуктов мне хозяин выделил. Баба Надя что-то про картошку говорила.

— Это в Натальином доме, но я ключи с собой не взяла. Вам так картошка нужна? Думаю, что в погребе Марфы Макаровны и картошка, и закрутки имеются, — сказала