Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице - Виолетта Вейл

с разной скоростью. Сегодня отдыхаете. Если онемение поднимется выше плеча или появится жар, сообщаете сразу.

— Хорошо.

— И еще одно.

— Что?

— Ваша невеста пришла ко мне за помощью, не зная, что вы здесь. Не используйте это против нее в переговорах с домом Верт.

— Не буду.

— Даже если помолвка станет невыгодной.

— Я сказал, что не буду.

Я кивнула.

Северин надел куртку и подошел к выходу.

На пороге он остановился.

— Мирелла.

— Да?

— У нее тот же препарат?

Я могла не отвечать.

Но номер партии сам по себе не был диагнозом, а Северин участвовал в расследовании серого пепла.

— Та же основа, — сказала я. — Р-17.

Он посмотрел на дверь, за которой несколько минут назад исчезла Селин.

— Значит, дело не в отдельных пациентах.

— Похоже, нет.

После его ухода я перенесла белый флакон Селин в кабинет.

На столе уже стоял темный флакон Северина. Я поставила новый рядом, оставив между ними расстояние.

Разные препараты.

Разные назначения.

Будущий жених и женщина, которую Совет выбрал ему в жены.

На обеих этикетках стояла одна отметка: Р-17.

Глава 8 Номер на флаконе

Глава 8 Номер на флаконе

Ивара пришла на следующий день ровно в девять.

С ней были тот же молодой служащий и незнакомый мастер по защитным контурам. Они принесли два ящика с проверочными кристаллами, переносную печать Гильдии и официальный журнал, в котором каждая строка уже была размечена под подписи.

Я ждала их в лаборатории.

За последние три дня мы с Теей вычистили стены, промыли каменные чаши, разобрали вытяжной канал и заменили две поврежденные пластины в защитном круге. Трубочист, которого нашла Тея, подтвердил письменно: смесь золы и закрепителя в канале появилась до пожара и не могла накопиться сама.

Леона уже приложила его акт к запросу о повторном расследовании смерти Беатрисы.

На рабочем столе стояли только чистые инструменты. Все неизвестные вещества мы убрали в запираемый шкаф. Флаконы Р-17 хранились отдельно в кабинете и должны были появиться здесь только после разрешения Ивары.

— Вытяжка работает? — спросила инспектор.

— Проверяли дымовой пластиной. Тяга ровная.

— Защитный круг запускали?

— Только слабый отклик без замыкания.

Мастер присел возле центрального знака. Он проверил каждое соединение, заменил одну медную скобу и попросил меня провести пробный импульс.

Я встала в центр круга и положила ладонь на рабочую пластину.

Дар после процедур Финна и Северина восстановился не полностью. Я чувствовала это по тому, как медленно различала отдельные слои защитной линии. Но для запуска требовалась не сила, а точность.

Я направила короткий импульс в первый узел.

Свет прошел по окружности, отозвался возле печи, затем вернулся к центральной пластине. В чашах с контрольной водой не появилось ни ряби, ни изменения цвета.

— Потери допустимые, — сказал мастер. — Нижний участок стены стоит проверить еще раз через месяц.

Ивара сделала запись.

После этого началась проверка воды, вытяжки, печи, стола, стекла и хранилища. Она длилась почти два часа. Тея выполняла только те действия, которые разрешались ученице без договора: подавала инструменты, записывала показания и меняла воду.

Я работала медленнее, чем раньше.

Ивара заметила.

— Руки еще не восстановились? — спросила она, когда я второй раз не смогла сразу открыть тугую крышку.

— Чувствительность вернулась не полностью.

— После разделения герцога Аркхарта?

— Да.

— Почему в акте указана только временная слабость?

— На момент составления акта она была временной.

— Сейчас прошло больше суток.

— И улучшение продолжается.

Инспектор посмотрела на мои пальцы.

— До полного восстановления запрещаю глубокое разделение на живом источнике.

— При экстренной угрозе я имею право вмешаться.

— Имеете. Но после каждого такого вмешательства срок вашей практической проверки может быть перенесен.

— Почему?

— Потому что на экзамене вы должны управлять даром без остаточных нарушений.

Это было разумно, хотя и неудобно.

— Согласна.

Ивара поставила последнюю печать на журнале.

— Лаборатория допущена к ограниченной работе.

Тея выдохнула так заметно, что молодой служащий улыбнулся.

— Ограниченной, — повторила инспектор, глядя на нее. — Без опасных смесей, живых образцов и препаратов для внутреннего употребления. До получения полной лицензии госпожа Морвейн может исследовать собственные вещества, готовить бытовые составы и проводить учебные реакции.

— А неизвестная примесь в лекарстве пациента? — спросила я.

— Если есть письменная передача образца и зарегистрированный случай, можете провести анализ. Результат не будет считаться официальным без подтверждения Гильдии.

— Мне достаточно предварительного.

— Тогда оформите каждое действие. И не уничтожайте исходные образцы.

Я подписала допуск.

Перед уходом Ивара задержалась возле двери.

— Ночной гаситель действительно вышел со склада коллегии.

— Леона сообщила.

— В Гильдии обсуждают, следует ли передать дело королевскому следствию.

— Почему еще не передали?

— Потому что пока доказано только происхождение состава. Не его законный получатель и не человек, который был у вашей двери.

— А нападение на аптеку?

— Дело уже у городской стражи.

— Два дела рассматриваются отдельно, хотя связаны одним составом.

— Сейчас связаны вашим предположением.

— И журналом выдачи.

Ивара сжала губы.

— Журнал содержит расхождения. Это еще не доказывает, что служащий коллегии проникал в аптеку.

— Я не говорила, что служащий проникал лично.

— Но думаете именно так.

— Я думаю, что кто-то использовал вещество коллегии, чтобы добраться до записей женщины, которую осматривал глава коллегии.

Ивара посмотрела на служащего и мастера. Оба уже вышли в коридор.

— Осторожнее с формулировками, — сказала она тише. — Кассиан Реваль имеет влияние не только среди лекарей. Если обвинение будет слабым, он превратит вас из свидетеля в обиженную бывшую пациентку.

— Поэтому я не обвиняю. Я собираю доказательства.

— Тогда собирайте законно.

— Именно так и собираю.

Она кивнула и ушла.

Когда дверь закрылась, Тея оперлась обеими ладонями о стол.

— Наконец.

— Не трогай поверхность без перчаток.

Она сразу убрала руки.

— Я вымыла их.

— Это не имеет значения. На столе будут образцы.

— Вы умеете испортить хороший момент.

— Хороший момент будет, когда лаборатория начнет приносить деньги.

— Тогда сегодня праздник отменяется.

Я достала из шкафа три чистые защитные коробки.

До анализа флаконов оставалось еще одно дело.

Нужно было понять, откуда они пришли.

Леона появилась ближе к полудню вместе с владельцем небольшого городского склада по имени Рем Лорс. Он был невысоким,