Книга Уткина: Мы тут жизнь живём - Станислав Владимирович Гридасов

Вася выздоравливал. Долго ходил с охраной. Через месяц, когда американцы празднуют День благодарения, мы устроили свой праздник – «отверткин день». Договорились отмечать 23 октября каждый год, но в первый же год традиция была нарушена: 23 октября 2002 года был теракт в «Норд-Осте».

Вася очень любил приезжать к нам в гости. Дети его ждали, с его маленькой собачкой, звали «дядя Бася» и встречали у калитки. Как-то приезжает к нам, располагается, мы обедаем, выпиваем. Вася долго разглядывает висящую у нас на стене картину и, задумавшись, говорит:

– Вот все хорошо у вас. Только картины надо поменять.

– А что такое? – спрашиваем.

– Да вот, висят на стенах всякие подделки.

– Вася, – говорю. – Это полотно из мастерской Айвазовского, Глебу Черкасову от мамы досталась, она была серьезным человеком, а он решил нам ее подарить на новоселье, когда мы переехали.

Вася на секунду задумался.

– Как же хорошо приехать в гости к другу. Можно сидеть, выпивать, нести всякую херню и знать, что ничего тебе за это не будет.

Я как-то договорился с Васей приехать к нему на дачу на мотоцикле, но рано утром позвонил сосед снизу и сказал, что у него в туалете протек потолок. Ну, что делать. Собрался и поехал. Написал Васе, так, мол, и так, отменяется.

– Ну видишь, – пишет Василий в ответ. – Как меняется жизнь. Еще несколько лет назад ты поливал говном всю страну, а теперь только пару соседей.

Как я был футболистом

Василий Уткин

На досуге, с которым теперь просторно, расскажу вам одно из моих любимых приключений, которое увенчалось единственным днем моей профессиональной футбольной карьеры. Был и такой у меня. А что? Давно на свете живу.

Было время – килограммов сорок пять тому назад – мы регулярно играли с товарищами в футбол. Компания существовала лет семь, я суетился в ней время от времени. Частенько присоединялись к нам наши товарищи-футболисты, благо все ровесники. Сейчас уж все позаканчивали, кроме Димы Хохлова. Ну, он-то бывал наскоками, а вот Дмитрий Александрович Иванов, ныне известный как генеральный директор московского «Динамо», а тогда известный под студенческим прозвищем, которое здесь из уважения к статусу старинного друга я приводить не буду, в этой компании в основном и продолжал тогда свою любительскую футбольную карьеру и о профессиональной не помышлял. Не рассказывал, во всяком случае.

Вообще компания славная была. Кого только в ней не было – и футболисты, и артисты, и журналисты, и адвокаты, и писатель один даже был, сейчас он член Общественной палаты, во как – и в придачу приятели каждого в отдельности могли появляться, а потом и оседать. Играли, как правило, разбившись на три команды, человек по 20–30 иногда собиралось. А вратарь был один, и на другие ворота ставили меня.

И был у нас товарищ, назову его Артем. Артем был из Екатеринбурга и представлял в Москве, как однажды выяснилось, интересы группы «Уралмаш». Что такое ОПС «Уралмаш», многие знают. И какова сейчас его судьба, тоже. Тогда, напомню, руководитель «Уралмаша» заседал в областной Думе Екатеринбурга. Потом он погиб в тюрьме, а еще лет через тридцать ему, может быть, и памятник поставят. У нас же история – дама плясовая… Но разговор не об этом.

Так вот, у «Уралмаша» проводился ежегодный мини-футбольный турнир. Им принадлежал старый городской стадион с кучей прилегающих территорий и площадок, и вот на них и игрался этот удивительный турнир, в котором в первый раз, как мы на него приехали, играло 114 команд в два дня.

Призовой фонд был что-то вроде пары «жигулей», десяток видеодвоек и еще какие-то относительные мелочи – для команды-победительницы. Я именно тогда понял, что такое футбол у нас в стране. В огромном городе и не менее огромной области на него собиралось только поиграть куда больше тысячи человек, и со стадии плей-офф команды были уже очень серьезные – играли все ветераны, в том числе совсем еще не старые, и народ смотрел на все это с трибун совершенно заполненного центрального стадиона (правда, два дня бесплатно наливали пиво). Юрий Матвеев блистал в команде завода шампанских вин, а в команде-чемпионе ворота великолепно защищал такой Плешаков – оказывается, бронзовый призер еще московской Олимпиады по хоккею на траве. От мала до велика. И мы приезжали во главе с Артемом – он как главный по московскому бизнесу должен был выставить «команду Москвы», и это была такая отчасти шоу-программа – чтобы в турнире поучаствовали несколько известных в недавнем прошлом футболистов. А я вел на стадионе полуфиналы и финал.

Было у меня там несколько величайших историй. Любимая – это когда подходит ко мне (на последнем моем турнире, а всего я там был четыре раза) славный человек и говорит: давайте, Василий, сфотографируемся! Я, конечно, тут же делаю лицо и – щелк! Славный человек благодарит и говорит: а вы меня, видимо, не помните, да?

Я изображаю заминку. Не помню, конечно, но зачем это говорить?

Славный человек искренне грустнеет и говорит: и фотографию вы нашу, значит, не получали?

Я тревожно говорю: не получал. Но уже надо ведь как-то утешить человека! Говорю – может быть, вы напомните?

И с первых слов, конечно, вспоминаю. Год назад в турнире играла команда детской колонии. Крепкие подростки, и дядька ими руководил – настоящий энтузиаст. Вот это он и был – теперь я уже точно все припоминал. То был год моей славы, я как раз к этому веду, а ребята вышли в плей-офф – дальше им уже было трудно – и мы с ними вместе фоткнулись. Они, оказывается, сделали фотографию в рамке и прислали мне по почте… Но что-то не дошла.

Жалко до сих пор, между прочим. А вдруг?

Вот все это моментально проносится в голове, и дальше уже я начинаю расспрашивать славного дядьку. А как в этом году? Превзошли прошлогодний-то результат?

Лицо моего дядьки окончательно мрачнеет.

– Да какой там, – говорит. – Три поражения в группе. Пятое место. Провал…

Он был мрачен, как Газзаев в безмедальный год.

– А как же так, – спрашиваю. – У вас же была приличная команда!

– Василий! – В голосе послышались слезы, как у Вячеслава Грозного после домашнего поражения. Только искренние. – Василий, дорогой! Если бы вы знали, как трудно сделать приличную команду на зоне! Ведь многие ведущие игроки, Василий, – ОСВОБОЖДАЮТСЯ!..

Как не посочувствовать?

А теперь о том, что случилось годом раньше.

Артем был сам парень толковый и азартный. И в какой-то момент ему захотелось собрать такую «команду Москвы», чтобы она не только фестивальные обязанности исполнила на турнире, а еще и попробовала его выиграть. Сделать для этого, в общем-то, нужно было не слишком много: состав-то набрать при умелом содействии несложно, а дальше потенциальным игрокам Москвы вроде бы достаточно порежимить с недельку да в гостеприимном Екатеринбурге не злоупотреблять. Состав мог быть любым – правило было только, чтобы «капитан» (то есть тот, кто команду выставлял) сам сыграл за нее 75, кажется,